Взрыв и разлет спор, понос по всему Энтонцу или какая-нибудь смертельная чума. А так сожгли все биологическое и плевать, что прямо посреди Академии. Победили, если это можно было так назвать.
— Вот уж не думал, что придется задействовать «Осторожного», - утер пот со лба, приземлившийся рядом Гопкинс.
— Такое ощущение, что нас навестили Аупо, - согласился Лошадкин, - биорг, способный рукой пробить костюм?
Он покосился на Алатею, но та была условно цела. Ранена, но не смертельно.
— Только вот об этом говорили, - продолжал о своем Гопкинс, - и сразу бац! Выпрыгнула! И ты хорош, чего полез сам?
— Чтобы она обнаружила себя, а как иначе? – пожал плечами Лошадкин. – Если бы к ней пришла Алатея, то ничего бы и не случилось. Продолжала бы притворяться икариданкой… сколько она ее изображала?
— Достаточно, - угрюмо отозвался Жерар.
— Не твоя вина, ты же сам прибыл недавно.
— Проморгать спящего агента? Моя тоже, - не согласился Гопкинс. – Как ты вообще понял, что она?
Он покрутил рукой, обвел ей, словно пытался изобразить формы Чечух.
— Просто подумал, что икариданцы, ну словно их специально создали такими дружелюбными и любвеобильными, чтобы они были верными спутниками и подругами, и легко могли подбегать к кому угодно, не вызывая подозрений. И она вошла в доверие к Дерстуту и Тривет, - Лошадкин потер подбородок.
Не Чечух ли вызвала странный союз Дерстута и Тривет? Зачем? Неясно, но могла, могла.
— Также, я подозреваю, что она исподволь влияла на учащихся.
Он скинул Гопкинсу свои подозрения насчет Дерстута и Тривет, и кто знает, скольким еще Чечух успела накапать слюной в разные части тела, начиная с рта? Антидоты в Лошадкине вроде побороли ее воздействие, но все равно, какая сила и мощь!
— Да уж, проморгали, - согласился Жерар, потирая шею. — Спящий агент, присматривать за соседями, а по необходимости ее активировали и направили на тебя. Странно, конечно.
— Почему? – не понял Лошадкин.
— Потому что там, - Жерар махнул рукой в сторону неба, - летает кое-кто очень похожий на тебя и водит за нос желающих поймать.
— И желающие поймать верят? – усомнился Лошадкин.
— А мы ничего и не говорим, летает и летает, вроде как бегает от Ысынгунов, и если им хочется верить, что это ты, то кто мы такие, чтобы их разочаровывать? – с мрачным подобием улыбки заявил Жерар. – Ладно, ты молодец, что предупредил заранее, накрыли все и заглушили, не дали сообщить, что она там хотела отправить.
— Но раз она так целенаправленно хотела улететь со мной, - указал Лошадкин.
— Да, ее явно вывели из «спящего состояния», - согласился Гопкинс и вздохнул. – Знаешь, что это означает?
— Что тут есть другие агенты? – спросил Лошадкин.
Лицо Жерара перекосилось, стало «демоническим», не хуже, чем у Алатеи.
— Что тебе надо бы написать рапорт о случившемся, а потом валить отсюда со скоростью света.
— Так я еще задание не завершил!
— Значит, завершай! – рыкнул Гопкинс. – Прямо сейчас – давай отсюда и завершай! Мы тут без тебя приберемся и разберемся, ты свою часть уже сделал.
— Ладно, - проворчал Лошадкин, подумав, что придется не спать всю ночь, и посмотрел на Алатею. – Только подлатаем тебя немного вначале.
Алурианка покачала рожками, но вслух возражать не стала.
— Неплохо, неплохо, - потер руки Юджин, глядя на Лошадкина.
Смотрел без вожделения Чечух, но все равно, становилось слегка не по себе. Штербул молчал о вчерашнем инциденте, словно и не было взрыва, перестрелок, беготни половинок тела и прочего. Получил ли он информацию о подозрениях насчет воздействия Чечух? Получил, не мог не получить.
— В кратчайшие сроки дело раскрыто, инцидент исчерпан, теперь можно и нужно наблюдать и постепенно работать с ситуацией! Да?
— А тот, кто занимался проблемой... Ию Гарсия, кажется. Он что порекомендовал?
Подсознательно Михаил ожидал услышать, что никакого Гарсии никогда не существовало и все это была лишь проверка "молодого", то есть Лошадкина.
— Досрочно выпустить Тривет, благо обучение ее и так близилось к концу, и отправить домой.
— Но... это же не решение проблемы!
— Да, глобально ничего не изменилось бы, - согласился Штербул, - но и повод для конфликта убрали бы. Теперь же ситуация обострилась, можно не только разом решить проблему, но и получить гигантский конфликт, резкое перерастание его в войну. Потенциальную, но только пока.
Ведь присланные сюда явно занимали не последние места у себя там, дома.