- Сделайте наш портрет.
- Разумеется! Дайте-ка я подумаю, какую композицию составить – задумался фотограф, разглядывая клиентов.
- Пожалуй, так. Молодой человек садитесь на стул, а девушка стоит рядом, руку на плечо, вот так, прекрасно, смотрите, сейчас вылетит птичка, улыбайтесь…
Это было так волнительно позировать перед камерой.
- А еще я предлагаю вам сделать второй снимок, в полный рост и оба смотрите друг на друга, как бы вполоборота, держась за руки, очень красиво получается, так романтично…
Они вышли из фотостудии, и Сила признался:
- Я так в поле не уставал, как сегодня из-этого фотографа. Встаньте так, сядьте этак…
- А я так волновалась… интересно, что там получится.
- Через неделю узнаем.
И они отправились в обратный путь домой. Иногда они встречали знакомых Силы, с ним здоровались и с любопытством смотрели на его спутницу…
Письмо написать было непросто. Как найти нужные слова, как выразить то, что она счастлива и любима. «Здравствуйте, дорогие мои мама и бабушка! С приветом к вам ваша дочь и внучка Роксана…». А что писать дальше она не знала. К тому же оказалось, что почта в городе не работает, ее разбомбили. Но Силантий уверял, что скоро все наладится, так что рано или поздно ее письмо уйдет по адресу. Через неделю он принес фотоснимки, и они очень понравились Роксане. Одну из карточек она вложила в письмо. При написании обратного адреса, она засомневалась.
- Сила, как ты думаешь, как написать? Роксана Прайс или Маркер?
- Конечно, Маркер – ответил он.
Она подумала, правильно, если муж новый, то и фамилия должна быть новая, и вывела аккуратными буквами: Роксана Маркер.
А Силантий подумал: «Я тоже мог бы подарить отцу свою карточку, но там же Ганна». Он уже было совсем забыл про нее, но она ведь законная супруга, а Роксана нет… Решил обсудить тему развода с командиром.
- Тимофей, слушай, что нужно, чтобы с Ганной развестись?
- Ну, сначала, надо спросить ее - может согласна на развод.
- Я разумею, она не согласится – покачал головой Сила.
- Тогда – суд. Все-равно разведут, не переживай – успокоил его Тимофей – только сейчас не до того. Скоро нам в поход. А как вернемся, тогда и разберемся с разводом.
- Надолго уходим?
- Думаю, надолго.
Сила помрачнел. Придется оставить Роксану одну.
- Пиши доверенность на свою Роксану, чтобы довольствие за тебя получила, пока мы в походе. Я подпишу – Тимоха хлопнул друга по плечу – не пропадет без тебя твоя зазноба. Матвеевна – баба ответственная, присмотрит за ней.
Домой он пришел грустный, как сказать Роксане, что уезжает надолго.
- Что случилось, Сила? – заметила его состояние она и насторожилась.
- Ничего такого, Сана. Просто, я в поход ухожу на днях, и точно не знаю на сколько…
- Это опасно?
- Нет, что ты, ничего не опасно – уверил ее Сила.
- Не обманывай, Сила… Я боюсь за тебя…
- Просто жди меня, и все. Возьми документ. Если задержимся, ты в штабе довольствие получишь за меня. Только одна не ходи, позови с собой Матвеевну, или Родиона, пусть тебя проводят…
Роксана прижалась к нему всем телом. Хотелось плакать. «Опять разлука»
26. Ранение
Отряд «Красный Беркут» ушел в поход добивать беляков, а Роксана осталась одна в комнате. Барак жил своей жизнью: женщины Матвеевна и тетя Маша шумели, вечно голодный мальчишка Мишка воровал еду, хулиган Рябой с компанией приставали к приличным людям, стреляли папироски и ходили на заработки на рынок или на станцию грузчиками.
Почту открыли, и Роксана в сопровождении Лизаветы Матвеевны, унесла на почтамт свое письмо для матери и бабушки, на обратном пути на рынок завернули: жизнь все-таки входила в мирное русло, и торговля там шла довольно бойкая. Роксана подумала, что не мешало бы ей продать вещи своего мужа, которые лежали в дорожном сундуке: пальто, костюм-тройка, несколько рубашек. Вещи доктор приобретал хорошие, добротные, за них можно было получить приличные деньги или выменять на продукты.
Пришло время довольствие за Силантия получать, продуктовый паек. Это дело было важное. Матвеевна отправила с ней «группу сопровождения»: Родион Рябой и друг его здоровяк Колян шли за Роксаной следом до штаба, и обратно по очереди несли мешок с пайком, а Роксана шагала налегке и спину прямо держала, как Силантий велел. Потом все обитатели барака за общий стол собрались: угощение на славу получилось.
Фотография, где они вдвоем с Силантием, была в самодельную рамочку вставлена и на стене висела, как украшение. Роксана с тоской взирала на нее, думала: «Где же ты, Сила? Что там с тобой на этой войне проклятой?» Медленно и тоскливо тянулись зимние дни. Солнце поздно просыпалось и рано спать ложилось, так и Роксана поступала, иначе при лампе сидеть, только керосин зря жечь. Иногда вечерами с соседками на кухне сидели у печи, рассказы рассказывали, чай пили… В городе радостно проводились митинги в честь присоединения к Советской России, все говорили об окончательной победе над белым движением, а у Роксаны неспокойно на душе было. Оказалось не зря.