Легкий вздох облегчения, турканы уже увели большую часть, и Лошадкин увел отряд влево, соединился с группой нурлов, оравших что-то неприличное на родной языке. Корабли их мчались прочь, вывозя последних гражданских турканов, и Лошадкин послал вслед двух десантников, Томпсона и Ахава, ощущая, что опоздал.
Успели!
Рванули так, что броня раскалилась и врезались в стаю ысынгунов, только хитин и жвалы полетели, не дали тем уронить платформы с эвакуируемыми. Где-то вдали валились оземь два крейсера турканов, сверкали щиты и лучи, все громыхало и тряслось, птицы защищали ядро города.
— Найти укрытие! - скомандовал Лошадкин, отправляя всем подчиненным план действий.
Он и Монахов с Эллиотом разлетелись треугольником, укрылись в пещерах, и повсюду вокруг турканы и нурлы выполняли приказ Лошадкина. Алатея торопливо колола себе что-то, меняла повязку и смотрела на Лошадкина багровыми глазами.
— Нужно будет и тебе сдать экзамены, - бросил Лошадкин, указывая на костюм.
Тот уже совал ему какие-то калорийные батончики, укрепляющее питье, а сам Лошадкин в ответ укреплял костюм, пытался провести полевой ремонт хотя бы систем на ногах. Алатея кивнула, указала взглядом в небо.
— Сейчас полезут, как тогда... ах да, тебя же не было в армии Закрасты.
Переоценил живость разума, отметил Лошадкин, плохой признак. В то же время, он ощущал небывалый душевный подъем. Дело, общее дело, в котором он не уступал другим, более того, отпор Ысынгунам. Не безнадежная тьма сражений, как в армии Закрасты, а уверенный отпор, пусть даже пока твари и одолевали.
— В общем...
Костюм пискнул, прислал картинку, и Лошадкин прыгнул в него, едва не прикусив язык. Твари полезли, не теряя времени, и холмы вокруг скал, да и сами скалы оживали, шевелились, лезли вперед, чтобы добраться до города турканов по земле или подземным ходам.
— Бей Ысынгунов! - взревел Лошадкин.
Скалы вокруг взорвались перестрелкой, турканы и нурлы, десантники и сам Лошадкин выскочили из укрытий, завязали ближний бой, спеша поразить всех, кто находился рядом. Лошадкин бросал взгляды в небо, ждал, что ысынгуны ударят по своим же и выжгут сброшенную орду, но вместо этого дождался новых подкреплений. С небес сбросили танк, вроде утенка из армии Закрасты, и примчались два истребителя, трансформировались, приземлились, перепахивая собой тварей.
— Отступать! - командовал Лошадкин.
Живые, подчиняясь ему, сбивались в отряды и отступали, десантники и танк, тяжеловооруженные штурмовики турканов во главе с Алатеей, прикрывали и создавали опорные пункты-скалы. Твари разворачивались и стреляли в них, рыли и копали, грызли скалы, Лошадкин маневрировал силами, ударял с флангов, и поспевал отгонять летунов, благо подоспели еще турканы и десантники.
Получился полноценный, пусть и импровизированный, укрепленный район, ысынгуны несли тяжелые потери, и инженеры турканов и нурлов монтировали установки, создавали защитные барьеры и ставили помехи. Два легких крейсера прикрыли с неба, сражались против живых кораблей, изнемогая, но все же прикрывая наземные силы от смертельного обстрела.
— Окружай! - скомандовал Лошадкин.
Твари кидались на опорные пункты, втягивались и оказались в кольце скал и бойцов. Развернутые турели зачастили, спеша создать свой дождь лучей, и земля вокруг тряслась, турканы рвали свои же скалы, сметая ысынгунов взрывами и каменной шрапнелью.
— Летит!
— Летит!
— Что-то они запоздали, - хмыкнул Лошадкин, глянув в небо.
Тяжелое вооружение ысынгунов, твари, способные смести любую защиту и спасти орду от избиения. Лошадкин прыгнул и взмыл в воздух, благо мобильные костюмы были действительно мобильны. Следом взмыл Монахов, получив новый приказ и истребитель - трансформер (второй разнесли и сожрали) мчался вприпрыжку.
— Уничтожения не прекращать! - скомандовал Лошадкин.
Следом за падающими таранными тварями летели стаи, прикрывая, как их, так и спеша на выручку наземным. Навалиться с неба и превратить котел для ысынгунов в ловушку для живых, Лошадкин предельно отчетливо видел их планы, словно королева Роя докладывала ему лично.
ДАДАХ! ДАДАХ!!
Твари приземлились так, что скалы вокруг повалились и линия обороны живых развалилась. Нескольких завалило, остальные не успели отойти, твари тут же оказались на них, начали рвать и терзать, перехватывали оружие, в паре мест добрались до турелей, ослабляя огонь.
— Никто, кроме нас!
Лошадкин разнес стаю прикрытия и закрутил петлю, обрушился с небес, ломая хребет таранщику, и рядом точно также поступил Монахов. Истребитель сумел ослепить своего и разозлить, и тот трубил, топтал своих же, метался в разные стороны.