(Антоний и Клеопатра)
Далее, следовала ещё одна записка от Дэниела:
«Я чертовски приободрюсь тридцатого апреля, поверь мне».
Я засмеялась, абсолютно головокружительно. Это должно быть самый нелепый литературный анализ, который он когда-нибудь проводил. Я обожала этот календарь.
Май, вот какой месяц я с нетерпением ждала. Изображение Венеры и Адониса Тицианом, и снова шекспировская цитат, связанная с героями на картине:
«…Речь её, сквозь трудное дыханье: «Чур
Не ругаться — придушу губами!»» (Венера и Адонис)
Я изучала Венеру с Адонисом в старшей школе. Картина отражала часть поэмы, в которой Венера стягивает Адониса с коня и пытается соблазнить его, пока они лежат вместе в лесу.
Я перевожу внимание на стикер у цитаты в мае. Дэниел нарисовал большую красную стрелу, указывающую на картину. Под ней была надпись:
«Ещё пятьдесят восемь дней, и мы будем вместе.
Обри, чёрт, я не могу дождаться этого часа».
Глава 17
Свет и Похоть
Сказав это, он вступает на путь света, ибо свет и похоть — смертельные враги…
(Похищение Лукреции)
В ТУ НОЧЬ я ЛЕЖАЛА В ПОСТЕЛИ, размышляя о событиях прошедшего дня и пытаясь примирить бурю эмоций, которые вызвал этот день. Скука, счастье, горе, удовлетворенность, тоска — вся гамма чувств. Я была совершенно опустошена. Какой бы неприятной ни была ситуация с Дэниелом, это было временно. Через пятьдесят восемь (скоро будет пятьдесят семь) дней он будет полностью моим, и мы будем свободны. Это была моя последняя мысль, прежде чем я, наконец, заснула.
Я спала хорошо. Даже слишком — задремала сразу после звонка будильника, а проснувшись, обнаружила, что у меня есть двадцать пять минут, чтобы собраться на работу. Я вскочила с постели, нырнула в душ и выскочила из него, а затем заметалась по комнате, пытаясь найти что-нибудь подходящее из одежды. В конце концов, запаниковала и натянула черные штаны для йоги и простую белую футболку, а в довершение черно-белый свитер с поясом до бедер. Обычно я не надевала такой наряд на работу, но сойдет.
Я уже почти вышла за дверь, когда вспомнила, что мне нужно сделать кое-что чрезвычайно важное. Я бросилась обратно в свою комнату и открыла верхний ящик комода, чтобы найти календарь. Открыв его на марте, я взяла красную ручку и обвела большим красным крестиком вторник, третье марта. Затем снова спрятала календарь на дно ящика стола, прежде чем отправиться на работу.
Я приступала к своим утренним обязанностям и готовила себе первую чашку кофе, когда Дэвид Грант стремительно вышел из своего кабинета.
— Не могла бы ты налить и мне тоже? — он спросил. — Только пойдем в мой кабинет. Нам нужно поговорить.
О, чёрт. Приплыли.
О чём мы с Дэниелом думали накануне, когда носились по двору, касались коленками и пожирали взглядом друг друга в библиотеке, обнимались под сторожкой у ворот, и всё это под потенциально бдительным присмотром его отца? Мне следовало помнить о близости библиотеки и Нортроп Фрай-холла. В какую сторону выходили окна кабинета декана Гранта? Я даже не подумала об этом. Я была такой глупой.
Я налила ему кофе и, схватив свою чашку, ногой распахнула дверь его кабинета. Я поставила его кофе на стол, пытаясь скрыть дрожь в руке.
— Спасибо, Обри. Присаживайся, пожалуйста. — Он жестом указал на стулья перед своим столом, сделал глоток кофе, затем бросил очки для чтения на стол и наклонился вперед, чтобы посмотреть на меня поверх сцепленных рук.
— Полагаю, ты не знаешь, зачем я тебя сюда позвал?
— Э-э-э, я не совсем, сэр, нет.
Это прозвучало совсем неубедительно.
— Вчера я услышал ужасную новость.
Услышал? Я посмотрела на окно. Оно выходило на юг, через Куинз-парк. Он не мог видеть, как мы сидели перед библиотекой или шли к сторожке у ворот. Кто-то другой сообщил о нас!
Он глубоко вздохнул и посмотрел на часы.
— Университет пережил потерю студента из Сент-Майка на неделе чтения.
Подождите, что он говорил? Боже мой, речь шла о Мэри!
— Да, я слышала об этом вчера. — Я быстро оправилась от шока. — По вторникам у меня утренние занятия в школе Святого Майка. — Об этом говорили все, — соврала я.
— О, так вы все-таки знаете? — Спросил Дэвид Грант, удивленно приподняв брови.
— Да. Извините, мне и в голову не пришло, что вам захочется поговорить со мной об этом. Я действительно знала Мэри. Она была на одном из моих занятий — в моей учебной группе, на самом деле. Она была очаровательной девушкой. — Затем, для пущей убедительности, я добавила: — Это курс Дэниела.