От его рассказа у меня учащенно забилось сердце. Я поняла, что крепко сжимаю его пальцы, но ему, казалось, было все равно.
— На следующий день меня вызвали в кабинет начальника отдела. Как говорится, не делай добра — не получишь зла, — сказал он со страдальческой улыбкой. — Никола пожаловалась на меня декану. — Он помолчал, облизывая губы и потирая бровь и висок указательным пальцем.
— За что? — Спросила я, понизив голос в тон ему.
— На самом деле это была не столько жалоба, сколько обвинение, — сказал он.
— Всего три слова от нее, и моя жизнь перевернулась с ног на голову. Последние десять лет своей жизни я провел, изучая слова, поражаясь их силе и весу. Ни разу за все эти годы у меня и в мыслях не было, что всего пару фраз могут быть настолько пагубные, — сказал он, мрачно усмехаясь.
— Дэниел, что она сказала?
Он смущенно посмотрел на меня и сказал сквозь стиснутые зубы:
— Думаю, что «он приставал ко мне», — вот это были ее точные слова.
Я медленно откинулась на спинку дивана, чувствуя себя так, словно меня ударили в живот.
— Она заявила, что я запер дверь своего кабинета и домогался ее, — сказал Дэниел. — Она утверждала, что причина, по которой я ставил ей плохие оценки, заключалась в ее отказе… скажем так… она не отвечала взаимностью на мои ухаживания.
Он замолчал, ожидая моей реакции, но я была слишком ошеломлена, чтобы говорить. В моем мозгу пронеслась череда озарений, события последних шести недель приобрели гораздо больший смысл. Дэниел настаивал на том, чтобы проводить рабочее время в людных общественных местах, никогда не позволял себе оставаться наедине с девушкой в аудитории за закрытой дверью, держал нас всех на безопасном расстоянии, называл только по фамилиям, отчаянно пытаясь оставаться объективным. Это был не просто новичок, проявляющий особую осторожность. Это был кто-то, кто делал все возможное, чтобы прикрыть свою задницу.
Шок Дина Гранта в тот вечер у них дома, когда он понял, что Дэниел был преподавателем курса, который я посещала, теперь стал понятен. Он совершенно невинно пытался свести нас с Дэниелом и, должно быть, пришел в ужас, когда подумал о последствиях своих действий.
Потом я вспомнила вопрос Брэда, который он задал своему брату, когда мы флиртовали за бильярдным столом. «Ты пытаешься научить ее играть в бильярд или просто пристаешь к бедной девочке?» — спросил он тогда. Произнесенное в шутку слово «пристаешь» вернуло Дэниела к реальности. Он, должно быть, понял, что дал мне достаточно власти, чтобы я могла ею пользоваться на свое усмотрение.
— Неплохая история, а? — спросил Дэниел, побуждая меня ответить.
— Боже, я, даже не знаю, что сказать. Что произошло потом?
— Было проведено расследование. Меня отстранили от должности, и моя кандидатская диссертация была отозвана на время расследования. Мои родители были в отчаянии. Они прилетели, чтобы помочь мне. Казалось, что мне, возможно, даже придется идти в суд по обвинению в сексуальных домогательствах.
Папка с документами в ящике стола Дина Гранта была помечена как «Судебное дело Дэниела в Оксфорде». Конечно…
— Мой отец неустанно трудился, чтобы докопаться до сути вещей, — сказал Дэниел. — Он навестил родителей Николы, и, похоже, они поняли, ну, скажем так, финансовые выгоды, от обвинения Николы. Она отказалась от своих показаний, и было достигнуто внесудебное соглашение. Я до сих пор не знаю, чего это стоило моим родителям. Хуже всего то, что этот после этого инцидента на меня начали косо смотреть и не доверять. Я так старался быть профессионалом и делать все правильно, но это ни на йоту не изменило ситуацию. По сей день я задаюсь вопросом, верят ли мне мои родители, особенно отец. Из-за этого мы вечно ругаемся. Это сводит мою мать с ума.
Я медленно покачала головой.
— Значит, когда твой отец не хотел, чтобы она знала о том, что я училась в твоем классе, когда я была у тебя дома на ужине в тот вечер…
— Он пытался избежать неприятной сцены. Он рассказал ей все, когда вернулся домой. Она расстроилась, но понимала, что произошло недоразумение. Честно говоря, думаю, она была разочарована. Ты ей нравишься, — сказал он. — Ты уже знаешь, как сильно нравишься моему отцу. Теперь понимаешь, почему он так настаивал на том, чтобы мы не были друзьями.
— Тогда я понимала все, но да, сейчас все прояснилось окончательно.
— Он был в шоке с того самого дня, как я начал посещать занятия Мартина. Администрация университета знает, что произошло в прошлом году. В моем личном деле есть заявление. Хотя то, как Никола справилась со всей ситуацией, ставит ее претензии под сомнение, университет проявляет особую осторожность. Мне повезло, что мой отец поддерживает меня, но даже он не сможет помочь, если что-то снова пойдет не так. Если бы он знал, что мы с тобой связаны…