Чуткий слух уловил осторожные шаги за спиной. Я инстинктивно выхватила оружие и резко обернулась. Леська, маленькая девочка, ещё не оформившийся Кародросс, метнулась за громаду баллистита. В щели между деталями сверкали её черные настороженные глаза.
Ребёнок… я тоже была ребёнком, когда попала сюда. Что со мной стало? Почему я перестала, как эта девочка, прятаться от опасности? Почему стала залезать ей в глотку по самый хвост, в надежде что мной подавятся?
Потому что выросла. Потому что поняла, что не всё и всегда так гладко и хорошо, как хотелось бы.
Потому что несмотря ни на что, я очень хочу домой…
Я вздохнула и убрала мечи.
— Не крадись за мной. — Негромко, но так, чтобы она услышала, проговорила я. — Когда ты так крадёшься, мне кажется, что сзади враг. Идя открыто, ты сможешь подойти гораздо ближе.
Она не ответила. Да я и не ждала ответа. Не удержавшись от ещё одного вздоха, я отвернулась и пошла дальше.
Чтобы она не подумала, больше тихих шагов сзади я не слышала.
Глава XIII
Ровно через десять минут, как и было предсказано, через вновь открывшийся портал на крышу вывалились горностай и медведь. И как раз в ту же минуту гулкий удар откуда-то внизу возвестил, что кавалерия Эсприта достигла ворот.
Я бросилась к посыльным, чтобы узнать, что было решено. Со всех сторон спешили другие Кародроссы и Шелескены.
Бросив беглый взгляд на прибывших, я невольно охнула. Потап с кровоточащим плечом придерживал горностая. Тому, похоже, досталось поболе, но он, несмотря на это, был в себе и даже держался на ногах, хотя и неуверенно.
— Рефьол связан там же, в главном зале, и под стражей ваших ящеров ожидает ваших предложений. — Глухо объявил медведь.
По крыше пронёсся поражённый вздох Кародроссов.
— Нас сначала слушали довольно настороженно… но слушали… — стал пояснять горностай. — Но когда пришёл Правитель, он сразу объявил нас предателями, даже не дослушав. Честно говоря, мы бы не дотянули до момента возвращения… но на лестнице вдруг появились ваши друзья. Всех воинов сразу поставили перед фактом. Рефьол, подстрекаемый Ботагом, — я скрипнула зубами — опять этот гад! — в каком-то припадке безумия хотел погнать всех на противника. Может, он бы даже победил… Вот только ваши дружки заблаговременно запаслись заложниками. Их знали многие, поэтому почти сразу после объявления условий, с полтора десятка наших бросили оружие. Жизнь близких была для них дороже, чем слово Рефьола… Скажи, Нейра, — вдруг прервался он, уставившись на меня, — вы… точно не сделаете им ничего плохого? Там были… дети…
Я сглотнула и покачала головой, глядя на Потапа.
— Я, конечно, понимаю, вы не доверяете мне — что, правда, не удивительно —, но я не настолько жестока, как вам представляется. Напротив: я бы желала обойтись без всего этого насилия. Но это невозможно. Я слишком хорошо знаю вас, воинов Дорганака.
Оставлять их без присмотра я не собиралась. Поэтому распорядилась насчёт того, чтобы за ними приглядывали. Мне не нужны лишние проблемы.
В Главном всё осталось так же, как было в мой последний день здесь. Только Рефьол не царственно восседал в кресле, а стоял со связанными за спиной руками. С двух сторон от него бдели два рослых Шелескена-варана, и ещё один стоял в стороне — на всякий случай. Правитель поднял голову на звук отворившегося квортала. При виде меня его лицо презрительно перекосилось.
— А-а, это всё-таки ты… Я так и знал, что паршивая овца в моём стаде всё-таки вернётся, приведя с собой неприятности и позор на всех нас.
Я дёрнулась, но сдержалась от «достойного» ответа. Спокойно произнесла.
— Тебе следовало бы признать хотя бы сейчас, Правитель. Ты ошибался каждый раз, когда делал выводы обо мне.
— В одном я не ошибся, — яростно прервал меня он, — как и говорил Ботаг, ты — грязное отродье, предательница! Не лучше него…
Сильный удар в спину заставил его прерваться и зарычать.
