Прыгнул вперед, словно собираясь сбить того телом, и враг ожидаемо отступил, а Лошадкин выстрелил в упор, очередью, и, кажется, попал. В следующее мгновение его отбросило куда-то на живых, и пол под ногами провалился, враг метнулся следом, спрыгнул сверху и получил в упор из бластера Лошадкина. Целая очередь, но перегрузить щиты не удалось, враг отклонился, пустил их вскользь.
— Враги! – крик резанул по ушам.
Да сколько же их тут набилось в подземелья, мелькнула мысль и исчезла в толпе врагов, демтархов, пытавшихся схватить Лошадкина и разорвать на части. Скафандр защищал и Лошадкин начал вертеться и бить, стрелять во все стороны, увидел, что коротышки тащат сотрудников миссии в разные стороны.
— Да твою ж мать! – вырвалось у него.
Блокировал удар врага, пригнулся, пропуская луч над головой, и снова едва не получил в корпус, успел отпрыгнуть и прикрыться демтархом. Тот рычал и матерился, Лошадкин метнул его, как живой снаряд, пинками послал еще двоих и сам рванул следом, врезался во врага, стреляя и ударяя в упор.
— Получай! – удар головой в лоб врага.
Тот дернулся и обмяк, Лошадкин торопливо метнул его в сторону и рванул вперед, стреляя с двух рук, заставляя демтархов бросить свою добычу. Те рычали и отстреливались, Лошадкин не отставал и только несколько секунд спустя сообразил, что слишком увлекся и отдалился от остальных землян.
Подпрыгнул, пытаясь пропустить удар под собой и все равно не успел. Вражина лишь притворился оглушенным и теперь ударил сзади, успел подхватить Лошадкина за ноги и впечатал в потолок туннеля, затем приложил со всей силы об пол и выстрелил несколько раз, перегружая скафандр Михаила. Пыль и грязь, запахи немытых тел и чего-то горелого, ворвались, лягнули по ноздрям и рту.
Лошадкин закашлялся, выстрелил наугад и получил в ответ кулаком, до звезд перед глазами.
— Лежать! – прогремело сбоку.
Михаил ударил туда наугад, присел – упал, уходя от удара и не угадал, пинок швырнул его прочь, до хруста, то ли в ребрах, то ли подвернувшихся живых. Лошадкин придавил кого-то, ударил вслепую, выхватил оружие и выстрелил. Взрыв в замкнутом пространстве оглушил и ослепил, швырнул его прочь, прямо на дрожащий камень. Земля и камни оседали, валились, Лошадкин ощутил чужие короткие пальцы, ударил и попал во что-то, демтарх выдал тираду и тут же получил еще, по рту и глазам.
— Выход где?! – рявкнул Лошадкин, убивая одного и хватая другого. – Выход?!
— Сдохни, осквернитель!
Вокруг было темно и пыльно, грязно, манопа демонстрировала завал чуть дальше, и похоже вражина остался за ним. Лошадкин ударил демтарха, ткнул пальцем в глаз и тот заверещал, сбиваясь на фальцет. Связи с поверхностью, кораблями, кем угодно, все еще не было, и, если этот вражина – человек! – глушил сигналы, то выходило, что…
— А ну стоять! – заорал Михаил.
Что-то темное и гнусное накрыло его разум, он врезался в толпу демтархов, словно в краглов, убивая, раня, ломая конечности и расшвыривая, отбирая оружие и выбивая зубы. В него стреляли, не попадали, ранили, но легко, и Лошадкин, живой человек-комбайн, смолол этот отряд демтархов, и тут же спиной ощутил опасность. Манопа указывала, что завал раскалился, вражина пробивался сквозь него, демонстрируя, что его цель – Лошадкин.
Но человек!
— Выход! – орал он в лицо демтарху, удирая с ним во весь опор.
Даже с усиленными мышцами было нелегко тащить этого лягающегося и кусающегося колобка, Лошадкин на ходу приложил его пару раз рукоятью, ткнул в глаза, и затем швырнул, словно шар для боулинга. Живые кегли разлетелись, Михаил подхватил самого слабого на вид и приложил камнем по пальцу, и тут же ткнул ствол в рот, выбивая зубы и затыкая крик.
— Выход!!
Выдернул ствол, в кровище и слюнях, выстрелил, раня и убивая тех, кто решил пострелять в него, и манопа указывала, что где-то впереди еще живые. Демтархи перли этими туннелями, словно муравьи или лемминги, и Лошадкин вдруг сообразил, что надо делать.
— Гранаты, мины, бомбы – все сюда! – крикнул он.
Ему и метнули все, что было, вырвав чеки, активировав мины и прочее. Лошадкин уже бежал вперед, рвал грудью пыльный, грязный воздух, врезался и протаранил демтархов.
— Страйк!
И оказался за поворотом в момент взрыва, осветившего на мгновение туннель впереди. Люк в потолке! Лошадкин бросился туда, ощущая, как спадает адреналин и напряжение боя, приходят боль, усталость, повреждения тела. Выскочил в люк, наскочив на очередной отряд.
— Я зваздианец! – крикнул он, подражая говору Огара. – Быстрее наверх, подлые юдишки заманили всех в туннели, это ловушка! Они взрывают и убивают тут всех!