— Я не знаю, чего хочу, — смотрю я на парня.
Он действительно теперь здесь. Мой… до капли. Его внимание. Глубина взгляда, засевшая в нем искра…
Я добилась, чего хотела.
— И что в этом случае нужно делать? — спрашивает Багхантер.
— Обычно в этом случае я заказываю чай.
— Я обычно никогда его не заказываю, — чуть расслабленно говорит он. — Мне нужны подсказки.
— Цвет — зеленый, — обозначаю я.
— Такой бывает? — насмешливо интересуется парень.
Я веду плечом, произнося:
— Вот ты и прокачался…
Я вижу его улыбку. Легкий на нее намек. И взгляд исподлобья…
Его локти снова лежат на столе. Он подался вперед, слегка загородив мне широкими плечами обзор. Но я и не пытаюсь смотреть куда-то, кроме как в его лицо, и, сколько бы мыслей я ни вышибла из его головы своей дерзостью минуту назад, я все еще не в состоянии предугадать ни единого его действия.
Ведь он другой.
Так непохожий на мою «семилетнюю болезнь»! И возможно, я выбрала его именно поэтому. Корыстно, целенаправленно. Как товар в магазине. Собираясь с его помощью свою болезнь окончательно вылечить, и пока это… получается отлично…
Я бы должна чувствовать себя сукой, и я... почти чувствую...
Глава 6
Наши напитки приносят одновременно.
Мой чай и айс-кофе для него.
Синхронность проявляется еще и в том, что ни я, ни Багхантер к напиткам не притрагиваемся.
Я уверена, мой собеседник не может чувствовать себя так же, как я, — гореть от эмоций до корней волос, но он тоже к своему стакану равнодушен.
Мы смотрим друг на друга, как будто зацепились крючками. К черту чай.
У меня на языке крутится множество вопросов, которые принято задавать или которые задавать логично, когда видишь человека второй раз в жизни, но они не кажутся мне скучными, когда дело касается этого парня.
И я решаю для себя, что совершенно плевать, в каком порядке их задавать, ведь это больше не «собеседование». Это контакт, который поглотил все внимание.
— Ты часто здесь бываешь? — спрашиваю я, отвечая на скользящий по моему лицу взгляд.
— Регулярно. Здесь хороший интернет, можно поработать.
— А чем ты занимаешься, когда НЕ работаешь?
— Хочешь узнать, какое у меня хобби? — спрашивает он, словно высмеивая это слово.
Я реагирую вызовом, потому что еще не научилась различать оттенки его эмоций. Насмешка это или обычное веселье, я слишком взбудоражена, чтобы различить.
— Да, хочу, — говорю я. — Вообще-то, когда девушка спрашивает у парня про хобби, она хочет узнать, не гоняет ли он все выходные напролет порно, как озабоченный придурок. Потому что если да, то мне в другую сторону.
Мой ответ его забавляет, и этот процесс отражается на его лице живой мимикой. В том числе еще одной короткой улыбкой, за которой я наблюдаю с тонкой змейкой мурашек под кожей.
— Я смотрю порно, — сообщает Багхантер. — И дрочу. Иногда. Но это не мое хобби.
Эта грубая интимность вызывает волнение в моем воображении. И я узнаю о себе что-то новое: я, кажется, фанатка грубой интимности. Это любовь с первого взгляда, ведь до него я с ней была не знакома.
Я просто в восторге от собственной испорченности!
— Теперь осталось подтвердить, что у тебя нет порноколлекции, — говорю я.
Пауза — и ответ в тон глупости моего вопроса:
— Я никогда ничего не коллекционировал.
Я больше не могу сдерживать веселье.
Запрокинув голову, я смеюсь. С волшебным трепетом в разных местах, когда вижу наблюдающий за мной взгляд.
Багхантер разделяет мое веселье, но остается зрителем. Я уже поняла, что проявление эмоций — не его хобби, но от этого он не перестает быть источником энергии.
Мне нравится…
— Так… хобби у тебя все-таки есть? — интересуюсь я, «вернувшись».
Багхантер не торопится с ответом, но не потому, что копается в памяти, просто такова скорость его общения. Это… я успела уяснить.
— Я могу собрать какую-нибудь мелочевку, — говорит он. — Компьютер или велосипед. Это помогает разгрузить голову.
— Все-таки ты можешь помочь выбрать компьютер, — резюмирую я.
Словно нехотя, но с ухмылкой, он говорит:
— Да.
Я стряхиваю с рукава невидимую пушинку.
— Что еще тебе помогает? — спрашиваю его.
Я с удовольствием встречаю легкий прищур, потому что этот вопрос отбрасывает к причине, по которой мои губы до сих пор горят.
Одна минута, и я узнала, помимо всего прочего, чем еще отлично можно разгрузить его голову. Сугубо личная информация, которой мы обмениваемся молча.