— Хорошо! — перспектива помыться обрадовала ее.
Вода была теплой и приятной для тела. Вместе с грязью смывались боль, печаль и усталость. Приятное песчаное дно массировало уставшие ноги.
Помывшись, Алиса надела серые брюки и белую приталенную рубашку, сшитую из слегка просвечивающей ткани. Сверху по-прежнему накинула кожаную курточку.
Когда она пришла, ужин был готов. И на этот раз все та же гречневая каша с мясом показалась на удивление вкусной и сытной.
— Скоро запасы иссякнут, и нам придется добывать пищу самим… — неожиданно заявил Дмитрий.
— Может, ты со мной в Трибос? — предложила девушка. — Там тебе будут рады! Пополнишь запасы и отправишься в путь…
— Нет, не могу… У меня еще много дел…
Солнце зашло. Стало темно. Они сидели у костра, греясь и отдыхая от тяжелого дня. Впереди предстоял долгий путь, у каждого свой.
Алиса иногда украдкой поглядывала на Дмитрия, сидевшего в жилетке с голым торсом. Рубашка была постирана после мытья. Свет от костра подчеркивал тенями его мускулистое тело.
Дмитрий так же посматривал на нее.
Но они оба сами себе не признавались в своем интересе.
Ч.1, гл.2, Александра
— Какой же ты болван! — Александра зло посмотрела на Кракеса. Она лежала под пеной в большой горячей ванне, но даже это не помогло расслабиться. — Ты не представляешь, чего это может тебе стоить!
— Тебе не идет, когда ты злишься. В такие моменты ты напоминаешь мне ведьм из старых книг, — ответил он, подходя к ней с бокалом красного вина.
— Ты не знаешь, на что он способен! — не успокаивалась она, но бокал все же приняла. — Я хотела, чтобы он позволил мне самой тебя наказать. Но он решил лично выбрать меру… — Александра сделала глоток. Вино, терпкое, но приятное на вкус передало телу расслабляющее тепло, возбудив нервные окончания.
— Не было еще таких испытаний, с которыми я бы не справился! — самодовольно воскликнул Кракес и скинул с себя халат.
Его мускулистое тело, покрытое множеством шрамов, возбудило ведьму. Три бокала вина, и теплая ванна способствовали желанию.
У Александры было множество любовников, но он, побывавший в бою, постоянно находящийся на волоске от смерти, оказался лучше их всех. О, нет, здесь не было никакой любви! Просто он — фаворит.
Кракес залез к ней в ванну. Касание его сильных рук заставило ее содрогнуться. Он всегда был столь же нетерпеливым, сколь и ненасытным. Приблизившись, Кракес поцеловал ее в губы, провел языком по щеке, слегка укусил шею, поднялся к уху…
— Плевать я хотел на него и его возможности! — прошептал он. — Сейчас есть только ты и я!
Он вошел в нее быстро, полностью, причинив немного боли. Сильные мужские руки крепко обхватили ее стройное хрупкое тело. Ее нежные груди чувствовали, как при каждом движении напрягаются мышцы на его груди. Сильные и мощные движения доставляли ей огромное удовольствие.
Вода выплескивалась из ванны на каменный пол. Он двигался, тяжело дыша. Покусывал ее шею. Левая рука обхватывала ее спину. Правая рука спустилась под воду и сжимала гладкую, упругую попку.
Александра застонала, впилась ногтями в его спину.
Кракес быстрым и ловким движением, вышел из нее. Но лишь на мгновение. Он тут же повернул ее и вошел сзади.
Теперь левая рука сжимала правую грудь, а правая, лаская тело, опускалась все ниже. Пока не дошла до сокровенного.
Резкие и мощные движения погружали их обоих в море удовольствия. Александра застонала еще громче. Она вцепилась ногтями ему в зад.
Сквозь тяжелое дыхание Кракеса начали прорываться короткие стоны. Еще несколько движений — и они оба застонали от удовольствия.
Александра сотрясалась всем телом. Его сильные руки неумолимо продолжали ласкать ее. Она чувствовала, как мощный поток наполняет ее лоно. Но она не хотела, чтобы он покидал ее! В этом не было необходимости после того, что произошедшего много лет назад …
***
Когда пришли люди, Александра с подругой Керти гуляли недалеко от дома старухи Киаранды. Керти была на два года моложе Александры, такая же стройная и красивая. Они были неразлучны, как две сестры.
Далекий взрыв от попавшей в землю молнии сотряс землю. Они бросились в сторону деревни, но тут перед ними появилась она. Старая ведьма была морщинистая и сгорбленная, похожая на дряхлых человеческих старух.