– Бросила на пол у заднего сиденья.
Я прошел в гараж, открыл заднюю дверцу машины и заглянул внутрь.
Если Люсиль и оставила купальник в машине, то сейчас его там не было.
II
В небе гулко пророкотал самолет; все остальные звуки растворились и исчезли. Долгое время в воздухе висела тишина. Я стоял у машины и бессмысленным взглядом взирал на пустое заднее сиденье, а сердце мое колотилось.
Тишину нарушил слабый голос Люсиль:
– Ну что там?
Я повернул голову:
– Его здесь нет.
Глаза ее широко распахнулись.
– Не может быть! Пустите, я посмотрю сама!
Я посторонился, и она сунулась в машину.
– Он должен быть здесь, – бормотала она, шаря руками под сиденьем.
– Может, вы оставили его на пляже?
– Да нет же, не оставила! – раздраженно крикнула она. – Я бросила его на пол!
Она вылезла из машины. В глазах ее был панический страх.
– Может, вы положили его в багажник, – предположил я и, обойдя машину сзади, поднял крышку и заглянул внутрь. Купальника не было.
– Куда вы его дели? – взвизгнула она.
Я оторопело уставился на нее:
– Что-что? Куда я его дел? Да я понятия не имел, что вы оставили его в машине.
Она шагнула в сторону:
– Вы лжете! Это вы его взяли и спрятали!
– Да вы что, в самом-то деле! Говорю же – я и понятия не имел, что вы оставили его в машине!
Лицо ее напряглось, глаза метали молнии. Красота, свежесть и молодость вмиг исчезли. Я еле узнавал ее.
– Не лгите! – в бешенстве воскликнула она. – Я знаю, купальник взяли вы! Куда вы его дели?
– Да вы с ума сошли! Здесь же кто-то был! Неужели вы не видите? Посмотрите на дверь! Не знаю, кто сюда приходил, но он нашел ваш купальник и забрал его.
– Рассказывайте! Никого здесь не было. Это вы сами взломали дверь! Теперь ясно, что значит это ваше «взять вину на себя»! – Голос ее звучал яростно и зловеще. – Вы, наверное, думали, что я в знак благодарности брошусь на колени и буду целовать вам ноги? Что уж теперь-то вам удастся переспать со мной? Вы рассчитывали именно на это, не так ли? А сами только и думали о том, как после всего меня выдать! Вы хотели подбросить в машину мой купальник, и тогда полиция узнала бы, что в машине была я!
Я чуть не ударил ее по лицу, но вовремя сдержался.
– Ну и на здоровье, Люсиль. Не хотите мне верить – не надо. Только я ваш купальник не брал. Надо же такое вообразить! Да, здесь кто-то был и забрал его, но я тут ни при чем.
Она стояла не шевелясь, глядя на меня. Потом закрыла лицо руками.
– Да, – сказала она. – Конечно.
Я еле расслышал ее голос.
– Что все это значит? – спросил я, не сводя с нее глаз.
Она сжала пальцами виски, потом вдруг одарила меня еле заметной улыбкой.
– Извините, Чес. Мне очень стыдно. Я совсем не хотела разговаривать с вами в таком тоне. Просто я не спала всю ночь. Что творится с моими нервами… вы даже представить не можете. Простите меня, пожалуйста.
– Ладно, о чем тут говорить.
– Но кто же мог взять купальник, Чес? Вы думаете, это могла быть полиция?
– Нет. Только не полиция.
Она отвернулась. Я вдруг почувствовал, что больше для нее не существую, что мысли увлекли ее куда-то далеко-далеко.
– Вам незачем оставаться здесь, Люсиль, – произнес я. – Это опасно.
Она чуть вздрогнула и посмотрела на меня невидящим взглядом. Потом в глазах появилось осмысленное выражение – она наконец меня увидела.
– Вы правы. У вас есть сигареты?
Я с удивлением вытащил из кармана пачку «Кэмел» и протянул ей. Она взяла сигарету и прикурила от моей зажигалки. Глубоко затянувшись, выпустила клуб дыма. Все это время она смотрела в какую-то точку на заляпанном маслом бетонном полу гаража.
Я наблюдал за ней. Интересное ощущение – так бывает, когда не видишь маленькую девочку несколько лет и вот выясняешь, что она за это время уже превратилась во взрослую женщину.
Люсиль подняла голову и увидела, что я за ней наблюдаю. Улыбнулась. Улыбка была натужная, но Люсиль сразу стала милой и желанной.
– Значит, Чес, теперь держать ответ придется нам обоим?
– Необязательно. Это мог быть просто мелкий воришка.
– Вы думаете? А мог быть и шантажист.
– С чего это вам взбрело в голову?
– Какое-то шестое чувство, – чуть поколебавшись, произнесла она. – Ведь мы с вами – идеальный объект для шантажа. Я – потому что задавила полицейского, вы – потому что пытались меня соблазнить.
Я помолчал. Такая мысль не приходила мне в голову, но сейчас, когда Люсиль высказала ее вслух, я понял, что она может быть права.