Игорь выбрасывал бесполезные вещи на пол, продолжая поиски. Когда карманы Бальсы опустели, он ещё раз похлопал руками по одежде мужчины. Затем — ещё раз.
Ничего. Сколько бы вещей Бальса не захватил с собой в Лабиринт Руниста, фальсиформики среди них не было.
Не сдерживаясь, Игорь выругался во весь голос, сел прямо на холодные плиты пола и запустил руки в волосы. Поход в Лабиринт оказался напрасным.
«Всё было зря, — подумал Игорь, ощущая, как внутри него поднимается неконтролируемая ярость. — Это всё бесполезно. Фальсиформики здесь нет».
Он одним рывком вскочил на ноги. Перед Бальсой, прямо под огромной руной, стояла каменная урна, достающая Игорю до груди. Лазарев схватил её, оторвал от земли и швырнул её об стену.
Осколки урны рассыпались на пол, раскрыв её содержимое. В воздухе, медленно оседая, повисло облако праха. Игорь уже разворачивался, чтобы уйти, когда в свете лавы, струящейся по его телу, что-то блеснуло.
Увесистый амулет, выполненный из золота с инкрустированным в него рубином лежал среди осколков урны. Игорь поднял его с пола и с силой выдохнул, сдувая с амулета осевшие на него клочки праха.
— Красивая вещица, — вслух сказал Игорь, чувствуя, как злость заполняет его с новой силой. — Но абсолютно… Бесполезная!
Ярость срочно требовала выхода. Зарычав, Игорь размахнулся и с силой бросил амулет в стену, угодив прямо в центр начерченной на ней руны.
Раздался какой-то скрежет, словно заработал старый, плохо смазанный, а оттого проржавевший механизм. Участок стены сдвинулся в сторону. Игорь почувствовал на своем лице лёгкое дуновение ветерка. Подумав, он подобрал с пола амулет и быстро подошёл к открывшемуся проёму.
Выход вёл наружу. Игорь заглянул в проём: над головой простиралось сумеречное, укрытое облаками небо. Участок пола выдвигался вперёд, козырьком нависая над крутым обрывом, в глубине которого виднелось небольшое озерцо. Игорь сплюнул. Прыгать туда, не зная, насколько глубок водоём, было самоубийством. Он уже развернулся, смирившись с мыслью, что обратно придётся идти тем же путём, каким он попал сюда, когда до его ушей донёсся отдаленный грохот.
Холм задрожал. Осколки урны начали ритмично подпрыгивать вверх, пыль поднялась в воздух, и прежде, чем Игорь успел сделать хоть шаг, с потолка одна за одной посыпались огромные каменные плиты — слишком уж квадратные, чтобы это было случайностью: похоже, создатель Лабиринта не планировал оставлять расхитителей своей гробницы в живых.
Путь назад был закрыт. Игорь попятился, вновь оказавшись на козырьке, выступающим над обрывом, и обернулся. Прыгать он не собирался: расстояние было слишком большим, чтобы быть уверенным в успехе такого манёвра. Поэтому Игорь сел на подрагивающий козырёк, вцепился в него руками и свесился вниз.
Нога нащупала выступ. Игорь как заправский скалолаз принялся спускаться по отвесному склону, молясь про себя, чтобы ни один из камней, упавших в результате обвала, не угодил в него сверху. Никакой доспех — даже самый прочный — не спасёт его, если его придавит гигантская каменная глыба.
Посыпавшаяся сверху пыль набилась припорошила Игорю волосы, застлала глаза, набилась в рот. Предчувствуя, что одной лишь пылью дело не ограничится, он почти не глядя прыгнул в сторону и обеими руками вцепился в пересекающую отвесный склон трещину. Спустя каких-то пару секунд туда, откуда только что переместился Игорь, посыпались крупные, размером с человеческую голову обломки каменного козырька. Лазарев посмотрел вниз: здесь было не слишком высоко — от земли его отделяло не больше десяти метров, — однако усеивающие подножие холма камни не оставляли надежд на удачное приземление даже в доспехе. Игорь ожесточённо сплюнул. Сегодня он определённо превзошёл лимиты своей удачи.
Стоило только подумать об этом, как фортуна от него отвернулась: трещина под его пальцами, не выдержав давления человеческого веса, раскрошилась, и правая рука Игоря бессильно соскользнула вниз. Ноги тоже не находили под собой никакой опоры. Игорь повис на одной лишь левой руке, пострадавшей в Лабиринте Руниста.
Такого испытания онемевшая кисть уже не вынесла. Непослушные пальцы разжались, и Игорь полетел вниз. Единственное, что он успел сделать, — это в последний момент с силой оттолкнуться от склона обеими ногами, запуская своё тело как можно дальше. Уже разворачиваясь в воздухе лицом к стремительно приближающейся водной глади, он успел увидеть, как по разрушающемуся холму сплошным потоком катятся крупные каменные глыбы, буквально на глазах меняя окружающий пейзаж.