После молчаливой борьбы с опутавшими его оковами он упал на пол. Даже сейчас я думала, что он все это ожидал и тщательно спланировал, так как он был мастером и гением стратегии.
Стойкая Воля мерила шагами пространство вокруг Криптума, вокруг округлой панели с вертикальными треугольными лепестками, поддерживавшими оглушенного Дидакта и его сложенную броню. Его лицо было пораженным и мрачным.
— Как долго должно продлиться его заточение? — спросила она дрожащим голосом.
— А сколько вы хотели бы предложить? — ответила я. Мне нужно было сохранить ее участие — и ее веру в совершенный поступок.
— Находясь здесь, я узнаю, оказалась ли активация установок Мастер-Билдера успешной, или нет. Были ли уничтожен Потоп. И осуществляете ли вы перезаселение галактики. При необходимости, у меня есть ресурсы, чтобы прождать тысячи лет.
— Позвольте моим разумным видам занять свое собственное место под солнцем — пока не пройдет достаточно времени, и они смогут позаботиться о себе сами. Время Жизни всегда сопровождается изменениями и конкуренцией.
Я должна была вернуть некоторую толику ее воинского достоинства.
— Вы защитите его здесь вместо меня, — с ропотом сказала я.
— Вы не Воин, — ответила она, гордо выпрямляясь. — И никогда им не были.
Неожиданно столкнувшись с таким грубым заявлением — по сути, являвшимся правдой — я на миг потеряла логическую нить моих действий. Я почувствовала неудержимое желание высказать свое негодование ей в ответ. Биоинженеры всегда легко лоббировали свои интересы среди постоянных конфликтов между Строителями и Воинами. Моя броня заполыхала от гнева.
Я подавила его.
Это все, что мы могли сейчас сказать друг другу, если только не более абсурдные вещи. Моя любовь к Дидакту давно превратилась в проклятье, несмотря на все мои усилия. Но я Биоскульптор. Я могла приложить последние усилия, чтобы Мантия гарантировано попала в руки ее законных наследников. И это то, во что и Дидакт страстно верил много веков подряд.
Вернее сказать, призрачная тень моего нынешнего живого мужа… И этому же должна преданно следовать Стойкая Воля.
— Я хочу оставить здесь кое-что от себя, — сказала я ей.
— Дидакт в своем здравомыслящем состоянии не стал бы возражать против этого.
Стойкая Воля посмотрела на меня с еще большим подозрением.
— Что вы хотите оставить?
— Если Биоинженерам удастся успешно вновь населить галактику жизнью после уничтожения Потопа… Если вас посетят те, кто осмелится бросить вызов Дидакту, вы сможете передать им мое послание. И способ защиты.
— И что же это будет за сообщение?
— Оно для попавших сюда посетителей. Если таковые будут. У меня не займет много времени оставить свой отпечаток на системах ваших анцилл.
— Почему Реквием должен принять отпечаток вашего сознания?
— Ты знаешь, во что превратился Дидакт, — сказала я ей. — Он может нанести вред и себе и всем вокруг, даже тем, кто этого не заслуживает.
Ее пристальный взгляд стал четким и понимающим.
— То, что я оставлю от себя здесь, будет служить как защитой Реквиема, так и его посетителей.
Она думала, что это конец. Ее собственная неуверенность в происходящем тяжким грузом легла на ее плечи.
— Я никогда не сомневалась в вашей преданности мужу.
— Никогда. Нужно использовать все возможности, — сказала я. — Дидакт не должен контролировать Прометеев.
Такое высказывание для Стойкой Воли показалось немного оскорбительным.
— Это крайне сложно будет сделать, Биоскульптор. Вы хотите, чтобы я пошла против приказов своего командира?
Мы так смогли далеко зайти в своих действиях!
— Каким был его последний приказ?
— Защищать Реквием ценой своей жизни, — ответила Стойкая.
— Тогда нет никаких противоречий, — заметила я. — Вы должны охранять Реквием — и одновременно охранять его. Я присматривала за своим мужем на протяжение десяти тысяч лет. И теперь мой отпечаток поможет вам следить за ним и дальше столько, сколько потребуется после того, как я улечу отсюда.
Я надеялась, что достаточно разбиралась в психологии и поведении Воинов, а также в структурах командования ими и их ответственности, чтобы сформулировать мою просьбу максимально корректно.
— Если вы согласны, — подытожила я.
Ожидание ответа было длительным и опасным. Стойкая Воля в два счета могла отвернуться от моих доводов и вернуться к дальнейшему соперничеству со мной. И главная причина всему будет рядом с ней. Все-таки она получила Дидакта, как и хотела, но очевидно, что он успел доставить ей немало хлопот.
— Вы считаете, он может представлять опасность для Предтеч, — тихо прошептала она.
— Он нарушил принципы Мантии в попытках ее обуздать. Если его не сдерживать. Позвольте ему снова обрести себя.
Я впервые заметила, как ее руки, облаченные в броню перчаток, расслабились.
Смирившись со своей миссией, он сказала:
— С вашей помощью мы защитим Реквием, Биоскульптор.
Она действительно относилась к своему командиру очень сердечно. Но ее выбор не был лишен недостатков.
— Великий воин требует великих противников, Биоскульптор, — заметила она. — Подарит ли будущее нам достойного противника?
— Время Жизни таит в себе множество опасностей, — ответила я.
Мне показалось, что это дало ей именно тот ответ, который она хотела услышать.
— Да будет так.
— Передача моего отпечатка от моей брони к вашей, и последующая его передача анциллам Реквиема замет не более нескольких секунд.
— Пересылайте его мне, — кивнула она.
Мы коснулись друг друга перчатками брони.
Передача отпечатка началась.
Выполнит ли она мое поручение? Не играет ли она свою собственную игру специально, чтобы я покинула Реквием?
У меня нет возможности узнать это. Я никогда не узнаю.
Наконец, я отдаю команду боевому Криптуму запечатываться. Из его дна начал расти столб света, и площадка под Дидактом начала подниматься вверх, сжимая свои широкие треугольные отростки по краям. Секции Криптума расходятся в стороны, открывая путь к большой светящейся сфере, внутрь которой и будет помещен Дидакт. Затем фрагменты приходят в движение и соединяются между собой. Зазоры между ними последний раз полыхнули ярко-оранжевым цветом и фрагменты плотно прилегли к друг другу, герметизируя Криптум.