Лес по правую сторону от меня, рядом с которым я прошагала несколько часов и в котором отдыхала ночью, в целом был гораздо ниже сосняков, дубрав и березняков моей страны. Гибкие, часто с раздвоенными-растроенными стволами деревья; то почти белая и гладкая кора, то чёрные и как будто перекрученные стволы; листья разных форм и размеров, среди которых часто встречались то «половинчатые», то «тройные», где от средней жилки отходят три лопасти. Эти, последние листочки, в большинстве своём имели молочный цвет. Другие могли колебаться от сине-зелёных до розово-алых. Навскидку деревья почти не превышали двенадцати-пятнадцати метров.
Степь Нуайен, широко раскинувшаяся по левую руку, казалась расстеленным лоскутным покрывалом, и поражала своим разнотравьем. Однако одна особенность была присуща почти всем травам: очень острые края, о которые я по неосторожности чуть не порезала руку. Хотя шагалось по ней вполне сносно. Правда, часа через три ноги стали подавать первые признаки усталости. Но я твёрдо решила не жаловаться, пока ноги не отвалятся. Я человек — или уже не человек? — гордый и упрямый… хотя это и играет порой против меня.
— Нейра, — вдруг негромко окликнул меня чёрный леопард, — а скажи, ты, вообще, кошек любишь?
— Ну да, в общем… Хотя предпочитаю волков, — не подумав, брякнула я.
Ворлок смерил меня ТАКИМ взглядом…
Я невинно заморгала и возвела глаза к небу: мол, я не о том, что ты подумал… И тут же чуть не споткнулась и не полетела на землю от изумления. Отпавшую челюсть пришлось ловить где-то в районе колен.
Дневное небо Силмирала по красоте ни капельки не уступало ночному и, пожалуй, даже превосходило его. Оно было всё в россыпях звёзд, но не однообразно белых, а золотых и бронзовых и даже кое-где бледно-алых. Эти светила, похожие на брызги с кисточки художника, иногда проходили полосами, наподобие Млечного пути; порой же они сворачивались в спираль, так как изображают галактики в фильмах будущего. Само небо тоже не было чисто голубым — в местах сильных скоплений оно приобретало желтоватый или бледно-розовый оттенок.
— Нейра! — окликнула меня спохватившаяся Лента.
— Вау… — только и выдохнула впечатлённая я. С трудом оторвав взгляд от невероятного зрелища, я перевела сияющие глаза на ожидавших меня воинов. — И что, оно… всегда такое?..
— Да, — кивнул Лорг, — но ночью, пожалуй, чуть таинственнее. Тогда они зелёных и голубых оттенков… Не знаю, ночное небо мне нравится больше.
Возвращаясь в строй, я невольно опять запрокинула голову, ища глазами солнце. А, вон оно… Маленькое пятнышко, кое-где истыканное цветными пятнами звёзд.
Даже секунду-полторы глядя на солнце, я почувствовала резь в глазах и часто заморгала, переводя взгляд слезящихся глаз в раскинутые степи. Сильно зажмурилась и потрясла головой. Дождалась, пока светлые пятна исчезнут, вновь вгляделась в степи… и тревожно тронула за плечо Ленту.
— Смотрите! Кто это там, в степи?
— Пока не знаю… — мне ответил Ворлок, с минуту сам вглядывающийся в тёмные пятна на разноцветном, как расшитый платок, поле. — Может, дикие звери, а может… Лорг, видишь что-нибудь?
Я обернулась и с удивлением заметалась взглядом по сторонам. Леопарда не было… Зато его голос донёсся с вершины ближайшего дерева:
— Это каракхайи, всадники!
— Здорово! — просияла лесная кошка. — Если это Грейс, она сможет одолжить нам скакунов для такого дела.
Пятна всё приближались, и уже можно было разобрать, что их шестеро. Ещё через минуту я сумела различить, что они похожи на лошадей, и все разного цвета. И что всадник есть только у одного, за которым следуют остальные.
— Грейс! — радостно вскрикнула Лента, бросаясь навстречу животным. По-доброму усмехающиеся Ворлок и спрыгнувший со своего насеста Лорг тоже пошли к гостье. Я последовала за ними, стараясь держаться чуть за волком.
