— Вроде того, - почесал в затылке Лошадкин.
Аганд намекал, что им, гуманоидам, надо бы держаться друг друга, а уж сам Лошадкин мол, такой красавец по их меркам, ну такой красавец, что у всех женщин просто оргазм случится от одного его вида. Урк Клац упирал на то, что свобода - она в полете, и ведь Земля за свободу, ведь так? Мол, вместе они могли бы летать и помогать всем, кому нужна помощь. Лошадкин не удержался и задвинул в ответ про ДОРН.
Ланг, неведомо откуда узнал о прошлом Михаила и намекал, что у кого была жена - русалка, тот ценит прелести воды и тишины, и вообще, дипломату надо быть, как вода, гибким, текучим, чтобы лучше держаться курса Земли.
— А ты молодец, - повторил Луис, - думал, все, задавят тебя сейчас и начнут давить со всех сторон.
— А смысл? - пожал плечами Лошадкин.
— Чтобы ты передал их позицию в выгодном свете мне, конечно.
— Но это же все равно дележка шкуры неубитого бач... зверя!
Ох, Нессайя тут развернулся бы, пришла неожиданная мысль. Всех бы ободрал, как липку и свалил в закат.
— А ты думал, что на курорт попал? - захохотал Луис. - Давай, действуй, у тебя прямо прирожденный талант!
Глава 9
Дома нурлов выглядели как мелкие круглые грибочки, украшенные сверху вишенками. Охранные знаки на домах, похоже еще одна традиция. Одежда - современная и удобная, копий и подпиленных зубов не наблюдалось. Доброжелательные коричневые лица, черные глаза у всех, и Лошадкин некстати вспомнил, что у большинства жителей земли вроде были карие глаза. Выпуклости в нужных местах у женщин, но все равно его не покидало ощущение, что он попал в поселение то ли карликов, то ли хоббитов.
Оружие - у каждого, без разделения по половому признаку. Шесть пальцев на руках и ногах, и эти самые шестые пальцы были подкрашены в ярко-красный цвет, символ того, что они тут в экспедиции и представляют Нурл, как подсказала манопа. Официальное удостоверение, на традиционный манер, так сказать.
— Добро пожаловать, - прозвучало слегка писклявым голоском.
Лошадкин слегка дернул глазом, так как ему вынесли... каравай. Сканирование показало, что он лишь притворяется хлебом, на самом деле это фруктовый пирог, а "солонка" сверху - с традиционными специями нурлов, нечто вроде смеси слабенького перца и зерен кунжута.
— Так у вас положено приветствовать гостей? - спросил Аганд с легким беспокойством.
Вот девица, вынесшая каравай, была одета в нечто традиционное, да, то есть демонстрировала три четверти тела. Увлекайся Лошадкин мелкими женщинами, сейчас бы уже на слюну изошел, и "съел" бы ее вместе с пирогом, и он рассмеялся мысленно, представив, как нурлы перепутали традиции, и эта прелестная нурла выскакивала бы в обнаженном виде из фруктового торта.
— Не везде, но такое было, да, - кивнул Лошадкин, отщипывая кусок пирога. - Трудные были времена, и считалось, что, разделив угощение, гость подтверждал отсутствие злых замыслов в отношении хозяев.
А то и вовсе становился им родственником, но тут Михаил не стал бы утверждать ничего всерьез. В любом случае, смысл потом выхолостился, осталась лишь форма. Аганд все равно просиял, преисполнился важности и пригласил Лошадкина в один из круглых домов - грибков, явно построенный с расчетом на "великанов" - землян. Тоже проформа, по нынешним временам, когда можно было подслушивать прямо из космоса, но... традиции и психология, да.
Поэтому он спокойно вошел внутрь, сел за столик и принял напиток, вроде холодного чая из фруктов, улыбнулся подавальщице. Не то, чтобы его соблазняли женщинами, но... все же соблазняли, только издалека, проверяли реакцию, а ну как поддастся? Все это было понятно и предсказуемо, но в то же время, слегка печально, ведь нурлы уже давно входили в союз систем, неужели... да, вдруг понял Лошадкин.
То, что изменилась Земля, не означало, что изменились те, кого звали в союз.
— Это хорошо, - улыбнулся Аганд, тоже отпив фруктового чая. - Я и не сомневался, что вы не держите злого умысла, Михаил, но традиции надо чтить. Разумеется, мы уже не пляшем танцы дождя, и не наносим на лица три полоски, пытаясь призвать богов удачи, но... это все наше прошлое. Если мы забудем его, то кем станем? Бродягами без дома и племени, не так ли?
— Трудно сказать, - серьезно ответил Лошадкин, - как-то не пробовал забывать прошлое.
Забудешь тут, когда оно само то и дело лезет под нос! Бродяги без дома? Пираты? В целом, Михаил смутно улавливал, о чем толкует Аганд, оторваться от дома, оборвать корни, так сказать, и странствовать в космосе, без привязок к месту. Лучше? Хуже? Кто знает?