- Не стану больше ни о чем тебя расспрашивать, Дин. Хорошо, что познакомились. Но как ты считаешь, дочь сновидящей заслуживает доверия? Потому что я готова поручиться за дракона.
В выразительных темно-карих глазах принца промелькнуло любопытство.
- Ты говоришь, вы друзья?
- Да, - ответил за сильфиду Тиан. – Я готов быть другом этой девушки. Она вылечила меня.
- А ты спас мне жизнь! – воодушевленно подхватила Альмарис. - Даже не один раз… эти птицы со стеблями и листьями явно охотятся за мной. Но почему… почему?! Прилетят ли они снова?
- Я должен рассказать о произошедшем в обители, - предупредил Дин.
- Хорошо, - не стал спорить дракон. – Лети к своим. И передай им вот что. В прошлый раз, когда люди на грифонах атаковали меня с трех сторон, я сумел улететь от них, никому не навредив. Но в следующий раз буду в полную силу сражаться за свою жизнь! Хотите моей смерти? Постарайтесь как следует! Но цена окажется высокой.
- Ты можешь сам сказать им об этом. Лети со мной.
- Зачем? – усмехнулся Тиан. – Чтобы в вашем логове со мной быстрее расправились?
- Мы не убийцы. Тебя считали злодеем, потому что так проявил себя твой красный собрат.
Тиан вскинулся, и на его лице отразился такой гнев, что, казалось, он метнет в Дина молнию, не превращаясь в дракона.
- Могу я убить тебя, если кто-то из местных светлоголовых людей чем-то мне не угодит? Будет ли это справедливо? Нет? Но ты ведь тоже человек! Тогда почему я должен отвечать за поступки одного из злейших на свете созданий? Красные драконы никогда не были собратьями черным!
- И я могу подтвердить, в каком ты был состоянии… - тихо сказала Альмарис.
- Нет… прошу тебя.
- Но Дин прав! Тебе надо встретиться с Всадниками из обители Грифона и объясниться с ними. Они не глупы… не все, во всяком случае. Иначе на тебя объявят настоящую охоту.
Тиан помолчал, раздумывая.
- Да. Пожалуй... А если меня не захотят слушать, то лучше сразиться не оттягивая, чем прятаться по пещерам.
Дин кивнул.
- Тогда лети за мной.
- Я с вами! – воскликнула Альмарис.
- Я бы и не оставил тебя здесь одну, - немного даже удивился дракон, вновь принимая надменный вид. – Ты же пока не можешь летать.
Сильфида разозлилась. Даже эти фразы он умудрился произнести так, что в них не прозвучало ни капли заботливости, а только легкое раздражение из-за ее якобы недогадливости. Ей снова отказала способность рассуждать, и она заявила:
- Я полечу на грифоне!
Дин слегка поклонился. Его глаза радостно заискрились – приключение явно начинало ему нравиться.
- И я, и Гардар, – он ласково погладил великолепное создание по перистой светлой голове, – почтем за честь доставить в нашу обитель принцессу сильфов. Я прошу лишь об одном, Альмарис, – сохрани мою тайну, которую ты угадала.
Тиан скользнул по грифону равнодушным взглядом.
- Двоих такой, думаю, выдержит. Сильфида совсем невесомая. Но, Альмарис, ты доверяешь этому… этой птице и ее наезднику?
- Всадникам на грифонах все доверяют. Уже много лет… Они – защитники, патрулируют воздушные пути, перевозят альвов и людей с острова на остров, помогают нуждающимся.
- Хорошо.
Ах так! Хорошо ему? И дела нет до того, что она будет сидеть рядом с очаровательным мальвийцем, мало чем уступающим ему по красоте? Обнимать его со спины? Ладно… Альмарис, не дожидаясь помощи, легко запрыгнула на спину грифона, не проявившего ни враждебности, ни дружелюбия – словно он заразился хладнокровием от дракона.
Дин же прежде подтянул вверх рукав своей охотничьей куртки, открывая кожаный браслет на запястье, за который и заткнул стебель волшебного цветка. Гибискус не сломался, даже не помялся. Само собой – он непростой… Альмарис подумалось: интересно, как именно молоденький принц из рода Линдсай получил такое сокровище? Фамильное? Или дар свыше? А потом поняла кое-что: Дин-Ри по сути вложил сейчас оружие в ножны. А значит – поверил ей и Тиану.
4. Обитель Грифона
Через полчаса ощутимо похолодало. Но до того, как небо принялось бездумно швыряться снегом, грифон с седоками и черный дракон приземлились на огороженной каменным забором площадке возле обители. Уже на подлете над ними кружили двое Всадников, видимо, не понимая, как один из Братства умудрился притащить сюда дракона, и что теперь с этим делать.
Тиан принял человеческий облик. Но и сейчас его черная фигура, бесстрастное лицо и надменный взгляд вряд ли могли внушить доверие местным.
Дин обезоруживающе улыбнулся своим. Альмарис подумала, что такая улыбка может успокоить любого. Сама она была немного смущена тем, что неожиданно пригрелась в непривычном тепле этого юноши и продремала почти всю дорогу на спине у грифона. И, кажется, ей что-то снилось… А значило это лишь одно – в ней таятся странные магические силы. В мире, зарожденного в сновидении Создателя, снам придавали особое значение. Сильфам обычно ничего не снится. Грезы альвов причудливы, но непонятны. У людей Альмарис не спрашивала, но знала, что из них сновидцы выходят реже всего. Людям чаще всего покровительствует солнечная Дэм-Ре, и им ближе другая магия… А вот что внутри нее самой? И проявится ли это нечто теперь, когда с волшебством творится такая неразбериха?