— Хорошо. Кто-нибудь еще?
Последовала тишина. Он многозначительно посмотрел на меня с поднятой бровью. Это вызов?
Ладно, Обри. Игра началась.
— Меня интересует исследование феминисткой тематики, — сказала я, встречаясь с ним взглядом. — Возможно мизогиния. Думаю, я сосредоточусь на «Гамлете», «Отелло», «Цимбелине», может возьму еще «Макбета».
Дэниел откинулся на стул, сузил глаза и подставил свои сжатые руки под подбородок. Когда он пододвинулся, под столом его колено задело мою ногу — случайность, конечно же, — но он также мог сунуть руку между моих бедер, учитывая какой эффект он имел на меня. Мое лицо начало гореть.
— Отличная тема, — сказал он. — У меня есть несколько интересных книг, и возможно я одолжу их вам.
Он хотел одолжить мне книги? Яркие воспоминания соблазнительных перешептываний Дэниела из моего сна пронеслись в голове, когда перед глазами встали полки с книгами.
— Можно я спрошу, — сказал он, и снова наклонился вперед, пока вертел ручку между пальцами. — Вы думаете, сам Шекспир питал ненависть к женщинам?
Я помолчала, будучи не готовой занять ту или иную позицию, но имея огромное желание показать ему, что я не тупица.
— Я не уверена. Разумеется, он посвятил много времени изучению этой темы, но его интерес к вопросу не означает, что он является приверженцем этой идеологии. Хотя, кто знает? Может он и был женофобом, ему казалось безопаснее излагать свои взгляды за масками поведения своих героев. Полагаю, именно этот вопрос я буду развертывать в своей работе.
— Я понял, — сказал он, задумчиво кивая.
Я ждала, что он скажет что-нибудь, но он едва смотрел на меня. Он что, готовил контраргументы? Все остальные в группе, казалось, задержали дыхание. На помощь пришла Джули, которая быстро нарушила неприятную тишину.
— Я много думала об использовании несветских тем в пьесах Шекспира, — сказала она. — Мне бы хотелось более внимательно рассмотреть противоречивые подходы Елизаветы по отношению к религии, и как они развиваются в его работах.
Напряжение ушло почти мгновенно, когда все разом вздохнули. Я благодарно посмотрела на нее.
— Еще одна достойная тема, — кивая, сказал Дэниел и посмотрел на других студентов за столом. — Кто-нибудь еще, прежде чем мы перейдем к обсуждению лекций, посвященных «Гамлету»? — спросил он.
Очевидно, Кара чувствовала необходимость быть услышанной, поэтому выпалила:
— Я точно хочу рассмотреть тему любви в работах Шекспира. Как «Ромео и Джульетта». Это так романтично. — Она подчеркнула высказывание хриплым вздохом.
Дэниел нахмурился.
— Это довольно… широкая тема, но я уверен немного поработав, мы сможем ее сузить, — сказал он, и, казалось, он осторожно подбирает слова.
Джулия не могла сдержать себя. Она написала на краешке листка. «Фу! Дурочка!»
Я улыбнулась и написала на своей тетради. «Я знаю! Кольцо может и крутится, но хомяк УМЕР!» Я выгнула страницу, чтобы она могла увидеть ответ, и она под столом сжала мою руку. Да, мы были суками, но Кара уже перешла все границы.
Оставшиеся полчаса мы разбирали некоторые вопросы, над которыми профессор Браун попросил нас подумать. Я должна была отдать должное — с остальной частью занятия Дэниел справился мастерски. Он подтверждал мнения студентов и аккуратно занимался с теми, чьи комментарии были полностью неуместными.
К тому времени, как в конце занятия все начали собираться, мой зад болел от сидения на скамье. Кара выбралась из-под стола, ее сиськи торчали, пока она спрашивала Дэниела, может ли он ответить на ее вопросы наедине, и обернулась через плечо, чтобы увидеть реакцию каждого из студентов. Насколько я могла судить, никто не был заинтересован ее бессмысленными заигрываниями.
— Я, ну, конечно, было бы хорошо, — сказал он ей. Но затем повернулся ко мне и сказал, — Вообще-то мисс Прайз, мне нужно поговорить с Вами после того, как мисс Свитцер задаст свои вопросы. Можете задержаться на несколько минут?
Джули посмотрела на меня с таким выражением, которое говорило:
— Опять? Что происходит между вами двоими?
Я пожала плечами и произнесла лишь губами:
— Без понятия, — а потом сказала, что позвоню на выходных, и села обратно на свое место. Кара посмотрела на меня с раздражением.
— Ну, тогда я могу записаться к Вам заранее? — спросила она у Дэниела. — Я имею в виду, мне нужна помощь, один на один.
Я закатила глаза, смотря на стену.
— Почему бы Вам не набросать подходящее для Вас время, и после занятия в понедельник мы сможет обсудить и понять, что можно придумать удобное для нас обоих? — предположил Дэниел.