— Ну, извините, куная у меня нет, — восстанавливая сбитое от испуга дыхание, она быстро оглядела Хатаке с головы до ног в надежде, что не увидит на нём ран или увечий. На мужчине красовалась тёмно-синяя водолазка, свободные штаны и неизменная маска. Жилет вместе с протектором, как Рей позже заметила, уже висели на спинке стула.
— Цунаде сказала, что ты вернёшься через сутки - полтора, — Рей небрежно кинула расческу на стол, стоявший чуть позади. И хотя казалось, что внешне девушка выглядела абсолютно спокойной, внутри неё черти устраивали самую настоящую канонаду.
— Я подумал, что мне лучше поторопиться к тебе, раз я так скоропостижно ушёл прошлой ночью.
Мужчина с нескрываемым желанием оглядывал стройное тело, чуть задерживаясь на стройных ножках, прижатых друг к другу, а затем медленным шагом стал наступать на девушку. От такого неожиданного напора Рей пришлось немного отойти к столу и упереться в него ягодицами, чтобы хоть как-то удержаться на ватных ногах.
— Могу отдать тебе свой кунай, — мужчина приблизился к ней почти вплотную, так, что у девушки ощутимо завибрировало внизу живота. — Мне важна твоя безопасность.
— Если тебе правда дорога моя безопасность, — дрожащим, едва слышным голосом она почти повторила его реплику. — Может, просто не будешь скоропостижно покидать меня по ночам?
Не отрывая взгляда от сапфировых глаз девушки, Какаши быстрым движением стянул маску вниз, отчего Рей едва сдержалась, чтобы не застонать.
— Ты очень красивая, когда спишь, — почти прошептал Хатаке, переводя взгляд на пухлые пересохшие губки, но вместо ожидаемого поцелуя вдруг наклонился к шее девушки, глубоко вдыхая запах её волос и проводя носом по чистой нежной коже. Она неосознанно откинула голову, давая ему больше свободы действия. — Я не хотел будить тебя, — в это же время его руки мягко опустились на её бедра, чуть приподнимая подол коротенького халатика, и уверенно придвинулся к девушке. — Прости, я должен был срочно уйти, — испещряя её влажную, после душа кожу едва ощутимыми поцелуями, он отрывисто шепнул на ухо.
— Я понимаю, — не в силах больше сдерживаться, Рей запустила пальцы в его взлохмаченную шевелюру, заставляя его ещё сильнее прильнуть к себе. — Лучше разбуди меня в следующий раз. Ты даже не представляешь, что я успела себе нафантазировать.
— Представляю, — едва слышно усмехнулся Хатаке, после чего плавно повёл ладони вверх, вызывая по коже волну мурашек.
Когда руки оказались там, где, по обыкновению, нижнее белье должно было охватывать упругие бедра, Какаши недоуменно и многозначительно хмыкнул в шею, ведь его там не оказалось. Рей лишь игриво расплылась в улыбке, ликуя от его реакции на свою наготу, но к её разочарованию, он не повёл руки дальше. Вместо этого он мягко обхватил мозолистыми ладонями её лицо, и поглаживая скулы большими пальцами, вовлек её в нежный, полный чувств и самозабвения - поцелуй.
Их языки ласково переплетались, её руки мягко, почти бережно сжимали пряди серых волос, иногда переходя на затылок, шею и плечи. Именно сейчас она почувствовала, как остро нуждается в нём, как скучала, и как сейчас ей необходимы эти несколько минут нежности, чтобы восполнить часы тревоги и одиночества, проведённые вдали друг от друга.
Наконец, Какаши первый оторвался от губ девушки, отчего та, немного недовольно нахмурилась, двинувшись полуоткрытыми губами в пустоту. Не открывая глаза, он отрывисто прошептал, прижавшись лбом к её лбу, запуская пальцы чуть дальше за уши.
— Завтра я тоже должен буду уйти. Меня не будет примерно до обеда, — хриплый голос и неровное дыхание выдавали его возбуждение. Глубоко утопив последние остатки разума, Рей намеренно повела правую руку вниз, по рельефному торсу мужчины, который чувствовался даже сквозь неплотную ткань. Второй рукой чуть сжала его затылок, нервно сглатывая от накатившей невесть откуда страсти.
