– А она знает об этом? – спросил я.
– Конечно знает, но не догадывается, что я собираюсь с этими деньгами сделать. Через год, когда все будет готово, я скажу ей. Вот она удивится! Представь себе! Кругосветное путешествие!
В то утро, два дня спустя после нашей беседы и через три недели после моего появления «У последней черты», я лежал в постели, размышляя о Лоле. Ночью была ее очередь дежурить, и время от времени, услышав, как подъезжает грузовик, я выглядывал в окно и видел, как она, одетая в джинсы и рубашку, заливает бензин и разговаривает с водителем.
Йенсен хотел освободить ее от ночных дежурств, но она не согласилась. Она сказала, что ей это нравится. Большинство водителей ее знали и были рады перекинуться с ней словом. Йенсен нехотя уступил, и она дежурила один раз в неделю. Сам он дежурил два, а я – четыре раза. После часу ночи движение замирало, и можно было пойти вздремнуть. Редко кто появлялся позже, и потом, если что, у нас был ночной звонок для вызова.
Я наблюдал за Лолой, сидевшей в плетеном кресле и готовившей бобы для обеда. Время было чуть больше шести. Я увидел, как подъехал грузовик бакалейщика. Он приезжал каждое утро и привозил из Вентуорта всякую всячину, которую мы заказывали. Когда водитель притормозил у закусочной, я сбросил простыню и встал.
Водитель взял большую коробку с продуктами и понес в закусочную, Лола пошла за ним. Я потянулся, зевнул и прошел в ванную. Чувствовал я себя отлично. Стоя под струями холодного душа, я подумал о Фарнуорте, и настроение мое еще больше поднялось. Мне, безусловно, повезло, но и сам я очень даже неглупо организовал свой побег.
Однако везение мое кончалось, хотя тогда я об этом не подозревал. В коробке с продуктами, которую привез бакалейщик, было нечто, от чего все мое самодовольство и ощущение безопасности исчезли без следа.
Одна из шуток судьбы.
В тот день была зарплата. Йенсен с пачкой денег в большой потной руке вошел в сарай, где я работал, пытаясь наладить подвесной лодочный мотор, за который ему заплатили, лишь бы он увез его с глаз долой.
– Как дела, Джек? – спросил он. – Думаешь, починишь?
Я посмотрел на него и улыбнулся:
– Еще бы, конечно! Он точно заработает, но сколько протянет – сказать не могу. Трудный случай, он свое отработал, но я заставлю его крутиться.
– Правильно. – Он наклонился ко мне. – Мы и на нем заработаем, а? Я тебе принес деньги, сорок долларов за работу, так?
– Так.
– И доля от счетов за еду – сто десять.
– Так много?
Он засмеялся:
– Вы только его послушайте! Ты продал больше обедов и ужинов, чем мы с Лолой за все время. Ты просто чудо! В знак признательности я даю тебе еще сотню за железки, с которыми ты возился.
Я взглянул на него:
– Я на эти деньги не рассчитывал, мистер Йенсен. Ведь это моя работа.
– Послушай, Джек, мне виднее. У тебя все идет как по писаному. Тот день, когда ты появился, был для меня счастливым. С тех пор как ты здесь, я прилично заработал. Так что бери, что дают, и не возражай.
– Если вы так считаете, что ж, спасибо. – Я взял пачку купюр, которую он держал в руке. – Теперь у меня проблема. Я практически ничего не трачу. Все мои деньги во флигеле. С тем, что вы только что дали, у меня больше пятисот долларов. И что мне с ними делать? Вы не могли бы дать мне рекомендацию в свой банк?
– В мой банк? – Он засмеялся, мотая головой. – Кто держит деньги в банке? Три года назад банк в Вентуорте лопнул, и все, кто там держал деньги, оказались на мели. Я не доверяю банкам. Я никогда не помещал в банк ни цента своих денег. Мне нравятся наличные. Мне приятно думать, что, если со мной что случится, Лола получит деньги без всяких проволочек со стороны банка. Хорошо, у тебя есть пятьсот долларов. Я позабочусь о них. У меня есть сейф – деньги я храню там. Я положу твои деньги вместе со своими, и если тебе понадобится что-нибудь купить – ты придешь ко мне и получишь свои деньги наличными. Наличные куда лучше всех приманок банка. Не верь болтовне о банковских процентах. Будешь думать о процентах – потеряешь то, что имеешь. Проценты то растут, то падают, а понадобись тебе сразу твои накопления – с ума сойдешь, пока получишь. Ты пометь где-нибудь, сколько у тебя денег. Я их сохраню, а понадобятся – тут же получишь.
Я встал, ошеломленно уставившись на него.
– Не хотите же вы сказать, что держите сто тысяч здесь, в сейфе? – спросил я.
– Вот именно – здесь! А почему нет? Не думаешь же ты, что я доверю свои сто тысяч какому-то банку? У меня очень надежный сейф – самый лучший! Корпорации «Сейфы Лоренса» – за деньги лучше не достать. Да что я тебе рассказываю, ты же знаешь сейфы лучше меня! Разве не так? Разве сейфы Лоренса – не лучшие?