— Ваша дочь должна выйти замуж. Причем в самое ближайшее время, — Футоши, как бы между прочим, добавил. — И лишь в этом случае мы обещаем вам полную поддержку со своей стороны и непосильный вклад в устранении разногласий в стране.
— Моя дочь — не разменная момента, — с напором выдавил Иошито. Было видно, что слова старейшин сильно задели его. И тут на выручку снова пришла мудрость старика Дэку.
— Иошито-сан, мы понимаем, почему вы так любите свою единственную дочь. Ваша покойная жена, да хранят Боги её душу, была слаба здоровьем, и, когда забеременела, то покинула столицу Рудников, дабы выносить дитя в покое и умиротворении. Однако ребёнок тоже родился слабым, и вынужден был жить в полной изоляции от мира до трехлетнего возраста.
— Вы слишком любите свою дочь, Иошито-сан, — нетерпеливо перебил его Фукоши. Ему стало казаться, что разговор и так затянулся. — Я даже могу сказать, что вы избаловали её.
— Напомню, Вы пришли сюда не по вопросу воспитания моей дочери, — едва сдерживая эмоции, отрезал Иошито.
— Никто не ставит под сомнения ваши педагогические методы, Господин Иошито. Но нам так же не хотелось бы сомневаться в ваших дипломатических способностях, — Хитоцу, как всегда, выражался изысканно, плавно переходя от сути к делу. — Никто ведь из нас не желает, чтоб ваша дочь стала причиной распада страны. Слухи о вашем пошатнувшемся благосостоянии уже облетели весь Таниёсай. Мы все, безусловно, молимся за ваше здоровье, однако… — толстяк выждал многозначительную паузу. — Подумайте, в случае трагедии ваша дочь не сможет взойти на трон, не будучи замужней.
— Это древняя традиция нашего народа! — Дэку, как самый старший из троицы, решил завершить разговор.
— Я так полагаю, список кандидатов уже составлен? — правитель знал Совет слишком хорошо, иначе просто так они бы не пришли к нему.
— Разумеется, — Хитоцу улыбнулся, но было больше похоже на оскал. — Мы настоятельно просим оповестить Вашу дочь о её скорейшем замужестве, как только она прибудет на родину.
В кабинете нависла гнетущая, напряжённая тишина. Опять, снова и снова, борьба в его измученном сердце разгорелась с большим запалом.
— Я услышал вас, господа Советники, — этот разговор дался ему непросто, а большее он ответить просто не мог.
— Мы надеемся на Вашу мудрость, Иошито-сан, — старики снова переглянулись, и с поклоном удалились из кабинета. Вокруг правителя Кёзан но Куни нависла звенящая тишина.
***
Совет очень изящно поставил ультиматум, практически заставив его играть по их правилам. Его сердце разрывалось от противоречий, сжимаясь от одной мысли о том, что ему придется заставлять свою единственную дочь следовать не своей воле. Но также он понимал, что в словах советников есть доля правды, и, в случае чего, Рей не сможет стать правителем, не будучи замужней. Это могло повлечь за собой череду неприятных для страны последствий.
От тревожащих воспоминаний и мыслей его отвлек стук в дверь. В кабинет вошёл привлекательный молодой человек, худощавого телосложения, с длинными светлыми волосами, собранными в высокий хвост, и тёмно-бардовыми глазами. Одет был в светло-голубую рубашку, свободного покроя синие штаны, опоясанные широким тканевым поясом на тон темнее, а поверх была надета длинная безрукавка изумрудного цвета с ярко-красной вышивкой на спине. В руках он держал золотой поднос, на котором стояла небольшая фарфоровая чашка бело-синего цвета, и такой же заварочный чайник. Из его изящного носика струился слабый пар, и по кабинету разнесся приятный аромат мяты и мелиссы.
— Чай из целебных трав, господин Иошито, — он осторожно переложил посуду с подноса на стол, затем заботливо перелил напиток в чашку. — Я добавил туда Ваше лекарство.
— Спасибо, Изуми, — правитель сделал короткий глоток, после, болезненно скривился и поставил чашку на место.
— Ваша дочь с господином Хатаке уже в Таниёсае, и в скором времени прибудут во дворец, — помощник опустил поднос перед собой.
