– Меня зовут Честер Скотт, – сказал я. – Но в чем, собственно говоря, дело? Меня привел сюда Фил Уэлливер, он мой друг.
Это сообщение не произвело на Клода большого впечатления.
– Где вы живете, мистер Скотт? – спросил он.
Я назвал адрес.
Он наклонился вперед, взял телефонную книгу, лежавшую на углу стола, и проверил мой адрес.
– Мистеру Уэлливеру давно пора знать, что он имеет право приводить сюда друзей только с моего согласия, а также после того, как они уплатят вступительный взнос.
У меня немного отлегло от сердца.
– Этого я не знал, – сказал я. – О взносе Уэлливер ничего не говорил. Я готов заплатить. Сколько?
– Двадцать пять долларов, – ответил Клод и перевел глаза на темноволосого. Тот все еще стоял рядом со мной.
– Нам что-нибудь известно о мистере Скотте?
– Вчера он был в ресторане, – ответил темноволосый. – Ходил за сцену и разговаривал с мисс Лэйн.
Меня бросило в пот.
В глазах Клода мелькнул слабый огонек. Чуть передвинувшись в кресле, он с вежливостью зубного врача, предлагающего пациенту пошире открыть рот, спросил:
– Вы знакомы с мисс Лэйн, мистер Скотт?
– Нет. Я слышал, как она поет, – ответил я. – Мне понравилось, и я пригласил ее выпить.
– И она согласилась?
– Нет.
– Но вы заходили в ее комнату за сценой?
– Да, заходил и разговаривал. К чему все эти вопросы?
– О чем вы разговаривали?
– О том о сем, – уклончиво ответил я. – Почему вас это интересует?
Клод взглянул на темноволосого:
– Что-нибудь еще?
– Больше ничего.
Наступила пауза. Наконец Клод сказал:
– Извините за беспокойство, мистер Скотт. С вас двадцать пять долларов.
Я достал бумажник, вытащил две десятки и пятерку и положил их на стол. Он выписал квитанцию и передал мне.
– Приходится быть осторожным, мистер Скотт, – сказал Клод. – Впрочем, я могу вам этого не объяснять. Надеюсь, вы станете нашим постоянным гостем.
– Скорее всего, так и будет. – Неужели все сошло так гладко? Невероятно!
Конвоиры, как по команде, отошли в сторону. Они сразу потеряли ко мне всякий интерес, на их лицах появилась смертельная скука.
Я положил квитанцию в бумажник, а бумажник – в карман.
– Ну что ж, спасибо, – попрощался я и повернулся к выходу, собираясь уходить.
В этот момент где-то за моей спиной открылась другая дверь, и я оглянулся.
Вошел Оскар Росс.
На нем был костюм бармена. В руках он держал поднос, на котором стояли бутылка шотландского виски, стакан и жестянка со льдом.
Он заметил меня, только когда дошел до середины комнаты, но все равно сразу не узнал. И, только поставив поднос на стол Клода, он вдруг обернулся и уставился на меня, уставился так, словно не мог поверить собственным глазам.
Я зашагал к выходу, стараясь не бежать, но все же двигаясь достаточно быстро.
Росс явно лишился дара речи.
Я повернул ручку на двери – дверь действительно была заперта.
Светловолосый шагнул ко мне, чтобы отпереть дверь, но тут Росс выдавил из себя:
– Эй! Не выпускайте его!
Светловолосый остановился.
Ключ торчал в замке. Недолго думая, я повернул его и уже начал открывать дверь, но светловолосый тенью метнулся ко мне и зажал дверь ногой.
– Как он сюда попал? – справившись с голосом, крикнул Росс.
Светловолосый был явно озадачен. Он повернул голову к Клоду, ожидая инструкций.
Собравшись, я резко двинул его правой в челюсть. Удар получился, и боль отдалась до самого плеча. Светловолосый полетел на пол и стукнулся головой о стену.
Я распахнул дверь.
– Стой!
Это скомандовал темноволосый.
Я быстро обернулся. Из его правого кулака торчал пистолет. Конечно, он смотрел прямо на меня.
С отчаяния я решил, что он не осмелится устраивать пальбу здесь, прямо в клубе, поэтому кинулся за дверь.
За мной рванулся Оскар. Я чудом увернулся от его рук, но в коридоре замешкался, и вот он уже рядом. Он промахнулся, и я со всего маху врезал ему по зубам. Он отлетел назад, а я, как заяц, понесся по коридору к двери в комнату с рулеткой.
Но тут что-то сзади ударило мне под колени – что-то похожее на танк, – и я повалился на землю. Это был темноволосый. Я успел чуть отвернуть голову, но спасение было слабое – ударил он здорово. Я застонал, потом отпихнул его ногой, поднялся, но на меня из конца коридора уже несся Росс.
Кажется, больше всего на свете мне хотелось как следует его долбануть. Я увернулся от его удара, шагнул навстречу и, вложив в удар весь свой вес и всю свою силу, поразил его страшным крюком правой.