— Не знаю, что на меня нашло… — смущённый парень даже немного отряхнул меня, хотя отряхивать было нечего. Только замывать… немного. — А… можно взглянуть на этот твой… кристалл?
— Да, пожалуйста. Только, прошу, осторожней. Хрен его знает, что в нём осталось, а что нет…
— Ого! — Вдруг присвистнул он. — Гляди-ка, а это твоя кровь, да?
— Где? — удивилась я.
Ух ты! И правда! Уж не знаю, как он его повернул, но в свете единственного здесь фонаря дейтвительно показалась алая капля в самом центре камня. Тёмыч чуть повернул его — и капля исчезла…
— С ума сойти… — поражённо покачал головой друг. — Я тебе уже почти верю.
— Почти?! ОПЯТЬ?!
— Да нет же! — Поспешил реабилитироваться он. — Я имею в виду, что той частью мозга, где у меня всё на уровне реализма, я не могу принять всего того, что узнал… Но в остальном я тебе безоговорочно верю.
Я скептически хмыкнула. Насчёт «безоговорочно» он явно перегнул палку… ну да фиг с ним. Хотя бы наполовину верит — уже хорошо.
Я посмотрела на часы на телефоне и застонала.
— Уй-ё… Тёмыч, я мухой домой! Меня сейчас родичи будут расстреливать ядом через отрубание головы!
— Н-да, суровые они у тебя… — сочувственно покивал он, и вдруг опомнился. — Эй! А кристалл ты мне оставляешь?!
— Возьми домой! — на бегу крикнула я. — У тебя же кажется родичи — физико-химики. Пусть посмотрят, что это за фрукт! Ты им, главное, на подробное рассмотрение не отдавай! А то будет сенсация!
— Ладно! — донеслось вдогонку.
И опять — однообразные недели спокойной жизни. Единственное, что слегка разбавляло скуку — это турниры в клубе по воскресеньям. Не знаю, может, так косвенно сказалось моё предводительство над Шелескенами, но даже в карточной игре с сильными и слабыми существами, заклинаниями и артефактами я стала побеждать со второго раза. Артём только присвистывал, играя со мной, а знакомые по интересу, подвывая, умоляли раскрыть секрет побед. Правда, их энтузиазм немного поутих, когда уже пошли взрослые, серьёзные соперники. Одну партию я выиграла лишь чудом…
Но всё же, сложно представить реакцию моих родных, когда они узнали, что мы с Артёмом едем на международные состязания во Францию. Недоумение (какой-такой турнир?), удивление (что, серьёзно победила? И за это ещё и деньги дают?!), гордость (а всё-таки наша!), недовольство (а как же институт?!)… Но — обещали подумать.
А у меня в связи с этим возник перерыв. По мнению организаторов, за эти четыре недели мы должны были определиться с решением и подготовиться. Нам даже дали аванс за такие достижения — десять тысяч рублей каждому (для меня лично — достаточно крупная сумма!). Тренироваться же нам оставалось лишь между собой и с новичками — в клубе в паре мы уже одолели всех и на рожон лезли немногие… да и те на интерес.
В общем, вынужденное ничегонеделанье. Скука, уныние…
И, как следствие — тоска.
Я даже не сразу поняла её причины. Хандра начинающего трудоголика?
Да нет… Просто…
Причину я обнаружила на удивление легко, когда, однажды сидя в кресле, любовалась кристаллом.
Просто я не ощущаю себя на своём месте. Вроде бы и мой мир, и моя семья, и…
А душа не на месте. Как будто я не вернулась домой, а ушла оттуда…
Будто бы и не было тех семнадцати лет до Силмирала…
Однажды меня ожидал сюрприз. Вернувшись в субботу после третьей пары, я застала родителей, лучащихся улыбками.
— Поздравляем! Мы говорили с твоими лекторами, и они сказали, что у тебя отличная успеваемость. Мы решили позволить тебе поехать на турнир!
Я натянуто улыбнулась для виду. Денёк выдался нелёгкий, поэтому на пляски от радости я не была готова.
— А кроме того…
Когда я прошла в комнату, то оказалось, что компьютер включён, и на нём приветственно горит табличка «Рамблера».
— Пока будешь так же хорошо учиться, интернет будет! — торжественно объявила мама.
— Ой, ну я даже и не знаю, что сказать… Спасибо!
