— Да тут бы и дурак… — изумленно пробормотал магистр.
— Ну-у-у… только дурак с огромным запасом силы, не так ли? — подхватила Элдара. — Вот что, послушай, ты никому не говоришь об этом, — она кивнула на лист. — А я не говорю Орэну о том, как неосторожно ты обращаешься с ценнейшими экспонатами.
Я потянулся и выглянул в окно. Верно, солнце еще не поднялось, но бледная полоса на горизонте уже была заметна. Эх, красота! Весь город открыт взору. Вот куда я хочу отправиться на практику: куда-нибудь в горы. Где высоко… только холод я не люблю.
Эх, так помучиться пришлось с этими бумагами, отыскивая решение! И до сих пор не уверен, что сработает. Вроде бы все рассчитал, а проверить не могу — сил мало. Ну и ладно, прорвемся. Я потянулся, сделал пару разминочных движений, чтобы окончательно проснуться, развернулся…
— Ранняя пташка? — О небо, да чтобы Хэйтэн так рано проснулся, надо, чтобы он… не ложился. — И куда это ты с утра пораньше?
Сие недоразумение, взлохмаченное и невыспавшееся, привычно буравило меня взглядом.
— Заниматься, — как само собой разумеющееся ответил я. — А ты? — с ехидцей.
Тьфу, нашел, с кем ехидничать! И вообще, чего это меня на общение потянуло?
— Заниматься! — не менее ехидно ответил Хэйтэн, сверкнув фиолетовыми глазами.
Бр-р-р! Ну что за типы меня окружают? Одна красными гляделками сверкает, второй — фиолетовыми… Интересно, а чем сверкает его отец? И вообще, какая у него стихия?
— А-а-а… — наконец решил я ответить на реплику Хэйтэна, сочувствующе (не заболел ли?) глядя на него.
— Угу, — столь же многозначительно вставил он.
Итак, господа, представьте себе картину: посреди комнаты стоят два придурка и тупо смотрят друг на друга. За окном занимается рассвет, в школе тишина — все дрыхнут, а эти стоят, угукают да мычат.
— …А чем? — поинтересовался наконец я.
По-моему, он растерялся.
— Да ладно, все понимаю, — закивал я и попытался просочиться мимо, поскольку дверь была прямо за воздушником.
— А ты? — Этот козел не дал мне пройти.
— А что я? — возмутился я, пытаясь его отпихнуть.
— Чем заниматься идешь? — не менее деликатно не давая мне пройти, пропыхтел Хэйтэн.
— Шпионажем!!! — не выдержав, рявкнул я, с запредельной ловкостью наконец-таки добравшись до двери.
Выскочил в коридор, на пути одергивая мантию и пытаясь успокоиться.
— Подожди, я с тобой!!! — заорали мне вслед…
Все. Убью!
Полчаса спустя
— Та-а-ак… и кто из вас начал драку первым? — злобно поинтересовался Орэн Хеннаврит, поднятый ни свет ни заря. Оба парня (в синяках и ссадинах) синхронно ткнули друг в друга пальцами. — А если по правде? — еще агрессивнее выдал директор.
Ни Хэйтэн, ни тем более Мир пальцев не опустили.
— Архимагистр, это же не так делается, — ласково перебила директора Элдара, проснувшаяся от грохота еще раньше. — А ну, колитесь, придурки малолетние, кто из вас свару начал?!! Я спрашиваю!!!
Стекла в кабинете звякнули.
— Ну я, — мрачно ответил Мир, глянув на содранные костяшки кулаков, а затем, со злорадством на синяк под глазом Хэйтэна.
— Я, — одновременно с ним признался Хэйтэн, с неменьшим удовольствием рассматривая разбитую губу Мира.
— Да что ты говоришь! — съехидничал тут же его противник. — Первым начал я!
— Ты? Скажи еще, это ты стал выпихивать меня из окна, а не я тебя!
— Помнится, окно перед этим я разбил тобой!
— А кто тебя к этому окну подтаскивал, а?
— Кто еще кого тащил, ты вспомни?!
— Да ты…
— Ти-и-и-ха!!! — рявкнул вконец обозленный директор, да так, что все притихли, а Элдара уставилась на него в изумлении. — Наказаны будете оба. Ясно? Когда у вас следующий выходной? Завтра? Вот и прекрасно, вы никуда не идете!!! — Оба нарушителя с возмущением было открыли рты, но архимагистр их оборвал: — Свободны!!!
Парней вынесло из кабинета.
— Я тоже пойду, присмотрю за ними, чтобы опять не передрались, — поспешно заверила директора дроу и выскочила из кабинета.
— Ишь моду взяли, среди ночи будить, — пробурчал Орэн Хеннаврит, понимая, что заснуть снова не удастся.
— Слышите, а я что-то не поняла, почему вы магией-то не пользовались? — с неприкрытым любопытством поинтересовалась Элдара.
Она вызвалась сопровождать нас до тренировочного зала, в котором в любое время было разрешено заниматься. Впрочем, «вызвалась» — не то слово, скорее поставила перед фактом, что вся наша тренировка пройдет под ее неусыпным контролем.