И я с неудовольствием разглядел три стопы книг, которые мне предстояло прочесть. Нет, я не утратил тяги к знаниям, просто когда ты четыре дня подряд не встаешь, не выходишь из помещения и видишь одни книги, книги!.. И Элдару в придачу… Нет, книги — это хорошо, но я же так совсем скоро ходить разучусь! Хотя нет, не разучусь, пока Элдара и целители не видят, я тут такое вытворяю… Вот яблоки, например. Так, вчера вместо яблока я оторвал ветку, да и то не от яблони, а от апельсина. Пришлось в срочном порядке, пока никто не заметил, на расстоянии десяти этажей приращивать сук к дрянному дереву! Почему дрянному? Так ведь оно еще и отбивалось!
И тут я разглядел, кто эти книги приволок.
— Ваше высочество? — Я ехидно изогнул бровь.
Элиаса перекосило. Во забавно, сам принц таскает мне книженции! Наводит на размышление. Э, не смотрите, что я такой веселый. Когда я в полной мере осознал, с кем я шастал по подземельям, мне стало плохо… А сейчас ничего, привык. Даже шучу. Принц не стал терпеть издевательств и плюхнул свою стопку прямо на постель, придавив мне ноги.
Я тихо взвыл. Один — один.
— Ой, тебе плохо! — участливо всплеснула руками Эно.
Из ее рук выпали книги. Я выпучил глаза: два — один.
— Я сейчас позову целителя! — подскочил Хэйтэн, рванулся было к двери, но глянул на книги в своих руках и…
Закончить путь этой стопке я не дал. Проклятые учебники зависли в локте от моих многострадальных ног.
— Не надо!!! — рявкнул я уже уходящему парню. От моего вопля все подскочили на месте и уставились на левитировавшие книги. — Ну и какого… вы здесь делаете?
— А-а-а… м-м-м… э-э-э… навестить тебя пришли! — нашелся Хэйтэн наконец.
Я утратил сосредоточенность… Три — один.
— Ну и как ты себя чувствуешь? — прервала мрачное молчание Эно.
— Замечательно, — холодно ответил больной, смотря мимо нее в окно.
Девушка растерянно покосилась на друзей. Те возмущенно переглянулись между собой. Они тут навестить его пришли, а он, неблагодарный!..
— Может, пригласишь присесть? — нашелся Элиас.
Мир некоторое время непонимающе смотрел на него своими каре-зелеными глазами. Наконец в них зародились отблески разума.
— А! Да, конечно, ваше высочество, присаживайтесь!
Всем троим друзьям захотелось сплюнуть.
Яд, звучавший в голосе парня, казалось, проник в окружающий мир и отравил воздух.
— Я предпочитаю, чтобы меня звали Ласом, — огрызнулся принц, усаживаясь на подоконник.
Мир просверлил его нехорошим взглядом.
— Ты загораживаешь мне вид.
Наступило молчание. Троица негодующе посмотрела на Мира, а тот равнодушно сверлил взглядом стену.
— Там ты был другим, — внезапно с горечью выдала Эно.
И была награждена недоуменным взглядом.
— В лабиринте, — пояснила девушка сердито. — Ты там был… живым.
Парень насмешливо улыбнулся.
— Скорее полумертвым, — поправил он ее.
— Ты считал, что скоро умрешь, и не волновался о том, как тебя воспринимают окружающие, — внезапно вставил свое слово Элиас.
— Не думаю, что в тот момент я вообще мог соображать, — огрызнулся Мир.
— О нет! — подхватил Хэйтэн. — Ты-то как раз соображал лучше всех нас, вместе взятых!
Мир скривился. Помолчал.
— Ну и что же вам от меня надо?
Троица молчала. Эно и Лас покосились на Хэйтэна. Тот пожал плечами. Наконец девушка вздохнула:
— Мы никому не рассказали о той твари.
— О какой еще твари? — равнодушно переспросил Мир.
— О баньши, — припечатал Хэйтэн.
Вновь повисло молчание.
— Ну и что? — пожал плечами Мир, внезапно улыбнувшись.
— А то, — хмыкнул Лас, — что, расскажи мы о том случае кому надо, тебя так легко не отпустили бы. Более того, я уверен, объяснить это для тебя было бы гораздо сложнее…
Взгляд Мира совсем утратил какие-либо чувства.
— Ну и что же вам от меня надо? — снова повторил Мир.
Троица замолчала. Признаться, они и сами не знали, зачем они все это говорят парню, спасшему их шкуры и продолжавшему вести себя так, будто бы и не было всего этого — заточения, убийства мага, блужданий по проклятым коридорам, сражений с нечистью, баньши…