- Веточка, миленькая, открой глазки. Веточка, не пугай меня –« Васька? А что она здесь делает? Пускай перестанет меня трясти». Она хотела ей это сказать, но из горла вырвался какой то сип. Почувствовала, как к губам прислонили край стакана. Ей стоило усилий открыть рот. Но она справилась и глотнула. Потом еще раз. Девушке удалось сделать несколько глотков. Потом она попыталась открыть глаза. Они не открывались. Ей опять хотелось спать.
- Веточка, я сейчас скорую вызову, если ты не откроешь глаза – Вита помотала головой. И уснула. Пришла в себя, когда ее опять трясли. Куда-то несли. Слышала Васькин голос. « Андрей? Кто такой Андрей?» Она чувствовала, что ее раздевают и кладут в теплую воду. К губам опять поднесли стакан. «Вкусно. По-моему я выпила все». Девушку как куклу мыли, поливали водой. Размочили ресницы. «Вот почему глаза не открывались». Открыть сразу не получилось. Свет бил в глаза. А когда она их все таки открыла, увидела перед собой лицо Васьки. «А кто меня держит за плечи?» Повернула голову. «Парень, который меня перевозил с вещами. Да, Андрей. Хорошо». Она снова закрыла глаза. Она чувствовала, что ее достали из ванны завернули в полотенце, и опять куда-то понесли.
- открой рот. Веточка, ну, Веточка. Скорую вызову – раздался грозный голос Васьки. Вита послушно открыла рот. «Куриный бульон. Вкусно». Она сделала несколько глотков. На большее сил не хватило. «Спать. Хочу спать». В себя она снова пришла, когда опять к ее губам что-то поднесли, и она опять выпила. «Надо же у меня появились силы открыть глаза». Рядом сидела Васька, и плакала.
- Вась, что у тебя случилось, чего ты плачешь? – прохрипела она
-у меня? Это у тебя что случилось – чуть не закричала она. Вита удивилась. И попыталась вспомнить, что у нее случилось. «Вроде бы ничего»
- наверное, я заболела – предположила она. Говорить получалось все лучше – а сейчас выздоравливаю. Дай еще попить – губ, коснулся край стакана, и в рот полился нектар. После того, как она попила, у нее хватило сил приподнять голову и сесть. Голова кружилась, но она чувствовала себя гораздо лучше.
- ты как здесь оказалась? Ведь ты с Додиком на курорте
- я уже вернулась. Ты поганка, я звоню, а ты не отвечаешь, звоню, звоню, мобильник отключен, в квартире трубку не берешь. Мне твоя мама позвонила, тоже тебя искала, я ей наврала, говорю, «не волнуйтесь, с ней все хорошо. Она со мной связывалась». А сама думаю, « а вдруг не хорошо?» И душа болит. Разругалась с Додиком, еще тот козел, весь пляж слюнями закапал, мало ему меня, так ни одной юбки, вернее жопы, не пропустил. Как с цепи сорвался. Поменяла билеты и из аэропорта прямо сюда. Как чувствовала, что ты здесь. Дом открыт, кругом мешки и коробки с вещами, ты без сознания на смерть похожа и воняешь. На столе бумажка с телефоном Андрея. Я позвонила и он примчался. Думала это твой бойфренд, а он оказывается тебя один раз и видел. Классный парень. В Чечне служил. Это он сказал, что у тебя обезвоживание. Неделю назад он тебя с вещами сюда перевозил, и сказал, что ты видимо ничего не ела и практически не пила
-почему не пила?
- это ты мне скажи, почему. Идиотка. Ты ведь помереть могла. Что случилось то?!
