— Халтура, - проворчал под нос Лошадкин.
Пояс! Как он мог про него забыть? Этот "храм" воздействовал на разум, стоило только приоткрыться... или это тоже ловушка, понял Лошадкин, делать вид, что защиты работы, а самому продолжать влиять. С такой мощью воздействия, почему он не поработил тех, кто его нашел? Вопросы, опять одни вопросы без ответов.
Лошадкин пожал плечами и ступил на пандус, заскользил, упал на спину и понесся.
Промчался и вылетел в нижнюю часть "храма", попутно пытаясь запоминать и записывать путь с помощью манопы. Пока он не включал внешнее сканирование, голоса в мозг не пробивались, воздействия не шло, но Лошадкин понимал, насколько все это шатко и хрупко. Стоит только начать воздействие на зрение, и он окончательно окажется беспомощен, придется или поддаться, или пробираться вслепую.
Пандус закончился, и он вылетел в нечто вроде стопки мягких матрасов, и увидел, как Алатею утаскивают прочь, только ноги мелькнули. Ловушка, конечно, но Лошадкин смело рванул вперед, как до этого ступал на пандус, посмотреть, куда же его заманивают так активно.
Алатею тащили... метровые мыши с огромными ушами.
Тайфун мыслей взорвался в голове Лошадкина, предположения, гипотезы, догадки, теории, и одновременно с этим он отметил, что в этой части храма горит свет. На стенах резьба завитушками и линиями, словно гипнотизирующая, и размеры коридоров! Лошадкин бежал по трапециевидному коридору, едва не задевая головой потолок, но все же не задевая, и зачем эти мыши сделали себе такие высокие проходы?
— Стойте! - крикнул он.
Алатею потащили быстрее, словно испугались окрика, и Лошадкин увеличил скорость, понимая, что именно этого от него и добиваются. Непонятно, правда зачем, но мгновение спустя он понял - при увеличении скорости повысился гипнотизирующий эффект линий и завитушек. Сознание начало уплывать, и Лошадкин на полной скорости вбежал в ярко освещенный зал, обставленный в каком-то средневековом стиле.
Статуи, тяжеловесная мебель, огромное пространство, в центре которого, на подиуме, находилась кровать, размерами под стать этому залу. Взгляд Лошадкина прикипел к ней, так как там, в прозрачном платье, лежала на боку, подперев голову рукой, такая знакомая ему женщина.
Дионара!
Чуть ранее, он боролся с воздействием Чечух, вспоминая Дионару и теперь роли поменялись. Только тело испытывало возбуждение, не хуже прошлого, словно само шагало вперед, а вот разум вспоминал Чечух, пытаясь противопоставить ее Дионаре. Лошадкин и сам не заметил, как оказался на лестнице, ведущей на возвышение, потом колени его уперлись в кровать и Дионара, такая манящая и желанная, оказалась совсем рядом.
— Ты... мертва, - прохрипел Лошадкин, едва удерживаясь, чтобы не прыгнуть на нее.
— Я искала тебя, Михаил, - произнесла она, проводя рукой по грудям. - Искала, чтобы извиниться за все зло, причиненное тебе. Приди же ко мне!
Она раскрыла объятия и Лошадкин рухнул в них. В последнее мгновение он изменил направление движения и руки его сомкнулись на горле "Дионары", начали душить ее. Хлоя! Хлоя, которую погубила эта предательница, и злость на мгновение отрезвила Лошадкина, помогла ему вспомнить Таню, облик которой тут же сбил накал телесного возбуждения.
— Что же ты не рада?! - прохрипел Михаил, клацая зубами от ярости и злости.
Он давил и душил, но с таким же успехом мог бы сжимать руками стальную балку. Проклятье, вдруг понял, достаточно ей протянуть руку и оторвет все, или скрутит, впрочем, Лошадкин и не рассчитывал на то, что у него будет превосходство в силе, так?
— Я рада, - улыбнулась Дионара, и Лошадкина отбросило.
Он полетел кубарем с лестницы, что-то хрустело и трещало, но физическая боль отрезвила дополнительно.
— Теперь я верю, что ты мог проникнуть в тайны Ушедших! - последовало заявление.
"Дионара" спустилась с кровати, встала у лестницы и фальшивый облик сполз с нее. Дитранка, да, но не Дионара, теперь он видел это ясно. Это объясняло многое, включая превосходство в технологиях и Лошадкин тут же подумал, что весь "храм" - лишь ловушка на него. Правда, зачем бы Сильным так извращаться, когда можно было прилететь и взять свое, по праву силы?
— Мог, но не проник, - прохрипел Лошадкин.
— Почему тогда Ысынгун вступил с тобой в переговоры?!
— Потому что такие же долбоебы, как и вы! - крикнул Михаил.