Воспоминания. Часть 2
«Она торопится. И немного неуверенно ведет смычок. Но это ничто по сравнению с теми ритмическими ошибками в середине.»
«Замолчи. Пожалуйста, замолчи. Доверься пальцам. Мышечной памяти. Хотя бы на секунду, хотя бы на мгновенье, ты можешь отвлечься от всего происходящего вокруг? Ты ведь всегда так делала. Как только брала в руки смычок могла забыться и не думать ни о чем кроме нот на партитуре. Так почему сейчас мои мысли разбегаются в разные стороны, словно кто-то охотиться за мной. Хватит думать. Пожалуйста. Пожалуйста замолчи.»
Сесилия стояла на сцене, и куча глаз смотрели на неё. Она никогда не ощущала себя так во время игры.
Толпа людей заполнила весь холл. Как бы сильно они не пытались снизить свой голос до шепота, Сесилия отчетливо различала каждое слово.
«Это же лучшая первогодка. Не могу поверить, что она допустила такие ошибки. Разволновалась, наверное.» «Ты знаешь, она такая стерва. Ты видела её вообще? Встречается с самым популярным парнем, играет хорошо, вот и словила звезду.» «Кстати, да, я пробовала с ней подружиться, но она все время либо с парнем, либо на репетициях.» «Сесилия очень талантливая и красивая» «Сесилия лучшая из первогодок, она еще покажет себя, она просто разволновалась.»
«Да кукла. Просто кукла, чтобы люди смотрели и восхищались её красотой. Она просто красивая. Если бы она не была таковой её бы не продали, не посмотрели бы на неё и выкинули бы. Но как бы красива кукла ни была, она просто кукла, украшение, она не может стать чем-то большим. Кукла… просто кукла.»
Чем больше они говорили о ней, тем более незаметной она себя ощущала. Общее восхищение и восторг, которыми они щедро её осыпали, исчезли при первой возможности. Красивая, умная, успешная, талантливая – это все, что было в ней и больше ничего.
***
«Лечение началось слишком поздно. Судя по медицинской карте, эту проблему выявили только после обморока. Эта болезнь может возникнуть после сотрясения мозга, причем вполне возможно, что симптомы проявятся через много лет. Могу предположить, что сотрясение произошло в то же время, что эти синяки. Мне очень жаль, что мы не предвидели летальный исход.»
Это ужасное чувство слышать тишину. Сесилия давно проклинала свой слух. Если человек одарен идеальным слухом, это означает способность различать звуки по тонам, а не слышать абсолютно все. Но Сесилию щедро одарили и тем и другим. Ей вряд ли бы хотелось знать, как сильно ругаются мама с бабушкой, в то время, как они думали, что она спала. Она слышала каждый раз, когда её мать молча плакала. Она слышала, как по ночам она осуждала и винила себя за то, какая она мать и дочь. Наверное, Сесилия была бы счастливее, если бы не знала этого всего. Но слышать абсолютную тишину оказалось еще более невыносимо. Кроме этих слов, сказанных врачом, она не слышала ничего. «Сесилия! Сесилия!» - иногда расплывчато слышалось извне. Но эти слова были больше похожи на звуковой мираж, галлюцинацию. Единственной реальностью для неё сейчас была больничная палата, де она сидит и рассказывает маме о том, каким придурком оказался её парень, и что ей очень стыдно, что она не рассказала ей о нем, что, возможно, если бы она рассказала, то та бы не стала с ним встречаться. Но и эта реальность длилась недолго.
‒ Сесилия!
Бесполезно. Минха уже четвертый день наблюдала как та сидит на кровати с пустым взглядом. Не ест, не спит, не плачет. Она просто неподвижно смотрит в одну точку, а когда зовёшь её, слегка поворачивает голову и таким же взглядом смотрит на тебя.
‒ Сесилия, тебе нужно поесть.
‒ Я только недавно ела.
Минха посмотрела на столик и увидела нетронутую еду. Она взяла её и положила новую чашку.
‒ Если еда не лезет, то поспи немного, прошу тебя.
Сесилия слегка кивнула. Минха отложила холодную еду в сторону и взяла её за руки.
‒ Может ты сыграешь что-нибудь?
Минха вытащила её скрипку из чехла и аккуратно вложила её в руки. Она подержала её какое-то время, но её пальцы ослабли, и скрипка со звоном упала на пол.
Минха начала терять свое самообладание. Дрожжащими руками она слегка коснулась лба девушки. Она взяла её за руки и тихо сказала: «Скажи что-нибудь пожалуйста, я не могу пережить вас всех.»
Сесилия тихо прошептала:
‒ Почему я такая слабая?
Минха, еле сдерживая слезы, еще крепче сжала её руки:
‒ Ты не слабая, дорогая моя. Ты не слабая. Нам с тобой нужно быть очень сильными. Мы справимся.
«Да. Мне просто нужно стать сильной.»