— Хорошо, — Иошито с благодарностью кивнул, задумчиво крутя чашку, не отрывая от стола. — Как только они прибудут, сразу же проводи их ко мне. Нишики вернулся из Кагиямы?
— Нет, — Изуми отрицательно качнул головой, делая шаг назад. — Я пойду и встречу господина Хатаке.
Он тут же удалился из кабинета, а Иошито достал из кармана пузырек с лекарством. Отправив в рот сразу две таблетки, он прикрыл глаза, ожидая непростого разговора с будущим Хокаге страны Огня.
И с дочерью.
Минут через десять в его кабинет по-хозяйски вошла Рей, а следом за ней, более сдержанно, появился и сам Какаши Хатаке. Иошито видел его во время прямого эфира на конференции в Конохе, и в живую он оказался таким же, каким и представился правителю. Спокойный, уравновешенный и уверенный.
«Полная противоположность Рей…» — мелькнуло в его голове. Однако тут же он засомневался в правдивости своих мыслей. Что-то было в ней такое, что взбудоражило чутье любящего отца, ощущая в дочери пока невидимые изменения.
— Здравствуй, отец, — девушка благородно поклонилась, загадочно улыбаясь.
— Здравствуй, дочь моя, — сердце тут же предательски заныло. — Господин Хатаке, несказанно рад приветствовать Вас в Таниёсае. Вы первый из иноземцев, кто ступил на наши земли.
— Иошито-сан, я искренне надеюсь, что не последний, — будущий Шестой был немногословен, и, как показалось Иошито, проницательным. Даже слишком, и это не могло не настораживать. «Неужели он о чем-то догадался?»
— Ну вот, мы прибыли по первому твоему зову, отец, — Рей нервно потеребила каштановые волосы. — Жаждем знать причину твоего порыва.
Правитель Рудников слегка улыбнулся: они не виделись с дочерью не очень долго, а он, оказывается, так скучал по её «высокому слогу».
— Мой, как выразилась моя дочь, «порыв» связан лишь с урегулированием нашего договора с Конохой. А если быть точнее, с некоторыми корректировками, — Иошито скрестил пальцы перед собой, а Какаши чуть напрягся. — Я бы хотел обсудить с Вами, господин Хатаке, возможность некоторых изменений в договоре. А так же… — он запнулся, а затем, набрав воздуха, выпалил. — Моя дочь, возможно, в скором времени займет моё место. Конечно, после того, как выйдет замуж. И я хочу знать, что, после моей отставки Вы не нарушит своё слово и…
— «Замуж»? — Рей довольно грубо перебила отца, но голос её дрожал. Она сделала несколько шагов вперед и с громким хлопком упёрлась ладонями в край стола. — Пап, ты с ума сошел?
— Рей, мы с тобой об этом попозже поговорим…
— Нет, папа, сейчас! — девушка тряхнула головой. Она уже срывалась на истеричные нотки. — Почему ты говоришь об этом так, словно предлагаешь мне… газон подстричь? Это моя жизнь!
— Ты знаешь наши традиции, Рей, — Иошито чуть повысил голос. Ему не особо нравилось поведение дочери, особенно перед гостем. Хотя, если честно, он был готов к подобной реакции. — Ты не сможешь взять бразды правления, не будучи замужней.
— Да с чего ты решил, что я захочу брать эти бразды? — девушка сорвалась на крик.
— Потому что ты, моя единственная дочь! — они словно забыли, что находятся в кабинете не одни. — Ты носишь фамилию Такаяма, мою фамилию! Ты наследница и будущая правительница страны Рудников!
— Я не собираюсь следовать твоим прихотям!
— Рей… — вдруг раздался голос Какаши. Девушка мгновенно замолчала и обернулась. — Можно, я поговорю с Вашим отцом наедине?
— Да, пожалуйста, говорите с нашим отцом сколько Вам угодно, господин Хатаке, — девушка была крайне взвинчена, и не особо соображала, как двусмысленно звучат её слова. Она скрипнула зубами и вылетела из кабинета, не забыв демонстративно хлопнуть дверью.
Эмоции зашкаливали, гнев бурлил в крови. Она хотела поскорее найти Нишики, своего брата. Ей просто необходимо поделиться с ним негодованием, злостью на отца и его глупые, безумные намерения. Завидев на своем пути Изуми, помощника своего отца, она поспешила осведомиться у него, где сейчас находится её брат.