— Наконец-то я вас нашла! — спрыгнувшая с лошади всадница обладала обликом гиены. Причём, внешне довольно чистоплотной и опрятной. Зачёсанные назад, приглаженные волосы, плотный телесный костюм, даже несколько элегантный благодаря аккуратному воротничку. Но… мне, честно говоря, она не очень понравилась. Нет, гиен, как зверюшек, я люблю и уважаю за сплочённый коллектив и нежную заботу о потомстве. Но эта… Ну вот не понравилась, и всё тут! Ну что поделать? Вот к Ворлоку я сразу почувствовала симпатию, несмотря на его угрожающий вид. И дело не только в том, что он волк… И Лента мне нравится. И Лорг… немножко.
— Меня послали за вами. Старший почувствовал, что что-то выбивается из привычной колеи…
— Да нет, — встряхнулся Ворлок, — пока всё в порядке. Значит, ты целенаправленно искала нас?
Гиена кивнула.
— Да. Рефьол позволил взять из конюшни шестерых ньернов… Подождите-ка! Вас же должно было быть пятеро? Где… Баурус?
— У портала нас уже ожидал смешанный отряд Мрадразз. И Баурус… он не вернулся из боя. — Мрачно проговорил Лорг.
Грейс печально наклонила голову и на минуту закрыла глаза. Но потом вскинулась и сверкнула чёрными зрачками.
— Тогда нам тем более надо торопиться! Когда они не дождуться отряда — который почти наверняка был разведывательным, раз там были и Сирлиты, и Раудкоги[2] — они помчатся в погоню. И тогда могут возникнуть проблемы. С новичком, я имею в виду…
Она чуть наклонилась в сторону, пытаясь заглянуть за спину Ворлока. Я чуть вылезла и поприветствовала её взглядом невинного младенца.
— О! Ещё одна кошатница! — удивилась она. — И как же тебя звать-величать, мышеловка?
— Сама ты кошатница! — я никак не могла снести пусть и добрую, но пренебрежительную иронию в мой адрес и, расправив плечи, с достоинством шагнула из-за спины волка, который, похоже, только сейчас с удивлением заметил, что его спина стала мне убежищем.
— Эй, а не много ли ты на себя берёшь? — гиена злобно сощурилась и оскалилась немаленькими и острыми зубами.
— Спокойно, Грейс, спокойно… — Лента встала между нами и расставила руки. — Она действительно довольно смела, но отнюдь не только в разговорах. На её совести уже один убитый Раудког.
— Что, правда? — ехидно удивилась она, а у меня невольно встала дыбом шерсть на загривке. — Ну надо же, я бы никогда не предположила… А что, ей достались ножи? Или копьё?
Лорг хмыкнул.
— Нет, Грейс. Кое-что повеселее. Лук Мрадразз.
Смеющаяся — как я порой называю гиен — аж рот раскрыла от изумления.
— Что? Лук?! Да вы, ребят, мастера розыгрышей! Нет, ну серьёзно?
— Нейра, — повернулся ко мне волк, — покажи ей.
Я достала оружие, которое я приспособила за спину на крепления для двуручного меча. Демонстративно натянула… и выпустила под ноги Грейс, с удовлетворением отметив, как она с неподдельным испугом вскрикнула и отпрыгнула.
Но потом у меня на мгновение помутилось в глазах от двух мощных затрещин справа и слева. Когда в глазах прояснилось, я увидела разъярённую рысь.
— Ты что, сдурела?! — рявкнула она. — Никогда не играй с настоящим оружием! Оно шуток не понимает!
— Запомни один раз и на всю жизнь, — яростно шипел чуть сбоку Лорг, — даже если ты стреляешь из рук вон плохо, стрела сама может найти свою цель!
Я отшатнулась и сердито буркнула.
— Не надо на меня орать! Я не глухая. Что, просто сказать сложно?
От такого неприкрытого хамства они на минуту оцепенела. Зато я почувствовала, как что-то подхватило меня за шкирку, и что я быстро воспаряю в воздух… Невысоко, впрочем. Перед моим лицом появилась морда оскалившегося Ворлока. Я зажмурилась и втянула голову в плечи, поджав под себя хвост. Мне вдруг пришло в голову, что кого я действительно боюсь, так это его.
Но волчара не съел меня. Не накричал. Даже не зарычал. Он просто несколько раз от души встряхнул меня и негромко сказал, глядя глаза в глаза.
— Следи за своими поступками и речью. И не хами им больше… пожалуйста.
— Просьба принята к сведению. — Пискнула я, и только тогда серый разжал пальцы.