«Если не можешь ничего предпринять — жди», — хмыкнул про себя Лазарев. И мысленно поставил элементалю ещё один плюс.
Игорь ехал достаточно медленно; район был ему малознаком, поэтому ему требовалось как следует осмотреться. Наконец он увидел то, что искал.
Таких зданий было натыкано десятки по городу, и все они выделялись своим однообразием. Обязательно многоэтажные. Обязательно белые. Обязательно с красными крестами.
Игорь затормозил прямо у центрального входа. Между машиной и ступеньками оставалось каких-то несколько метров. Повернув голову к металлисту, Лазарев скомандовал:
— Выходи.
Тот уставился на Игоря. В серых глазах отразилось непонимание.
— Живее, выметайся!
Ошарашенный парень нащупал ручку двери. Вылезая из машины, он чуть запнулся, негромко, но с душой выругался, а затем, разумно оценив свои возможности, уселся на землю и принялся перебирать руками и здоровой ногой, медленно передвигаясь ко входу. Сломанная нога при этом бессильно волочилась следом за ним.
Наблюдать за тем, как он доберётся до госпиталя, Игорь не стал. Едва дверь машины захлопнулась, он развернулся и рванул в обратную сторону.
Некоторые дела нельзя оставлять незаконченными.
К тому времени, как Игорь вернулся к базе Карпа, злость почти полностью оставила его. С глаз спала пелена, неконтролируемая дрожь покинула конечности. По здравому рассуждению, Лазарев, в общем-то, уже и не хотел убивать оставшихся членов банды. Какой в этом смысл? Опасности они для него не представляют: горстка людей без способностей элементалей, лишённые своего предводителя, вряд ли станут искать встречи с Лазаревым. А избавляться от них…
«Сегодня и без этого пролилось слишком много крови», — подумал Игорь. И тот факт, что почти вся она была пролита им самим, ничуть не успокаивал.
Нет, заходить внутрь и вырезать остатки банды Карпа Лазарев не собирался. Сейчас, когда он успокоился, Игорь просто не мог этого сделать. Но и оставлять базу нетронутой Лазарев не собирался.
Игорь тоскливо посмотрел на мигающий значок на панели приборов. Жёлтое схематичное изображение бензоколонки, мигая, напоминало о том, что машину следовало заправить.
Хотя какой в этом смысл? Остатков бензина будет вполне достаточно.
«Кто сказал, что мужчинам неведом страх?
Кто сказал, что забыл о заботе Бог?
Кто сказал, что есть в боли хороший знак?
Кто сказал, что любовь — это тоже зло?»*
Вряд ли магнитола осознавала, что это её последняя песня.
Чувствуя себя героем блокбастера, Игорь разогнал машину и выпрыгнул из неё на ходу. Полторы тонны металла на высокой скорости ударились о вход в здание, круша двустворчатую деревянную дверь, ломая кирпичную кладку. Вывеска с надписью «B53» повисла на единственном уцелевшем крепеже, пару раз качнулась и сорвалась вниз, проминая под собой крышу автомобиля.
В результате передняя часть автомобиля смялась. Из-под капота заструился едва заметный дым, а затем… Ничего не произошло.
Игорь поднялся с асфальта и поправил одежду. Ну, раз машина не загорелась сама, придётся ей помочь.
Небольшая боль в пальце — как будто иглой укололи, — и в сторону автомобиля летят несколько капель лавы. И приземляются точно на люк бензобака.
Отряхнув руки, как после добротно выполненной работы, Игорь развернулся и направился прочь. На взрыв, раздавшийся буквально через считанные секунды, он смотреть не стал. Лазарев просто шёл и наслаждался воцарившимся внутри умиротворением. Злость, бушевавшая в нём весь вечер, наконец утихла.
Кстати, в природе напавшей на него ярости Игорю ещё предстояло разобраться.
Потому что он вдруг осознал, что становится похож на другого человека, и это сравнение ему не понравилось.
***
*Вольный авторский перевод песен группы «The 69 Eyes» — Never say die» и «Devils».
Глава 14
— Хм. А вот это довольно любопытно. Хотя нет — это необычайно любопытно!
У Игоря возникло ощущение дежавю. Он вскинул бровь, и с ожиданием уставился на Мерцалова. Внешность врача претерпела заметные изменения: если раньше он щеголял чисто выбритым лицом, то теперь лицо обрамляла короткая борода, уложенная волосок к волоску. Педантичность Ильи никуда не делась. Как и склонность увлекаться своими настолько, что всё остальное отбрасывалось на второй план.
— Мда… Действительно. Ну, хоть я и предполагал, что подобное не встречается, это не значит, что оно не встречается в самом деле… — задумчиво бормотал Мерцалов себе под нос. Чем, признаться, неслабо раздражал лежащего в капсуле Игоря.