- не знаю, не помню, не хочу вспоминать – ее затрясло. Чего там. Заколотило
- все, все, все хорошо. Успокойся. Не знаешь, так не знаешь. На, глотни еще чуть-чуть и ложись, отдыхай. А мы с Андреем ужин приготовим. Не возражаешь если я вещи, которые внизу свалены разберу? Я посмотрела, гардеробная у родителей почти пустая туда вещи и повешу, а то внизу не пройти, не проехать
- разбери. У меня все равно нет сил, этим заниматься. Только вещи из мастерской не трогай – успела сказать она, до того как провалилась в сон. Проснулась Вита, на удивление, бодрая. «Надо же, оказывается я в пижаме». На улице уже были сумерки. « А в прошлый раз? Не помню». Лежала она в родительской спальне. Когда первый раз приходила в себя, она этого даже не заметила. Осторожно встала. Ее мотало из стороны в сторону. Она ухватилась за край кровати, затем за стенку и потихоньку выползла из спальни, затем из холла, на лестнице остановилась отдохнуть. Снизу раздавались голоса и тихие смешки. Она прокашлялась, чтобы позвать Ваську, с лестницы спускаться самостоятельно боялась. Все-таки еще сильно кружилась голова. Тут же в проеме нарисовалась подруга с Андреем
- зачем ты встала! - Завопила она и в мгновение ока оказалась рядом
- помоги спуститься. На улицу хочу. Не могу лежать – подлетел Андрей, подхватил ее под колени и понес вниз. Вита пальчиком показывала, куда хочет. В итоге она оказалась на веранде, в круглом вельветовом кресле. Васька тут же укутала ее пледом
- как хорошо. Вы ужинать собирались? Идите, я здесь посижу. А еще лучше, перебирайтесь сюда – Вокруг царила темнота, а на веранде горел свет от абажура, сделанного ею из велосипедного колеса. Пели птицы. Тихо шелестела листва. Вокруг царило умиротворение. И у нее на душе было спокойно. Она понимала, что что-то с ней произошло, и если она напряжется, то вспомнит, но она до отчаяния не хотела вспоминать. И мысленно закрашивала свой страх красками, чтобы он не мог пробиться наружу. Ребята послушались ее совета и расположились с ужином на веранде. Вите вручили чашку с мелко нарезанным куриным мясом, белым мякишем и это все залито бульоном с частыми вкраплениями морковки. Она наслаждалась каждой съеденной ложкой. Ребята, видя, что она особо не заинтересована в разговоре, оставили ее в покое. Вита видела, что Ваське очень понравился Андрей. Нет, она не кокетничала, но в глазах горел какой то восторг, Васька даже не замечала, как она выглядит, настолько была увлечена собеседником и тем, что он говорит. А он рассказывал солдатские байки. Явно лапшу на уши вешал. Никто просто так не будет рассказывать о боли и крови. Особенно настоящие мужики. А он был похож именно на него. Девушку после еды разморило, даже испарина выступила, и она опять задремала. По ощущениям, спала она не долго, потому что ребята, до сих пор сидели за столом и играли в «эрудит»
- нет такого слова, ты все врешь – возмущалась Васька
-есть – убеждал Андрей
- нет, что это за «бряп», такой! – Андрей не выдержал и рассмеялся. Васька кинулась на него с кулаками. Он перехватил ее руки и посадил к себе на колени. Но тут Васька заметила, что она на них смотрит
- о, спящая красавица проснулась. Ну, ты как себя чувствуешь?
- ты представляешь, абсолютно здоровой. Хочу рисовать – Вита спустила ноги на пол, закуталась в плед и босиком пошлепала в зал, ребята потянулись за ней. Она глазами нашла папку, достала оттуда планшет с чистыми листами, взяла с полки банку с карандашами и ручками, вернулась на веранду. Включила бра положила планшет на колени и стала рисовать. У нее было такое состояние, что руки сами порхали по бумаге и из под пера черной ручки, проступали очертания старого парка. На следующем листе: ветка дерева с сидящей белочкой и мужская рука протягивающая ей орешки. Камыши, а в просвете пруд с плавающими утками. Развалины кирпичной стены увитой плющом. Ящерка на камне. Рука двигалась все медленней. « Все. Больше не могу. Хочу спать». Оставила рисунки на столе в зале и поплелась спать. Васька с Андреем смотрели какой-то триллер. Вита помахала им рукой и двинулась в спальню.
Утром девушка проснулась рано. Самостоятельно приняла душ и переоделась в шорты и майку. Внизу никого не было. Сама заварила кофе и вышла на веранду. Было свежо. На траве еще лежала роса. Захотелось пройти по ней босиком, что она и сделала. Трава ласково холодила ноги. Гладила между пальчиками. На кустах жимолости еще оставались ягоды. Прекрасная горьковатая сладость. Набрала целую горсть и с удовольствием съела. Солнце поднялось выше и начало припекать, и Вита вернулась в дом. Как раз сверху спустилась Васька
- о, привет, совсем оклемалась?
- да, чувствую себя хорошо. Просто великолепно. А где Андрей?
- на работу уехал. Да и мне, если честно, пора. Завтра на работу, ты же знаешь, что я договорилась на полную ставку. Хотелось бы постираться, а то полный чемодан грязных вещей с собой
- конечно, езжай. Только я тебя попрошу, съезди на станцию, купи СИМку, а то не знаю, куда моя делась. А я еще за руль садиться боюсь. Да и отзвониться всем надо. Только прошу, номер поменяй
- зачем?
- не знаю. Только поменяй – упрямо сказала она. Сама не понимала, зачем? Но знала – так надо. Попыталась об этом думать, но сразу заболела голова. Пока Васька готовила себе омлет, завтракала, пила кофе. Она прилегла на диван. «Происходит что то странное. Какая-то странная болезнь. От запаха омлета мутило. Хотелось, горбушку черного хлеба с солью. Захотелось так, что она не выдержала и встала