- Спасибо, Теллур, - благодарит Горгий, - очень интересный получился обзор.
Обзором круга вводное занятие и оканчивается, обсерваторию, медленно нарастая, заполняет свет, разливается по чёрному белым.
Аиртон и сам не заметил, как погрузился в воспоминания, но вот вынырнул, вернулся, готовый к очередной реплике Фаффа. Тот, однако, молчал, и то ли тоже вспоминал что-то, то ли что-то напряжённо обдумывал.
- А помнишь, как кураторы Ксана по календарям гоняли? - вдруг спросил.
- Да, конечно, - кивнул Аиртон, - страшно было за него.
- А ведь не только его тогда проверяли, - Фафф ударил кулаком о ладонь, - а и всех нас. И понял я это, что самое смешное, только сейчас!
- Но мы же ничем ему тогда не помогли, просто рядом стояли, - проговорил Аиртон озадаченно. - Или же нет, помогли?..
Ксан между курией и кураторами, на возвышении, выступающем из пола аудитории, так называемом диске ответа. Встревожен, ибо чувствует за простыми, казалось бы, вопросами второе дно.
- Продолжай, продолжай, - торопит Алистер. - Про старый календарь мы услышали, а что же теперь, в наше время?
- Теперь, с установлением магократии, год разделён на пять частей, квинт. Первой идёт квинта Элементала, затем Ментала, Астрала, Эфира, а последней в году - квинта Сущего. Если по старому, то это были межа, весна, лето, осень и зима соответственно. В каждой квинте по четыре месяца, в месяце по двадцать дней, то есть по две декады...
- Так в чём отличие-то, - прерывает Атхлон, - если год, что по старой системе, что по новой, разделён одинаково?
- Так я про то же и говорю, - торопится пояснить Ксан, - что основа у календарей одна и та же - созвездия круга, но в новом более точные обозначения относительно магии. А это с Первыми и установилось, с магократией, вот.
- Ну, допустим, - говорит Атхлон. - А что скажешь о правиле Цирца-Утли?
- Согласно ему, - отвечает Ксан без запинки, - дар мага зависит от знака в круге. К примеру, если человек родился в квинту Элементала, и не простолюдином, а со способностями к волшебству, то будет стихийником. И если месяц первый из четырёх, то есть созвездие Светоча, то стихией его будет Пламень.
- То есть так было всегда, - спрашивает Алистер, - а Первые правило только открыли?
- И да, и нет, - отвечает Ксан после небольшого раздумья. - Раньше правило тоже действовало, но не всегда, а теперь, в наше время, оно постоянно.
- Хорошо, - кивает Алистер, - последний вопрос. Скажи нам, чем отличителен каждый четвёртый месяц года.
- Это время, когда может родиться человек, одинаково способный во всех областях своей магии, а не в какой-то одной, - говорит Ксан, - называют таких универсалами. Наш Иероним, к примеру, эфирный универсал, и я знаю, что ему одинаково легко даётся и выход в Эфир, и работа с зомби, и высшая некромантия. И да, да, чуть не забыл! Здесь надо ещё добавить, что к стихийным магам правило универсалов не относится - у них другое деление, по четырём Элементам...
- Достаточно, - взмахивает рукой Атхлон. - Мы довольны твоим ответом, ученик Ксан.
Алистер же, обведя притихшую курию взглядом, добавляет:
- Как и всеми вами, курия.
Подавшись на кресле вперёд, Фафф объяснял:
- ...Почувствовал тогда, что кураторы собираются Ксана выкинуть, и упёрся... Даже нет, - стремительный взмах рукой, - не я один, а мы оба с тобой как бы упёрлись и тем самым его сберегли. Подсказали, помогли с ответами? Нет, вроде бы нет, не так всё оно было, а может и да, не знаю...
- Но тогда получается, - сказал Аиртон, - что и теперь от нас многое зависит тоже.
Посмотрели друг на друга, затем одновременно на дверь тамбура, ведущего в камеру полигона, и, словно бы от их взглядов, та поползла вверх, открылась.
- Пошли, покажем им! - вскочил Фафф.
- Пошли, - эхом отозвался Аиртон, поднимаясь следом.
И они вошли, и они показали. Один бил огненными шарами, другой поддерживал ледяными стрелами, один защищался воздушным щитом, другой набросил каменную кожу. Подобное было возможно благодаря особому характеру стихийной магии - первыми двумя её уровнями способен овладеть любой маг, вне зависимости от того, под каким знаком родился. Для уровней третьего и четвёртого стихийный приоритет уже необходим. Оттого-то для преодоления живого огня, заклинания Пламени третьего уровня, рождённого боевой ра-мой, Фаффу и Аиртону пришлось объединить силы в совместном заклятье. У них получилось, получилось с первого раза, и завершающее испытание второй ступени было пройдено.
- Ну, я в этих двоих и не сомневался, - сказал Атхлон, в подробностях изучая запись с обозревателя.
- Да, на достаточный уровень взаимодействия они вышли, - согласился Алистер. - Переходим собственно к обучению, к ментальному его аспекту.
[Глава вторая] Стена
[1]
2415 год от Разделения
Квинта Ментала, 19-й день 4-го месяца
Воздушная магистраль над Галавой, в десять полос шириной. На полосы делят сферы-ограничители, вспыхивают световыми сигналами, сферы-регулировщики посылают уже сигналы ментальные, оказывают влияние на ментальные знаки людей и машин. У Аиртона и Фаффа знаки временные, поставлены месяц назад, но всё равно чувствуется. Они в двухместном летуне, с телепатической системой управления, и Фафф управляет, а Аиртон стабилизирует его силу. Перемещаются по городу теперь только так, уже второй год никаких телепортов.
Рядом с прозрачным лепестком кабины, появляясь то слева, то справа, следует их сканер. По виду та же "живая голова", как и в случае с "умником", только у сканера к элариевому сердечнику прибавлен ещё и м-нейронит, протоплоть устойчивее, глухой шлем. Зовут их сканера Марк, физически погиб во время Ментального бунта, то есть чуть больше трёх столетий назад. Лишнего слова от него не дождёшься, зато на предупреждения и штрафы щедр. Вот и сейчас, когда Фафф позволяет себе лихой вираж, Марк придерживает его через ментальный знак, заставляет снизить скорость, а по стеклу жёлтая лента - знак предупреждения.
- За что, - возмущается будущий контролёр, - я же ничего не нарушил!
Аиртон чувствует едва не сорвавшееся ментальное заклинание Фаффа лёгким покалыванием в пальцах левой руки - той, на которую надевает перчатку со вставками а-нейронита. Теперь, с новой ступенью, он знает всю правду о своём профиле - пустотник. Такой же, как и у отца. Его отражением стал Аиртон, а не отражением матери, астральной волшебницы. Правду о родителях он теперь знает тоже - блоки памяти сняты.