— Не смей говорить таким тоном с Сиурбланкой! — рявкнул один из охранников.
Я предупреждающе подняла руку.
— Не надо, пусть говорит, что думает. А вы… Кародроссы, встретившие вас, где они?
— Они за дверью, Госпожа. Мы посчитали, что вы захотите лично, без свидетелей переговорить с этим гривастым котом.
— Ну, без свидетелей разговора не удалось в любом случае… — не удержавшись, хмыкнула я и приказала. — Иди и найди там белого бультерьера. Приведите его сюда.
«Не лучше него…» Значит, он всё-таки что-то подозревал? Но тогда почему…
Привели Ботага. Увидев меня, он изменился в лице. И без того светлая шкура стала зеленоватого оттенка. Он вырвался из лап Шелескенов и бросился передо мной на колени, так что я даже опешила.
— Простите! Простите меня! Прошу… не убивайте… я… я…
Он попытался облобызать мне лапы, но я брезгливо отступила. Надо же, оказывается он ещё отвратительней, чем я думала…
Сзади послышался странный, будто рычащий смех. Это смеялся Рефьол.
— Значит, и тут я не ошибся. Это и вправду ты затеял ту заварушку, и ты так выверено подставил эту… Что ж, я и раньше догадывался. Нужно было сразу вас двоих отправить на бойню.
— Правитель… — Буль пугливо развернулся и быстро пополз уже к Рефьолу, прижав уши. На половине пути остановился и вновь метнулся ко мне, потом вновь обратно…
Я наблюдала за ним, и думала: как же Рефьол смог так ошибиться и поставить такого червя на столь высокую должность? Неужели эти его отвратные повадки льстили льву?
Тем временем Ботаг опять униженно подполз к Правителю, но уже чуть ближе, и неожиданно Рефьол со всей силы ударил его ногой в нос. Бультерьер взвизгнул и отлетел в сторону. Лев же согнулся и зарычал от стальной хватки охраны, схватившей его.
Ботаг поднялся, придерживая лапу у кровоточащего носа, и бросился ко мне.
— Повелительница! Я… я исправлюсь! Оставьте меня… я помогу вам… с этим… — он бросил ненавидящий взгляд на гордого льва.
Я задумчиво посмотрела на этого кобеля… и двумя ударами изящных лап располосовала ему морду.
Он заголосил и принялся кататься по полу, скуля и подвывая от боли.
— Свяжите его и уберите куда подальше, но так, чтобы он был под надзором. — Бросила я.
Вновь взглянув на Правителя, я ожидала увидеть хоть некоторое одобрение. Отнюдь: выражение его лица стало даже более надменным и презрительным.
— А всё-таки ты ничуть не лучше его. — Бросил лев. — Я лишь проверял его с твоей помощью, а ты и вправду оказалась гнилой внутри, грязной, как пол ньерушни и…
Оставшийся с ним Шелескен не выдержал. Я не успела даже пискнуть, как…
— Не смей обращаться так с Сиурбланкой!!!
Блеск стали — и Рефьол, содрогаясь, упал на колени. Ощерившаяся в оскале белогривая голова покатилась по полу и остановилась через пару метров.
Я вскрикнула, прижав руки ко рту. Ящеры выпустили содрогающееся тело Правителя, он завалился набок…
Шелескен с окровавленным клинком выпрямился.
— Простите, моя Госпожа, но он…
Я, тяжело дыша, усилием воли отвела взгляд от обезглавленного тела на него.
— Выйдите. — Прохрипела я. Выйдете и ступайте на крышу. Там замените всадника с оружием Кародроссов… По прибытию в Новый Ресстарк я доложу о вашем поступке Церески.
Он еле заметно вздрогнул, но ослушаться не посмел. Я на ватных ногах пошла следом, удерживаясь от того, чтобы не оглянуться.
Не оглянуться на кровавого тирана, первого и последнего в своё роде, который, всё же, сделал очень и очень многое для Дорганака…
На выходе меня ожидал Эсприт с новыми воинами и… Лорг. Вот только последний, кажется, был всё же не очень рад моему появлению.
— Нейра? Ты?! Ка… какого дьявола, чёрт побери?! Что всё это значит?!