— Это… мой друг, — смотрю я на Охотника. — Тимур. У него сегодня день рождения.
Они настолько разные, что даже не пытаются вступать в какой-то быстрый контакт. Им словно не о чем говорить, они существуют в разных измерениях, тем не менее я все же слышу короткий и задевающий меня до поджилок голос:
— Павел. Поздравляю.
— Спасибо… — Тим забирает со стойки свой стакан, поднимает его «в нашу честь» и с нейтральной улыбкой уходит.
Переведя дыхание, я смотрю на Багхантера. Он отодвинул в сторону все! Кроме него, меня здесь больше ничего не интересует. Друзья, музыка, воздух — все пресное. И я не боюсь этих ощущений... я в них ныряю с головой, хотя моя голова и не спрашивала.
Он кладет руку на стойку, в результате чего мои колени касаются его бедра. Ладонью Охотник задевает мое плечо, когда опускает вторую руку на спинку барного стула.
Мы не маленькие, чтобы бежать от прикосновений, но они первые, если не считать того поцелуя. Это был стресс для всех моих органов чувств, так что я не ощущала Багхантера, как сейчас, — кожей и разумом!
Я делаю громкий вдох под его взглядом и спрашиваю:
— Закончил дела?
— Взял выходной.
Я боюсь уступить ему хоть в чем-то! Поэтому спрашиваю:
— Это я… так плохо на тебя влияю?
Кажется, скрывать свои чувства или ощущения, свои мысли этот человек просто не считает нужным. Он озвучивает их, когда и как захочет, сейчас в том числе.
— Наши желания совпали, — говорит Багхантер.
— Какие именно?
Я наблюдаю за тем, как он склоняет голову, чуть качнувшись вперед. Склоняет ее набок, остановившись в паре сантиметров от моего лица. Оставляя мне возможность видеть его глаза, его взгляд, которым он ловит мой, и оценить выдвинутое предложение. Приглашение, которое срывает с моих губ тихий рваный выдох...
Глава 15
Кажется, бушующие у меня в крови гормоны только так и можно заткнуть — прыжком в ощущения, которые хочется испытать до дрожи. Даже несмотря на то, что все максимально непривычно, немного неловко! Не внутри, а снаружи, ведь мы… оба не знаем, как друг с другом обращаться. Как касаться. Чтобы попробовать, мне достаточно лишь слегка податься вперед…
Я закрываю глаза, даже не выясняя, закрыл ли он.
Я чувствую только его губы и запах, больше ничего. Этого хватает, чтобы пальцы у меня в туфлях подвернулись, а ладонь вцепилась Охотнику в плечо. Скомкала ткань его куртки… бессознательно…
Собственные губы кажутся мне мягкими, потому что поцелуй Багхантера… твердый. Это первое, что я чувствую. Что отпечатывается в сознании, как первое впечатление, которое останется навсегда. И это правильно, ведь так Багхантер и целуется — твердо, прямолинейно, без… «розовых слонов»...
Наступая, заставляя меня чуть податься назад, он сильнее склоняет набок голову и раскрывает мои губы своими, скользнув между ними языком.
Я не собиралась сбегать от этого маневра. Я безропотно поддаюсь, но Багхантер все равно обхватывает ладонью сначала мою щеку, а потом затылок и тянет меня к себе…
Его язык… Я… с головокружением сдаюсь и сдаюсь опять! Ощущая свои губы мягкими в сто раз сильнее. В чертов миллион, а Багхантер от этого только сильнее сжимает мой затылок. Давит сильнее, не давая отстраниться хотя бы на миллиметр…
Он не знаком со словом «нежность»! Со словом «компромисс», «уступка»… Я не знаю. Мне слишком горячо, чтобы думать. Никогда в поцелуе я не чувствовала себя такой ведомой. Слабым полом!
Багхантер отстраняется, когда моя ладонь взмывает по его плечу вверх и пальцы касаются волос на его затылке. Свежеподстриженные кончики колются, добавляя еще больше ощущений, от которых меня толкает вперед, но и в этом порыве потеснить Багхантера невозможно, в итоге все равно отступаю я. И умудряюсь подвернуть на ногах пальцы еще раз: когда его губы отпускают мои, мне хочется его остановить!
Моя рука соскальзывает вниз.
Я обвожу губы языком. Они влажные, на них его вкус. Багхантер смотрит исподлобья, продолжая надо мной нависать. Мое дыхание неровное, а его… он втягивает воздух через нос, сомкнув при этом челюсть.
— Хорошая вечеринка? — спрашивает он хрипло.
— Была… пока ты не пришел, — отвечаю я.
— Я ее испортил?
— Нет… стало еще лучше…
— Значит, я молодец.
— Да. Ты… молодец…
Мы общаемся глаза в глаза, будто ничего вокруг не существует. Я чувствую это так же, как минуту назад чувствовала, — целовать меня Багхантеру нравится…