Кюбико громко вскрикнула.
- Это что, морок?
- Нет, моя хитрая подружка, - печально усмехнулся сильф. – Все наяву. Мы оба проиграли. Как ты говорила… все беды от вранья?
Хотя брат Альмарис старался держаться с некоторым высокомерием, ясно было, что он потрясен произошедшим.
Грифон его не бросил… доставил на северную необжитую часть острова Забвения и опустился на одно из раскидистых деревьев. Кайми погладил Гардара по голове, вспорхнул с него и полетел к холмам. Но, обернувшись, увидел, что крылатый зверь все еще сидит, растянувшись во всю длину, на толстой ветке и не думает улетать.
«Отдохнуть решил», - подумал Кайми.
Тирис он увидел, когда сильфида выходила из маленькой хижины, лепившейся к большому холму с северной стороны. Это был ее собственный домик, в который правительница никого не допускала. Зачем ей это неказистое жилище из темного дерева при наличии чудесного серебристого терема на вершине, Кайми понять не мог. Сам он никогда в этой хижине не был.
Сильфида тоже увидела юношу, когда он начал опускаться на землю, и окликнула. Сильф спокойно подлетел к ней.
- Здравствуй, Тирис.
Но она не ответила. Тогда Кайми вгляделся в бывшую подругу и поразился, каким жестоким было выражение ее лица.
- Убил ты дракона? – спросила девушка вместо приветствия.
- Нет.
И снова повисло тяжелое молчание.
Кайми подумал, что, наверное, сделал ошибку, поддавшись чувству разочарования и одиночества. Да, здесь его дом. Но ему тут не рады. И если насчет Кюбико еще ничего толком не понятно, то все ясно с Тирис – она готова и дальше использовать его.
- Я не стану убивать Тиана, - отрезал Кайми.
Сильфида усмехнулась.
- Уже по имени? Ты стал своим среди чужаков?
- Нет…
- Лжешь. Ты переспал с девчонкой-лисой по имени Кюбико. Альмарис тоже ее откуда-то знает. Сплошные секреты. Меня окружают предатели.
- Откуда ты знаешь про Кюбико?
- Даже не отрицаешь? Твоя красавица заявилась сюда, натянув на себя твой облик.
- Что… что ты такое говоришь?
- Это правда. Именно для этого ей и была нужна близость с тобой, глупец. Чтобы притвориться моим бывшим возлюбленным и все разузнать о синем лисе.
- Синий лис… - Кайми провел рукой по лбу. – Он твой любовник?
- Был им, - призналась Тирис, напряженно глядя в лицо сильфа.
- Значит, вы обе использовали меня…
Она жестоко ударила его по щеке.
- Сошелся с мерзким оборотнем! Как ты только мог променять меня на… это? Хотел отомстить?
- Хотел, - Кайми насмешливо посмотрел на сильфиду, невольно потирая горящую щеку. – Поначалу. А потом рыженькая так меня увлекла, что я и думать о тебе забыл, изменница. Ты птичкой заливалась о свободе в отношениях, но вот задета твоя гордость, и ты как дура бесишься от ревности, хотя меня и не любишь!
Он уже собирался перехватить руку Тирис, поднятую, как он думал, для нового удара. Но сильфида подала знак кому-то за спиной Кайми. Ясное дело – Дуглин… Но юноша не успел ничего не сделать – подкравшийся сзади карлик ударил его палкой по голове. Сила в коротких руках была недюжинная.
Кайми не помнил, как его связали. Очнулся он внутри маленькой хижины, очень скудно обставленной, с двумя дверями. Неужели та самая?.. Окинул помещение быстрым взглядом. В углу… в углу лежала Альмарис, тоже связанная по рукам и ногам. То ли одурманена, то ли без сознания…
Сильф молча дернулся в сторону сестры, но Дуглин крепко держал его железной рукой. Потом подручный Тирис рывком поставил Кайми на ноги, втолкнул в дверь, противоположную входной.
За ней был темный коридор, и сильфа вновь настигла боязнь замкнутых пространств. Мысль о том, что из хижины тайный путь ведет в недра холма, привела его в ужас. Если Тирис решила вдоволь поиздеваться над ним, ей достаточно просто бросить его здесь надолго. Дуглин опередил Кайми, сильфида шла следом, изредка подталкивая бывшего друга в спину. Но его не надо было заставлять идти – он был готов куда угодно хоть бежать из этого прохода… если бы мог. Вот только куда?
И вскоре юноша понял, что страхи сбываются. Подземный коридор уткнулся в настоящую, хотя и небольшую тюрьму с несколькими камерами. Он шагнул вслед за карликом в одну из них не раздумывая, потому что оттуда исходил хоть какой-то свет… и обомлел. Как бы ни злился он на лисичку, но увидеть ее вот так, на полу, на цепи, в слезах…
Все-таки у него вырвалось что-то с усмешкой, но девушку это не задело.