Остап во главе стола, Сила и Акулина садятся по обе стороны от него, молодая свекровь смотрит на Ганну насмешливо, Силантий настороженно. Остап первый пробует еду, морщится.
- Ганна! Етить колотить! Опять пересолила, неумёха!
Бросил в раздражении ложку.
- Да як же так, я же не… - Ганна попробовала, покривилась. Посмотрела виновато на мужа, на свекра, заметила торжествующий взгляд Акулины.
- Это все она! Соль в чугунок подсыпала! – выкрикнула Ганна, указывая пальцем на свекровь.
- Цыц! Нече на зеркало пенять, коль рожа крива – стукнул свекор по столу кулаком, аж посуда подпрыгнула. Все притихли, у Ганны слезы на глазах заблестели.
- Пересолила, значит, влюбилась – пошутила Акулина – давайте сало с хлебом поедим сегодня.
- Мы это вчера ели – проворчал Остап, Акулина принялась сало тонкими кусочками резать.
- Ничего… Научится готовить, какие ее годы. Не серчай, Остап.
- Я умею, я все умею, а ты, змея, мешаешь мне – рассердилась Ганна, смотрит на мужа с надеждой, что он заступится. Но он молчит, берет кусок хлеба, запивает молоком.
- Вот и покажи нам умения свои в свинарнике, и коров доить – теперь твоя забота. А на кухне пусть Акулина хозяйничает, у ней лучше получается – распорядился хозяин – надоела сухомятка.
Акулина кинула на Ганну быстрый насмешливый взгляд. Та взглянула злобно. Не поела, ушла кормить свиней. Пока свиньи, дружно хрюкая и чавкая, опустошали колоду, Ганна успела наплакаться вдоволь. Что придумать, чтобы вывести на чистую воду свекровь, она не знала…
- Не ругай ее, Остап, ей трудно привыкнуть к чужой семье. Дома-то родители ее баловали, вот и тяжело ей теперь – сказала Акулина мужу.
- Да, ты права, изнежили ее Головнюки. А еду готовить, сватья Оксана сама не умеет, вот и дочь не научила – произнес Остап – а, помнишь, Сила, какие борщи нам покойная Матрена варила?
Силантий головой мотнул. Грустное воспоминание. Как не стало Матрены и двух ее сыновей, опустела хата, осиротел Силантий… Обстановка в доме с приходом в него Ганны была напряженная, Ганна постоянно жаловалась на Акулину Силантию, просила заступиться за нее.
- Она ко мне придирается, Сила, почему ты молчишь?
- А что я скажу? Она ничего плохого про тебя не говорит. Наоборот, за тебя заступается. А что готовишь ты плохо, так то, не ее вина. Она – жинка отца, старшая женщина в доме и не спорь с нею – отвечал Сила, и Ганна обижалась. Бегала жаловаться к родителям, но тесть с тещей только плечами пожимали. «Чужая семья – свои порядки. Привыкнешь».
14. Беременность
Через несколько дней пришла в гости Фекла, принесла последние новости села.
- Вчера у доктора сын родился. Его женушка разрешилась от бремени.
Силантий прислушался. Разговоры о Роксане волновали его. В хате были Остап и Акулина. Ганна на улице с хозяйством управлялась. Фекла расположилась за столом, пила чай с баранками, разговаривала с хозяевами.
- Больно уж она хлипкая у него… Доктор ее сильно бережет, она ничего по дому не делает.
- Так ей и делать нечего. Ни скотины нет, ни огорода – хмыкнул Остап.
- А зачем это доктору? Он не крестьянин. И жена у него, как барыня. Воду носить, белье стирать, полы мыть – это все Галина, жена Поликарпа делала. Доктор ей платил хорошо. Да, только захворала она чего-то и некому стало этой барыне прислуживать – сообщила Фекла.
- Так желающие в деревне найдутся. Или, ты сама хочешь наняться? – спросила Акулина.
- Да, я бы не против. Ходила я к нему, к доктору.
- И что, он взял тебя в прислуги? – поинтересовался Остап.
- Нет… Опоздала. Он с той стороны китаянку привез, молоденькую. Она и будет с дитенком нянькаться, и прислуживать.
- Ясно дело, купил по дешевке девку, – проговорил Остап.
- Как это купил? – удивилась Акулина.
- А пошто бы и нет? Там, этого добра навалом.
- Доктор на ту сторону ездил к одному больному богатею, вылечил его. Тот и отблагодарил за лечение – объяснила Фекла.
- Стало быть, не удалось тебе, Феня, грошей подзаробить, – усмехнулся Остап.
- Не вышло – вздохнула Фекла.
- Скоро мне твоя помощь понадобится – заявила вдруг Акулина.
- А тебе-то зачем, у вас Ганна есть, что вдвоем не справляетесь? – хмыкнула Фекла.
- Пользы от Ганны маловато, а я… ребенка жду.
- Что?! Вот радость-то доченька!
- Шо?! Понесла… и молчала – оживился Остап.
- Я сегодня только поняла, не успела сказать – Акулина засмущалась.
Силантий удивленно взглянул, что-то защемило внутри. «Чей ребенок?»