- Иди сюда, - сказала ему Альмарис. – Садись рядом с Дином. О, Хтин-Ре! Сколько крови… никогда еще столько не видела.
Рослый Всадник поколебался, но все-таки сделал так, как она сказала.
Сильфида встала перед тремя мужчинами, сложила руки на груди. Глаза чуть расширились, взгляд сделался прохладным и отрешенным, словно небо в пасмурный, но тихий день.
Воздух шевельнулся на ладонях, погладил их, превращаясь в тонкие струйки ветра. Легко, как музыкант выдувает звуки из флейты, извлекала сильфида все новые ветерки из собственной сущности, пропитанной магией лиловой луны. Волшебно сливаясь, они мягко обволакивали Альмарис – и ее неглубокие царапины затягивались на глазах. Девушка сильнее сосредоточилась, с ее рук сорвался мощный воздушный поток, направленный на раненых. Кровотечение у всех троих приостановилось.
Сильфиду тянуло к Тиану. Она старалась, чтобы волнение не отвлекало ее от мысленного плетения, но внутри что-то невыносимо и непривычно ныло. С трудом заставила себя подойти сначала к Дину. Струйку за струйкой накладывала ветерки, словно прозрачные легкие стяжки, на поврежденные вены молодого Всадника. И лицо юноши разглаживалось, мертвенная бледность спадала…
Теперь Вархилл. С ним несложно и быстро. Тот растерянно хмыкнул, опустил глаза...
И наконец Тиан. Черный дракон приподнял голову, подставляя пальцам сильфиды длинную стройную шею. Что-то содрогнулось внутри нее, когда она коснулась беззащитного окровавленного горла… Невольно подумалось: один удар ножом – и нет этой завораживающей мощи, этого надменного холода, сквозь который пробивается жажда жизни и молодое любопытство… Но девушка отогнала все ненужные, странные мысли. Вслушивалась в себя, ловила скольжение животворящих ветров во внутренних потоках магии, не поддающихся не только описанию, даже осознанию. И отдавала волшебство Тиану…
Порезы на его горле затянулись, но Альмарис пыталась еще и еще… Она чувствовала, что он не исцелен до конца. Видела, как под фарфоровой кожей в местах, где только что чудесно залечились раны, расплываются мутные темные пятна… это яд? Что за дрянь попала в его кровь с когтей того мерзкого существа? Сильфида старалась… пыталась превзойти себя – тщетно. Сделала что могла. Больше ничем не поможет… Подобное она исцелить не в состоянии.
Дракон все понял по выражению ее лица. Он не стал ничего спрашивать, просто сказал:
- Спасибо, Альмарис.
- Ты спасла мне жизнь, принцесса, - Дин мягко прижал к губам исцелившую его руку. – Благодарю тебя.
Вархилл по-прежнему хмурился.
Хельга, напряженно следившая за происходящим, подошла ближе.
- Альмарис, ты потрясающая… никогда не видела, как ты лечишь. Мне казалось, что воздух вокруг тебя просто танцевал! Тиан… у нас есть отвары целебных трав… принести?
И тут в разговор вступил наконец Торгест.
- Друзья, вы хотя бы поняли, что произошло? – спросил он тихо и устало.
- Я – точно нет, - ответила Альмарис, не сводя встревоженного взгляда с Тиана. Ей чудилось, что в груди у нее загустевает странная тяжесть…
- Кружево мироздания до сих пор рвется… - старший Всадник перевел взгляд на дракона. – Если ты не знаешь, кружево – это незримые переплетающиеся потоки волшебства, лежащие в самой основе нашего мира. Когда оно порвалось – Орхид изменился. От старой магии остались лишь отголоски, а чужаки, невесть как проникшие к нам, принесли свою, хаотичную…
- Одна из причин, чтобы счесть за благо истребление иномирян без разбора, - с сердитой иронией проговорила Хельга. – Как будто они просились к нам! Да-да, Вархилл! Иногда надо усмирять свой якобы праведный гнев и обращаться к разуму.
Здоровяк вскинул голову и хотел что-то сказать, но Торгест прервал его, резко подняв руку.
- Именно так. И это касается нас всех. Мы стали часто ссориться, друзья.
- Как только к нам прибился мальвиец… - начал было Вархилл, хотя уже не столь уверенно.
- Ну хватит уже! – рассердилась Всадница. – Дин не виноват, что когда-то мальвийские пираты потопили корабль, на котором была твоя невеста!
- Мальвийцы всегда бьют исподтишка.
Дин снова вскинулся:
- Послушай-ка…
- Подожди, мой мальчик, - прервал его Торгест. – Вы так ничего и не поняли? Кружево мироздания рвется до сих пор. И сегодня разрыв случился здесь, у нас. Наши бесконечные споры и распри повредили незримые волшебные нити. Существо из другого мира явилось сюда и едва нас не погубило. Но его, хотя и невольно, призвали мы сами…