Щелкнула задвижка, и Сандра невольно обернулась на звук. Клайген показался из-за двери душевой, встряхивая на ходу мокрыми черными волосами. Капли со слипшихся влажных прядей падали на футболку, моментально расползаясь на темной ткани еще более темными пятнами. Сандра заставила себя отвести глаза, чтобы не смотреть на великолепное тело, обтянутое тонкой тканью футболки.
— Не надоело сидеть на жердочке, птичка? — насмешливо бросил он и грузно рухнул на жалобно заскрипевшую кровать. — Окоченеешь совсем.
Сандра вздохнула, нехотя признавая его правоту. Сидеть дальше на подоконнике было глупо и холодно. Не хватало еще отморозить себе все на свете… Надо вставать и идти в ресторан. Она сползла с подоконника, неспешно пересекла крохотное пространство комнаты, на миг заслонив Клайгену телевизор, который тот уже успел включить, нашла в сумке теплый свитер, подобрала сумочку и книгу, брошенные на тумбочке у зеркала, и нащупала висящий на стене ключ.
— И куда это ты собралась? — донесся с кровати противный скрежещущий голос.
— Посижу в ресторане, — ответила она сухо.
— Уже проголодалась, что ли? — удивился он.
— Нет, — она невольно улыбнулась этой абсурдной мысли, ведь они обедали не более часа тому назад.
— А-а-а, — протянул он, — просто сбегаешь? Зря. Снова отсидишь себе зад. Придется массировать и его.
Он нагло ухмыльнулся и подмигнул ей.
— Очень смешно, — с достоинством ответила Сандра, делая вид, что увлечена изучением остатков макияжа на лице.
Она злилась на саму себя за промедление. Уже давно следовало уйти, а она все топчется у входа.
— А то прилегла бы рядом, — бросил он, глядя на нее и откровенно забавляясь, — я бы подвинулся, мне не сложно.
Сандра хмыкнула, лихорадочно пытаясь подыскать в уме подходящую колкость, и ляпнула первое, что пришло в голову:
— Разве что руки вам пристегнуть наручниками к изголовью — слишком вы любите давать им волю.
Клайген издал сдавленный звук и с величайшим оживлением сел на кровати, глядя на Сандру с веселым недоумением.
— Вот так фантазии у тебя, птичка! Давай-ка с этого места поподробнее: что бы ты сделала, будь я в наручниках, м-м-м?
Сандра покраснела, досадуя на собственную оплошность: он опять извратил ее слова и умудрился придать им совсем не тот смысл, который она в них вкладывала.
— Любишь доминировать? — не унимался он, поднимаясь с кровати и медленно подходя ближе. — Никогда бы не подумал. Знаешь, а я не против попробовать. Хочешь, сгоняю за наручниками? Наверняка в этой дыре они есть. Ну, есть же тут охрана — значит, случаются и буйные постояльцы. Я одолжу ненадолго, до утра… тебе хватит времени развлечься?
Сандра дрожащими руками пыталась вставить проклятый ключ в замочную скважину, но у нее никак не получалось: он то проскакивал мимо, то не хотел продвигаться глубже, пока она не догадалась поменять его положение. И когда она, наконец, вставила ключ и повернула в замке, руку накрыла огромная горячая ладонь Клайгена. Сандра прислонилась лбом к двери и замерла, слушая в наступившей тишине, нарушаемой лишь приглушенным звуком включенного телевизора, сбивчивое мужское дыхание.
— Прошу вас… отойдите, — прошептала она, зажмуриваясь и ожидая чего угодно, — позвольте мне уйти.
— И мне снова станет скучно, — отозвался он глухо, перебирая пальцами свободной руки ее распущенные волосы, — с тобой куда забавнее.
— Уберите руки, — взмолилась она, тяжело дыша и упираясь свободной ладонью в дверь.
— Как скажешь, — он отпустил ее, повернул ключ в замке, закрывая дверь, и повесил его обратно на крючок, — я могу и без рук. С наручниками, правда, было бы пикантней, но…
— Боже… — простонала Сандра, повернувшись спиной к двери и отважившись посмотреть ему в лицо. — Вы можете прикусить язык хоть на минуту?
— Нет, — с готовностью ответил он, приблизившись вплотную, — без рук я мог бы попробовать — это действительно забавно, но… как же без языка? Ощущения уже совсем не те.
— Чего вы добиваетесь? — в который раз спросила она, глядя в его обожженное лицо.
Она готова была заплакать — от унижения, бессилия и постыдной реакции собственного тела на близость этого мужчины.
— Ты знаешь чего, — он прижал ладони к двери по обе стороны от ее головы и склонился над ней, — я тебе уже говорил. Но ты сначала просишь объяснений, а потом просишь заткнуться.
Сандра облизнула внезапно пересохшие губы и потерялась в свинцовом пламени его глаз, вспоминая, как вчера стояла на этом же месте в той же позе, только одежды на ней было меньше.