Эйткен повернул голову в мою сторону, и сердце мое замерло, а нервы превратились в готовые лопнуть струны. Что сейчас будет? Увидев меня, Эйткен помахал рукой. Его красноватое лицо размягчилось в приветственной улыбке, и от внезапного облегчения у меня даже засосало под ложечкой, словно кто-то стукнул под дых. Если бы он собирался меня четвертовать, я бы не удостоился такой шикарной улыбки.
– А вот и вы, Скотт, – поприветствовал меня он. – Я поломал вам партию в гольф?
Его гость обернулся, и я вдруг почувствовал спазмы в желудке – я сразу его узнал. Это был Том Хэкетт, который вчера вечером видел, как я и Люсиль выходили из моего дома. Том Хэкетт, приятель Сиборна.
– Здравствуйте, здравствуйте. – Он протянул руку. – Вот мы и снова встретились. Р. Э. рассказал мне, что прочит вас в боссы своей нью-йоркской конторы.
Я пожал его руку, причем с тем же неприятным ощущением, что и вчера: по сравнению с его теплой жесткой ладонью моя рука была куда холоднее.
– Садитесь. – Голос Эйткена обрел прежнюю раздражительность. – Вы действительно собирались побаловаться гольфом?
– Когда Уоткинс позвонил, я только начал переодеваться, – сказал я, подтаскивая кресло поближе к ложу Эйткена и усаживаясь рядом с Хэкеттом.
– Жаль, что я нарушил ваши планы. Я же сам предложил вам слегка размяться и действительно этого хотел. – Он провел пальцами по редеющим волосам. – Но тут вдруг объявился Хэкетт, и я решил, что вас надо познакомить.
Я вежливо посмотрел на Хэкетта, потом снова на Эйткена. Я понятия не имел, о чем пойдет речь, но вроде бы не о неприятностях, и то слава богу.
Эйткен улыбнулся Хэкетту своей змеиной улыбочкой.
– Этот молодой человек слишком много работает, – пояснил он. – И я предложил ему как следует отдохнуть в выходной: поиграть в гольф и развлечься с хорошенькой женщиной. А тут подвернулись вы и все ему испортили.
Хэкетт рассмеялся:
– Не слишком ему верьте. С гольфом он, может, и погорел, а вот насчет остального – не думаю. – Он всем корпусом повернулся ко мне и широко улыбнулся. – Я прав, дружище?
Я выдавил из себя улыбку, каким-то чудом она получилась вполне естественной.
Эйткен бросил быстрый взгляд на меня, потом на Хэкетта.
– Вот даже как? Стало быть, вы его застукали? И на чем же?
Я почувствовал, как руки сжимаются в кулаки, и поспешно засунул их в карманы.
– Зачем вам знать, Эйткен? У каждого есть личная жизнь, что тут удивительного? – Хэкетт подмигнул мне. – Перехожу к делу, Скотт. Я решил принять участие в вашей нью-йоркской авантюре. Я вкладываю в это дело деньги. И когда Р. Э. сказал, что главным в агентстве будете вы, я захотел встретиться с вами и поговорить. Правильно, Р. Э.?
Эйткен сидел чуть насупившись – он терпеть не мог, когда разговором завладевал кто-нибудь другой. Тем не менее достаточно приветливым тоном он ответил:
– Да, все верно. Вот он перед тобой, разговаривай сколько душе угодно. – Он повернулся ко мне. – Хэкетт вкладывает сто тысяч и, понятное дело, хочет убедиться, что отдает их в надежные руки.
– Рекомендация Р. Э. для меня значит много, так что, думаю, сомневаться в вас нечего, – начал Хэкетт, откидываясь в кресле. – Но кое-что я хотел бы выяснить лично у вас. Вы не возражаете, если я задам несколько вопросов?
– Отчего же? – с облегчением произнес я. – Отвечу с удовольствием.
– Вашу личную жизнь они затрагивать не будут, – сказал он с улыбкой. – Меня совершенно не касается, чем живет человек после работы, если только он не попадает в какую-нибудь скандальную историю. – На лице все те же безмятежность и веселье, но глаза чуть прищурились и ищут встречи с моими. Чтобы отгородиться от его взгляда, я полез за сигаретами и начал закуривать. – Надеюсь, в ваши планы не входит участие в какой-нибудь скандальной истории?
Эйткен нетерпеливо заерзал в кресле.
– Скотт совсем не из таких, – сердито проворчал он. – Ты же прекрасно знаешь, что у меня не работают люди со скандальной репутацией.
– Знаю, знаю, – примирительно произнес Хэкетт и, подавшись вперед, похлопал меня по колену. – Просто я великий шутник, так что не обращайте внимания. Ну хорошо, расскажите мне теперь, что у вас за образование и стаж работы.
Может, он действительно был великим шутником, но было ясно, что за этой шуткой что-то стоит. Он что-то знает или по крайней мере подозревает. Неужели он догадался, что девушка, которую он видел у меня, – это Люсиль?
Я рассказал ему о своем образовании, потом о работе после колледжа. Дальше он спрашивал о том, как я собираюсь ставить дело в Нью-Йорке, сколько потребуется персонала, где будет размещено агентство и тому подобное. Наконец, полностью удовлетворившись, он выпрямился в кресле и согласно кивнул.