— Конечно. Твое право.
Он взял меню.
— Ладно, хватит об этом. Не хочешь ли бокал вина или чего-нибудь ещё? Ты любишь красное, если я правильно помню?
Я рассмеялась.
— Удивлена, что ты хоть что-то помнишь о том вечере.
— О, есть несколько моментов того вечера, которые неизгладимо отпечатались в моей памяти. — Дэниел усмехнулся собственной шутке.
— Есть несколько моментов, которые мне тоже было бы трудно забыть, — сказала я.
Он поёрзал на стуле и ухмыльнулся мне.
— Очень умно. Так что, выпьем?
— Я не могу отвечать за своё поведение после нескольких бокалов красного вина.
— Что ж, решено. Пусть будет бутылка красного.
Он захлопнул винную карту, и я усмехнулась.
— Мы не можем выпить всю бутылку красного вина. Тебе придется вести машину.
— Знаю. Я шучу, — сказал он, прежде чем понизить голос и добавить:
— Наверное.
Заметив наши закрытые меню, подошла официантка.
— Вы готовы сделать заказ? — спросила она.
— Боюсь, мы ещё даже не ознакомились с меню, — сказал Дэниел. — Но мы бы хотели немного вина. Я думаю, мы возьмем пол-литра аргентинского мальбека. (прим. пер., Мальбек (исп. Malbec), или Кот — технический (винный) сорт винограда, используемый для производства красных и розовых вин).
— Конечно, — сказала она и исчезла, чтобы сделать заказ.
— Итак, есть какие-нибудь рекомендации по меню? — спросила я его.
— Все замечательно. Ты ведь не вегетарианка, верно? На днях ты ела индейку, но ведь ты ешь красное мясо?
Я не могла сдержать улыбки. Нам действительно нужно было так много узнать друг о друге. Волнение от новых отношений, весь процесс знакомства с кем-то — это было так волнующе.
— Определенно не вегетарианка, и я готова попробовать что угодно.
— Приятно слышать, — сказал он с дерзкой ухмылкой.
Я покачала головой и снова уткнулась в меню, изображая раздражение. Он действительно был неисправим.
— Итак, я заметил, что ранее ты довольно быстро прекратила обратный отсчёт до пятидесяти пяти дней. Я так понимаю, тебе нравится календарь?
— Очень, — пошутила я. — Представляю, как ты сидишь в Starbucks и старательно выписываешь эти заметки для меня.
— Так ты хочешь сказать, что я подхалим? — спросил он, нахмурив брови.
— Чёрт возьми, да, я заполучила тебя именно там, где хотел.
— Хотел бы я сказать то же самое. — Он наклонился вперёд и понизил голос. — Где я действительно хочу тебя видеть, так это наверху, в одном из лучших люксов с кроватью размера «кинг-сайз» и джакузи.
— Только попроси. — Я пристально посмотрела на него.
Он откинулся назад и тяжело выдохнул, прежде чем ответить на мой взгляд таким же непоколебимым. — Как бы это ни убивало меня, ты знаешь, что мы не можем этого сделать. Прости.
— Думаю, мне не на что жаловаться, не так ли? Я знала, во что ввязываюсь.
Он нежно погладил мой большой палец, задумчиво глядя на мою руку. Подошла официантка с подносом, и он выпрямился, спокойно отдернув руку. Налив каждому из нас по бокалу вина и поставив воду на стол, она приняла наши заказы.
Покончив с нашими меню, Дэниел взял свой бокал, наклонил его и несколько раз взболтал вино.
— Надеюсь, ты не собираешься сделать большой глоток и выплюнуть его на растение? — спросила я его.
Он поставил свой бокал и рассмеялся.
— Если честно, я пытаюсь придумать тост. Мне кажется, сегодня неуместно радоваться.
— Это был грустный день — грустная неделя. Однако важно смотреть на вещи в перспективе, с разных углов, — напомнила я ему. — В подобных ситуациях лучшее, что ты можешь сделать, — это почтить память человека и максимально использовать каждый прожитый день.
— Ты права, — сказал он, задумчиво улыбаясь мне. — Так за что, по-твоему, мы должны выпить?
— За май? — предложила я.
— Хм, а что будет в мае? — спросил он, изображая недоумение.
— Абсолютно ничего, если ты, черт возьми, не поумнеешь, — сказала я, похлопав его по голени под столом.
— Ах, да, внезапно все вспомнилось. Май… Венера и Адонис. Скажи мне, Обри, можешь ли ты ответить, что ты хоть немного похожа на Венеру в своих, гм, страстных наклонностях?
— Ты спрашиваешь меня, стащил бы ты меня с лошади, чтобы соблазнить?
— Полагаю, да ты бы согласилась?
— Тебе придется подождать до мая, чтобы узнать, — сказала я, подмигнув.