Идея сделать скафандр метровой мыши и прийти сюда, все еще вертелась в голове. Метеорит - ладно, без метеорита, но скажем, взять много энергония, этакую жменю размером с кулак, и разом выпустить всю энергию. Задействовать двигатель "Слова и Дела", например. Чтобы храм просто не сумел поглотить столько энергии разом, так? Так.
— Оружие у тебя с собой? - спросил он Алатею и тут же сам и ответил. - Вижу, с собой.
— Я представляю, что ты - яйцо, из которого вылупится ребенок свободы алурианок, - вдруг откровенно призналась та, наставляя на него рожки, - и охраняю.
— Интересный подход, - одобрил Лошадкин. - Вы и местные стреляли в стены этих колонн и ничего не происходило, хорошо. Попробуем чуть иначе.
Они направились к одному из шпилей, который смутно напоминал Лошадкину вход. Ну, будь он метровой мышью с огромными ушами.
— И что, особая зона решит проблемы?
— Вот, особая зона, живых убираем из нее, оставляем только самых ученых - ученых, из всех трех цивилизаций. Живые с Земли тоже, масса аппаратуры, особые корабли, так как и Земле будет полезно такое. Вот, представь себе, если удастся воспроизвести такой поглощающий материал, это ж какая защита будет! Ничто ее не возьмет!
— Представляю.
— Ученые должны быть не так агрессивны, а тех, кто кричит об истории, оставим за пределами. Общее инфополе, возможность наблюдать за исследованием - и, собственно, само исследование. Никто из них не откажется, просто не сможет отказаться.
— А если заговорят об истории?
— Тогда мы применим кнут, привяжем к нему зачерствевший пряник и будем им избивать всех.
Судя по взгляду Алатеи, шутки она не поняла или не приняла.
— Выкопаем и заберем себе, исследуем в безлюдной системе, нет, вообще за пределами. Привезем к ближайшему скоплению энергония и там проверим, но уже без турканов и прочих. При таком выборе, они согласятся, еще как согласятся. Общее исследование, взаимопомощь, ну в теории можно восстановить их дружбу, да и разочарование будет меньше.
— Какое разочарование?
— Когда окажется, что эта штука не имеет отношения к их истории! - указал Лошадкин на колонну. - Так, вынь батареи, ага, соедини их, так, еще вот здесь и потом надо будет подать команду на высвобождение разом всей энергии, попробуем проломить шлюз, пока никто не видит.
Он оказался совсем рядом с колонной и та вдруг приоткрылась, словно ждала появления именно Лошадкина все эти миллионы лет.
Глава 11
Алатея немедленно закрыла собой Лошадкина, наставила в открывшийся вход какое-то ручное оружие. Как не вовремя, мелькнула у Михаила мысль, только разрядили все оружие, чтобы открыть шлюз... и шлюз открылся. Почему он тогда не открылся нурлам и прочим турканам? Взаимодействие с манопой, как в храме Ушедших?
— Старстен! - вдруг воскликнула Алатея и рванула вперед на полной скорости.
Лошадкин попробовал ее задержать, но куда там, с таким же успехом он мог бы голыми руками тормозить строительный комбайн! В мгновение ока они оба оказались внутри, и дверь за их спинами закрылась, отрезая выход и свет. Манопа переключилась на иные режимы зрения, Алатея пылала, как зарево пожара рядом.
— Какой еще Старстен? - запоздало спросил ее Лошадкин.
— Мне... я слышала его голос, он звал на помощь! Разве ты не слышишь?
Михаил, который слышал в основном только свое дыхание, задержал его и чуть наклонил голову. Вообще, следовало бы стучаться в дверь и расстреливать ее, только большая часть оружия осталась снаружи.
— Михаи-и-и-и-ил! - вдруг ощутил он где-то на грани слышимости.
Голос Хлои, и Лошадкин заледенел, подавил порыв броситься к ней и спасать. Воздействие на чувства? Возможно, но откуда!
— Приди ко мне-е-е-е-е! - сменилась тональность песни, да и голос тоже.
Сирены, мать их, подумал Лошадкин, изо всех сил удерживая себя на месте. Неужели и правда азаланги были первыми и породили всех остальных?
— Отключи слух! - крикнул он Алатее и послал сообщение через связь маноп.
Резко стало легче, но все равно Лошадкин опоздал. Алатея вдруг рванула вперед, куда-то в темноту коридора, уходящего вниз под углом. Пандус, причем какой-то скользкий, Алатея, едва ступив на него, резко потеряла равновесие и ухнула в темноту, оставив Лошадкина одного.
Попытки послать сигнал наружу не удались, похоже, поглощение действовало и изнутри. Колонна внутри была невелика, и Лошадкин вдруг понял, что его загнали в классическую позицию, где что ни сделай, будет хуже. Прыгать за Алатеей - прямо в ловушку, искать здесь - потерять время. Он все же попробовал начать сканирование манопой, но сразу оборвал эту попытку, воздействие на разум пошло по новой, только теперь ему чудился крик Алатеи, умоляющей ее спасти.