Всё это лежало почти вперемешку с ненужным хламом.
Особую ценность представляла собой оловянная шкатулка, крышка которой еле держалась на одной петле. Там Айлин держала самые важные вещи повседневного обихода, которые надо держать в относительной чистоте и сухости.
Катушка белых ниток и иголка.
Две новенькие свечи из овечьего жира с распустившимися фитильками и один оплывший огарок размером с две фаланги пальца. Айлин берегла их пуще зеницы ока и зажигала лишь «в особых случаях», как то: ночные гадания на рождественские святки или романтический вечер, во время которого я ночевала у подножия дуба, как сегодня, но с одной маленькой поправкой: в тех случаях я была одна. Свечи Айлин зажигала весьма своеобразным способом - посылая на фитиль известные лишь ей одной особые звуковые волны, способные разжечь искру.
Половинка деревянного гребешка для волос. В незапамятные времена он и впрямь был целым, но делить его на двоих было неудобно, и я предложила сломать его напополам. Та милостиво отдала мне большую часть, добавив, что: «твои волосы длиннее, бери часть побольше». Но с тех пор, как я уронила свою часть гребешка в Русалочью реку, и её мигом унесло течением, мы вдвоём пользуемся оставшимся куском Айлин. Кстати, она до сих пор верит, что я нечаянно закинула свою часть в лисью нору. Я готова придумать что угодно, лишь бы она не узнала, что я хожу купаться в Русалочьей реке, а не в Хрустальном озере, как «все нормальные силены. Алаиза, ты меня слушаешь?». Почти каждый день она моет гребешок травяными настоями, чтобы не заводились гниды.
Рядом с ним покоится бесформенный кусок мыла из горьких трав, собранных мной ещё года два назад, тяжёлый, как булыжник. Он пахнет лебедой, щавелем и крапивой, и этот запах не отмывается с рук ещё пару суток с тех пор, как ты что-то стирал этим мылом.
Небольшая простая бутыль, доверху наполненная душистыми маслами - тоже моя работа. Было дело, я пролила на себя полфлакона, и все лесные соседи втройне пугливей чем обычно шарахались от меня. Это продолжалось до тех пор, пока я со смирением не взяла в руки вышеупомянутое мыло и не застирала филею (на месте бывшего масляного пятна ткань куда белее, чем на остальных участках изначально белоснежного отрезка ткани).
И, наконец, самое драгоценное сокровище Нашего Дупла - серебристый осколок зеркала размером с ладонь.
Пора бы рассказать, откуда Айлин берёт всю эту ерунду.
Мужчины Луании каждый вторник охотятся на диких зверей, а большую часть добычи выменивают на нужные вещи у жителей близлежащих деревень (видите, не такая уж мы темнота - знаем, какой день недели называется вторником).
В один прекрасный вечер вместе с кучей абсолютно ненужного нам, на мой взгляд, барахла (лучше бы мясо нам оставили, ей-богу), они принесли настенное зеркало, не больше окна деревенской лачужки, в простой медной оправе. По секрету один из них признался мне, что зеркало стоило целого кабана.
Так или иначе, все луаниянки мигом всполошились и принялись горячо делить его меж собой. Дошло до того, что злополучный предмет их ссоры упал и раскололся с препротивным стеклянным звоном. Это не сильно расстроило женщин, и они снова чуть не подрались, пытаясь утащить осколок покрупней. Пока они яро сражались за самый крупный, Айлин удалось незаметно стащить кусок чуть поменьше. С тех пор он бережно хранится вместе с прочей её ерундой.
Какая глупость - это ведь всего лишь очередная бестолковая безделица.
Но, честно говоря, я видела в зеркалах кое-какой толк - ради развлечения заставлять их раскалываться демонской силой моего взгляда. Да, не ахти как весело. Но хоть какое-то однообразие в прозябании в лесу.
Разбивать зеркала, не прикасаясь к ним, совсем просто: нужно лишь поймать в зеркале отражение своих глаз и надавить. Оно трескалось в тот же миг, и всё же это было очень забавно - я каждый раз воображала себя невесть какой волшебницей; если мне когда-то перепадал даже самый маленький осколок, я тут же с непонятным всем азартом разбивала его. Айлин была в ужасе. «Как можно так обращаться с такой ценной вещью? Если оно тебе не нужно, могла бы отдать мне!» - возмущалась она, хмуря свои чёрные брови.