Честно говоря, для меня было огромным сюрпризом, когда я в первый же день извлекла его из кармана джинсовки. В Силмирале я его давным-давно то ли посеяла, то ли забыла где-то…
А может быть мне…
Нет. Нельзя. Дар… Михаил, я надеюсь, сможет разыскать меня. Хотя…
Странно, что он так долго не может этого сделать.
А может быть, он пытался достучаться до меня два года назад?! Я же тогда его ещё не знала! Ой, мамочки!!! Что ж тогда стало?!
Нет, нет, нет… спокойно, Нейра. Он умный парень и наверняка сумел замять ситуацию…
Но тогда где он, чёрт подери?!
Ладно… пока жизнь идёт, как идёт. Повлиять на события я не могу… Будем ждать.
Уже прошли полторы недели с момента моего возвращения, а ничего не менялось. Однообразие будней — дом-МАИ-дом — навевали скуку и меланхолию. Другое дело, когда ты не знаешь, где окажешься на другой день, не знаешь, доживёшь ли до него…
Но все эти мысли я благоразумно держала при себе. Тёмыч до сих пор дулся за тот разговор, поэтому разговаривал со мной коротко и показательно прохладно. Машка в толк не могла взять, что с ним произошло, и по очереди пытала нас обоих расспросами. Впрочем, безрезультатными. Мне сказать было нечего, Артём тоже отмалчивался.
Сначала немного веселили занятия. Отвыкнув мыслить аналитически, я практически завалила первые две контрольные, и лишь каким-то чудом исправила их, не дав результатам добраться до родителей. Иначе мне стало бы совсем худо…
А ещё по вечерам я взяла привычку прогуливаться по кварталу. Родителям я под клятвой говорила, что буду идти вдоль освещённой дороги, но сама частенько сворачивала в закоулки. Меня завораживала темнота, от которой я практически отвыкла…
Впрочем, ещё через неделю оказалось, что я не единственная любительница поздних прогулок.
— Сань. Я обещаю, что не буду смеяться. Как и заявлять в психушку. Теперь-то ты расскажешь? Или это… личное?
Артём стоял в тени, прислонившись к дереву и скрестив на груди руки. Следопыт ксидров… как и Мих… Дар.
Я засомневалась. Не то, чтобы я боялась… мне самой необходимо было рассказать. Хоть кому-то… Но я боялась. Словно заново родившись, я не знала никого так хорошо, чтобы доверять. Полностью. Безоговорочно.
Но… что-то мне подсказывало, что этому любителю компьютерных стрелялок и «Magic» можно доверять. Может этим «что-то» была память… или что-то другое? Что-то, что чувствовала другая, прежняя Александра?
— Ладно. Но только поклянись, что не расскажешь никому ни слова из того, что сейчас услышишь.
В чёрных глазах парня мелькнуло удивление.
— Ладно, клянусь.
Наверное, я совершила самую большую глупость в своей жизни… но я рассказала. Не всё! Про наши с соколом более чем дружеские отношения ему знать не обязательно. Но в остальном…
Сага оказалась довольно объёмной. Хотя я по максимуму сокращала всё, что только можно, прошло часа два. К концу рассказа я окончательно выдохлась.
Парень молчал. Долго, минут десять. Потом задумчиво проговорил, глядя на меня:
— Знаешь, а в тебе и вправду есть что-то от хищника. От такой вот дикой тигрицы… — Он на минуту замолк, а потом припечатал. — Что ж, понятно. И когда ты на эти галлюциногены подсела? Откуда ты их вообще взяла, девочка-пай?
У меня перехватило дыхание от обиды, зачесавшиеся кулаки невольно сжались.
— Значит, ты мне всё-таки не поверил?
— А как ты думаешь?! — взорвался Артём. — Я думал, ты мне щас наплетёшь про какой-нибудь полигон, что ты участвовала где-то вроде «Последнего Героя» — помнишь такую передачу? — но такого сдвига по фазе я от тебя не ожидал!
Я шагнула к нему. Он отклонился от дерева и, увидев мои глаза, здорово напрягся. Наши взгляды скрестились, подобно клинкам.
— Ты смеёшься… — негромко начала я. — Смеёшься над тем, что считаешь бреднями… А ведь ты даже не можешь себе представить, каково это: убивать, и самому находиться на волоске, и видеть, как гибнут другие…
— Это всего лишь слова. — Твёрдо произнёс он. — Слова девушки, помешанной на «Властелине Колец» и картах в стиле фэнтези.
