- Неужели не понимаешь, что делаешь со мной? – Я сглотнул. Ее запах манил меня, я потерял голову. Прижал ее к стене сильнее и начал целовать скулу. Нежно, осторожно, я очень боялся испугать ее, но желание рвалось из меня, мне стоило огромного труда сдерживать внутри этот огонь.
Она сдавленно вздохнула. От этого по мне побежали мурашки. Моя маленькая… Она обняла меня за пояс, повернула голову ко мне, и наши губы встретились. Все барьеры рухнули, из меня рвалось желание, я прижал ее к себе сильнее, почти вдавил в себя, впился сильнее в губы. Время для меня перестало существовать, я не хотел отпускать ее.
Но в коридоре стали ходить люди. Я оторвался от ее губ и прошептал:
- Милая моя, любимая…
- Матвей… - ее голос дрогнул. – Мне надо идти.
- Что?
- Я пойду.
Она выскользнула из моих рук как змейка и убежала. Я стоял еще некоторое время ничего не понимая.
9
Ощущение, что я все испортил, накатывало волнами паники. Вика не отвечала на звонки, на сообщения, вообще не выходила на связь. Черт возьми, ведь так хорошо все было, зачем полез… Я плеснул себе еще коньяка в стакан, сделал глоток. Так. Надо успокоиться и рассуждать здраво. Она перестала общаться с Яром, когда тот заговорил о чувствах, а теперь динамит меня.
Резко в голову пришла уже знакомая мысль «завлекает, цену набивает», но я отогнал ее от себя как назойливую муху. Мы ведь общались, долго, она не может быть такой. Она открытая, честная. И она будет моей!
Я опустошил стакан и поехал к ней. Не хочет отвечать по телефону, ничего, я ее лично выманю. Коньяк во мне играл, мне казалось, что я немного выпил, но ноги немного заплетались, как и язык. И пальцы… Набрал номер ее квартиры только с третьего раза.
- Кто там? – раздался детский звонкий голосок.
- Мамама дома? – промычал я. Черт, кажется, я все-таки перебрал.
- Мам, - послышалось в динамике, - там дядя какой-то мычит.
- Кто? – встревоженный голос. Мой любимый голос!
- Милая, это я!
- Матвей? Ты бухой что ли? Ты чего приперся?
- Милая, пусти меня! Вииикааа! Я должен тебе сказать.
- Иди проспись! – она отключила домофон. Тэк, ничего, сейчас я ее докричу. Какой там этаж у нее, двадцать что-то там…
- ВИИИИКААААА!!!
Я горланил, что есть мочи! Надо докричать до двадцатого этажа. Я знаю, она услышит и поймет! И меня непременно найдет…. О чем это я? Да!
- ВИИИИИИИКААААА!!!!
Дверь в подъезд отворилась и оттуда вылетела моя маленькая фурия. Какая же она у меня хорошая.
- Хорошая моя!
- Я сейчас вызову ментов, если ты не свалишь! Ты что устроил, алкашня?! У вас в семье проблемы с отказами? Золотые мальчики всегда получают, что хотят?
Ее глаза сверкали, метали молнии и похоже метили прямо в меня. Она реально была очень зла. Но я был жестко пьян, соображал со скрипом. Поэтому я полез к ней целоваться. И отхватил такую оплеуху, что в голове зазвенело.
- Ты совсем дебил?! – она уже не кричала, а шипела, как змея. Казалось, готова была меня придушить прямо здесь.
- Вика… - удивительно, но этот удар немного вправил мне мозги. Я вдруг понял, как глупо выгляжу. Стою у чужого дома, горланю, как олень. Позорище. – Вик, прости… Я… Я должен поговорить с тобой. Но, да, не сейчас, я…. Потом, да?
Я пошел к дороге, ноги все еще заплетались. Достал телефон, чтобы вызвать такси, уронил. Она закатила глаза.
- Блин, как же мне это все дорого! Поднимайся ко мне, алканавт, еще не хватало, чтоб тебя по башке пришибли где-нибудь по пути из нашего фешенебельного района в ваш райский Монако!
Она подлезла мне под руку и повела в дом. Мы поднялись на лифте. Я что-то продолжал мычать, она положила меня на кровать, я отрубился.