— Теперь ты мне почасовое расписание будешь выдавать? — сдерживаясь, иронично выдавила девушка, и когда её рука оказалась у края водолазки, робко забралась ладошками под ткань, едва касаясь кончиками пальцев напряженных кубиков пресса. Какаши судорожно и громко выдохнул, сильнее вжимаясь в Рей, и от его томного вздоха у девушки сильнее зарокотало внизу живота.
— Я думал, это очевидно, — уверенным движением он потянул за шёлковый поясок халата, отчего тот податливо распахнулся. Его сильные руки скользнули под тонкую ткань, обхватывая её талию и чуть сжимая. — Ты мне не безразлична, Рей.
Это были простые слова, не громкие, не обязывающие ни к чему, однако прозвучали намного значимее для Рей, чем сотни «я люблю тебя». Зная сдержанный характер своего возлюбленного, она лишь могла предположить, что значит для него - осознать привязанность к кому-либо. Опьянённая его фразой, Рей с трепетом и вожделением приняла его слова, вместе с тем доверившись своему собственному сердцу.
— Ты нужен мне, Какаши, — слова - признания. Признание не только ему, но и самой себе. — Прошу, не оставляй меня…
— Никогда…
Все её утренние переживания, нелепые домыслы и страхи канули в небытие, словно и не было слёз и страданий. Был лишь он, здесь и сейчас, так жадно снующий по её податливому телу руками, постанывая от её случайных или намеренных прикосновений в особо чувствительные точки, горячо и страстно целующий её влажные и дрожащие от возбуждения губы.
Как это всегда происходило рядом с Какаши, Рей полностью потеряла чувство реальности, не соображая, когда и каким образом, но они уже оба лежали на постели, соприкасаясь обнажёнными, разгорячёнными от возбуждения телами.
Прикосновения огрубелых рук едва не обжигали, но вместе с тем приносили нескончаемое удовольствие. Её ноги крепче обвились вокруг мощных бёдер, срывая с уст его обладателя протяжный глубокий стон.
— Рей… — он так прошептал это имя, что мурашки покрыли все её тело с головы до ног.
Прокладывая влажную горячую цепочку коротких поцелуев, мужчина начал спускаться ниже, чуть прикусив кожу на выпирающей ключице, а затем ещё ниже, пока, наконец, с глубоким вздохом обхватил один сосок губами. Рей с силой вцепилась пальцами в простыню, ловя ртом воздух от столь неожиданно накатившего экстаза.
— Да…
Рукой он умело начал стимулировать другую грудь, чуть пощипывая сосок и прокручивая между пальцами, одновременно лаская второй сосок губами и языком, изредка покусывая. Каждое его движение гулкой пульсацией отдавалась в промежности, заставляя мышцы неосознанно сжиматься, но тут же они расслаблялись. Один лёгкий укус, или сладостное потягивание соска, и мышцы снова сжимались, доводя девушку до предела.
Наконец, насытившись сладостной пыткой, Какаши поднялся и вновь припал губами к любимой. Протяжный, томный стон сорвался с её уст, когда нависающий над ней Хатаке усилил хватку за нежные бедра, и вошел в неё, уверенными движениями набирая темп. Руки Рей сами собой перекинулись через голову и схватились за лежащую под ней подушку, вонзившись ногтями в мягкую ткань. Она томно вскрикнула, почувствовав, насколько глубоко и уверенно проникает в неё Хатаке.
Какаши двигался все рьянее и сильнее, едва не теряя контроль над собой, то сжимая, то расслабляя цепкую хватку, когда Рей хватало лишь на то, чтобы не потерять сознание от дикого, почти животного наслаждения, и они оба полностью потеряли чувство времени, растворяясь в друг друге. Покачивания бедрами становились быстрее, грубее, проникновения глубже и яростнее, крики и стоны громче.
Отклонившись от неё, Какаши лишь сильнее сжал её бедра, чуть ли не навстречу насаживая её на себя. И в тот самый момент, когда щекочущая и усиленная вибрация по телу Рей собралась в одной точке, и моментально выплеснулась наружу вместе с её иступленным стоном, Хатаке рьяно толкнулся в неё последний раз и, дрогнув, обессилено опустился на её вздымающуюся грудь, отчаянно восстанавливая сбитое бешеным ритмом, дыхание.
Они так и лежали, не в силах пошевелиться. Безудержный оргазм, обуявший их одновременно, потихоньку отступал, проясняя сознание. Наконец, Хатаке чуть приподнялся на локтях, и обессилено повалился рядом с ней, закрыв глаза, но параллельно притягивая девушку к себе.