Меня передёрнуло. Я подняла руку… Он дёрнулся, но я вовсе не хотела его ударить. Точнее, хотела, но…
— Смотри сюда. — Я провела пальцами около левого глаза. — Что-нибудь здесь видишь?
Парень страдальчески скривился и покачал головой. Ну, другого я и не ожидала…
— Ты уверен? Посмотри внимательнее… — я надавила указательным пальцем и провела аккурат вдоль шрама.
Тёмыч вновь вгляделся и, округлив глаза, изумлённо охнул…
…Для меня оказалось большим сюрпризом, что, когда я впервые поглядела в зеркало, я не увидела отметины над бровью. Я до боли напрягала глаза, щурилась и смаргивала, но он появился лишь тогда, когда я, ориентируясь по ощущениям, провела по нему пальцем. Тот же фокус повторился и с плечом.
Хм, значит, здесь я ничего подобного не получала? Поэтому, наверное, их не видят и остальные.
Для подтверждения своих догадок, я позвала маму. Чтобы не слишком её шокировать, ограничилась плечом.
— Слушай, посмотри, пожалуйста, у меня здесь ничего нет?
— Да нет, вроде… — она пожала плечами.
— Точно? — я, будто невзначай, чиркнула по одной мне видимому бугорку на коже.
— Не… — она на секунду обалдело замолкла. А потом… — Что это?! Ты где так навернулась?!
— Да всё в порядке… — я самонадеянно попыталась отмахнуться, ещё не осознав, что это только начало.
— Почему ты раньше не сказала?! — ого! Кажется, она рассердилась…
Но, слава Богу, скоро более или менее успокоилась, ограничившись воспитательной лекцией и йодом. Даже бабушке ничего не сказала, что не может не радовать…
— Ничего себе! — хрипло вырвалось у Артёма.
— Ну что, твоя уверенность насчёт того, что всё, что я рассказала — ложь, немного уменьшилась? — я с полным внутренним удовлетворением наблюдала за тем, как изменяется выражение его лица.
— А… можно… он настоящий?
Я презрительно фыркнула и закрыла глаза. Короткое прикосновение к рубцу и последовавший за этим тихий присвист показали, что он в этом убедился.
— А на плече у тебя… то же?..
Я молча задрала рукав и коротко царапнула вдоль второй отметины. Парень чуть-чуть побледнел.
— Я надеюсь, эта штучка окончательно развеет у тебя все сомненья. — Я достала из кармана куртки кристалл и на раскрытой ладони протянула ему.
Артём отшатнулся, как будто я протянула не кристалл, а какую-нибудь малоприятную извивающуюся дрянь, или ещё чего похуже.
— Саня! — отрывисто, полурассержено-полуиспуганно крикнул он. — Прекращай эти свои фокусы! Скажи, это же всё трюк?! Да?! Такого просто не может…
— Может. — Спокойно и непреклонно прервала его я. — И прекрати истерить, пожалуйста. Теперь уже я тебя не узнаю.
— Не подходи! — я попыталась шагнуть к нему, но он напрягся и предупреждающе встал в какую-то стойку. То ли карате, то ли дзюдо. В его глазах я ясно увидела страх…
Ну, это, в общем, нормально. Видно, что он почти убедился в моей неуравновешенности. Я и свою бы реакцию не смогла бы предсказать, случись обратная ситуация.
Но с этой надо было что-то делать.
По-кошачьи скользящим шагом я быстро приблизилась к нему и отвесила несильную пощёчину. Говорят, это отрезвляет…
Верно говорят. Он вздрогнул, в его глазах страх мгновенно сменился злостью. Я не успела увернуться, когда такой же удар полетел в меня.
На ногах устоять не удалось. Хорошо ещё, что упала на асфальт, а не в осеннюю грязь. Вот бы родичи обрадовались повторению весеннего сюжета… с поправкой на возраст.
Ещё до того, как я шлёпнулась на пятую точку, во взгляде парня вновь произошла перемена. Он метнулся ко мне.
— Саня! Извини, я… я не хотел…
— Ничего страшного. — Я с его помощью встала. — Моё мнение насчёт того, что «нельзя бить слабый пол» несколько переменилось с Силмирала. Зато теперь я тебя узнаю.