— Ну ладно, — усмехнулся папик. — Давай уж, тебе, кажется, рефераты нужно было готовить?
Я кивнула и, сбросив с плеча сумку, села за стол. Пальцы привычно забегали по клавиатуре. На экране постепенно появлялось: «Русско-японская война: причины и последствия. Участники. Кто помогал Японии?»
Но стоило родителям уйти, как я сбросила окно с рефератом в «подвал», и, открыв инет заново, дрожащими пальцами ввела: «Птицын Михаил, 1935»…
Господи, и как я раньше не догадалась?! Интернет у всех друзей есть! Что мешало напроситься в гости и пробить по базе данных?!
Хотя…какая к чёрту база данных?! В инете же такое не выставляется! Это же личная информация…
Однако к моему немалому удивлению, результаты всё же нашлись. Но…в виде статей из газет. Оба-на…
Вот он!
Сердце стучало так, что, казалось, сейчас выскочит из груди. Но вдруг оно замерло, как и я, когда я открыла ссылку, высветившую статью полностью. «Новое таинственное исчезновение»… Не поняла?!
Так… «закончил МГУ»… «доктор исторических наук»… здорово, конечно, но немного не то…
Прочитав последние предложения, я окаменела.
«В феврале 1956 года было совершено убийство Конькова А. И., знакомого Птицина. Подозрение пало на него. Но когда следствие решилось дать ордер на арест, Птицин неожиданно изчез в неизвестном направлении. При обыске обнаружилось, что вещи в квартире нетронуты, поэтому версия побега исключается. Третьего марта в близлежащем лесу была обнаружена одежда, предположительно принадлежавшая Птицыну. Тело обнаружено не было. Дело Птицына закрыто в октябре того же года за отсутствием улик. Ссылки…»
Я медленно сползла со стула под стол. В голове был полный разброд…
На всякий случай я повторила ввод, но беспристрастный компьютер не выдал иной информации.
Раздался треск. Я с удивлением перевела глаза на мышку, которую так жестоко сжала, что побелели пальцы…
Что… и что теперь?.. Что?.. Где он?..
Меня начало легонько трясти. Так, кажется, это паника… чтобы хоть как-то отвлечься, я вышла и ввела другие данные: «пропавшие без вести в 1994 году»…
Стоп! Какие пропавшие?! У него же остался «клон»!
Так… как же мне тогда разыскать семью Ворлока?
Сколько, он говорил, ему лет? Сорок семь, кажется? Хм… тогда… родился в 1947… Военный… Женат… Имеет дочь Екатерину…
В результате долгих мучений на экране высветилось ещё одна статья:
«Аркадий Рыков, 1947–1996. Военный. Женат на Надежде Карабаевой, имеет дочь Екатерину. В 1996 году развёлся, жена забрала дочь и ушла к другому. Пытался забыться, полностью уйдя в работу. Начал пить. В мае 1996 исчез в неизвестном направлении…»
Я тихо поражённо присвистнула. Дальше тоже говорилось что-то об обнаруженной одежды и не обнаруженном теле, но меня поразило не это.
Ворлок… как же тебе повезло, что ты так и не нашёл обратного пути…
«Елена Лесная, 1963–2003. Владелица крупной фирмы ООО „Natan“. Замужем за Борисом Великовым. Имеет двоих сыновей, Глеба и Евгения. В 2000 году от неё ушёл муж, под предлогом того, что она всю жизнь посвятила работе. Через два года сыновья женились и ушли. Б. Великов, работающий в строительной организации „Три Слона“, пытался отсудить у неё квартиру. В 2003 исчезла в неизвестном направлении… была обнаружена нетронутая одежда…».
Я откинулась на стуле и глубоко задумалась.
Так… интересно получается… Они оба… точнее, все трое, считая Миху, ушли, а после этого их копии исчезли. Исчезли после тяжёлых потрясений, не оставив после себя ни следа. Что это может означать?
Мне стало не по себе. Дар — обвинение в преступлении; Ворлок и Лента — семейные потрясения…
А может… может быть Силмирал как раз поэтому и выбрал их?
А… а тогда что же я?!.
Так, Саня, стоп! Не паникуй и не накручивай себя… Не «шизофреней» короче!
Чтобы приостановить этот губительный процесс, я от души саданула себе по обеим щекам, и на всякий случай встала и постучалась головой о шкаф. На стук прибежала мама и, немного ошалев от этого зрелища, спросила, что со мной.