– В Мире живых такая профессия называется «адвокат», – скромно вставила Рукия.
– Да? – переспросил Укитаке. – Это принято? Тогда стоит дать им возможность поспорить. А мы послушаем.
– Возвращаясь к вопросу, – усмехнулся Кьораку. – Нам известны свойства меча Ито. И они никак не связаны с химией и ядами, как, например, занпакто того же Куроцучи. А кто из здесь присутствующих знает, на что способен занпакто Сайто?
– Капитан Кучики может знать, – предположил Ренджи.
– Откуда?
– Он, вроде бы, что-то выяснял. Но мне ничего не рассказывал. Так что я не уверен.
– Узнай у него, – велел Кьораку. – Кто знает, может именно это и позволит закрыть спор.
– Я так понимаю, что Такаги мы окончательно исключаем, – заметил Укитаке.
– А при чем тут Такаги? – удивился Абарай.
– Вот и я говорю, при чем тут он? – хмыкнул Кьораку, ехидно косясь на Джууширо.
Кучики неожиданно уперся.
– Я знаю свойства меча Сайто, – сказал он. – Но рассказать не могу. Я дал слово.
– Что, даже в такой ситуации? – изумился Ренджи.
– Еще не доказано, что он наш враг. Он может им и не оказаться. Я могу только поручиться, что его занпакто тоже не связан с химией и ядами. Надеюсь, моего свидетельства капитану Кьораку будет достаточно.
Ренджи скис, заранее предвидя, какую получит выволочку за то, что не сумел разговорить капитана. А как вот с ним?!
Кучики сообщил также, что в Руконгае ничего особенного не заметил. Намеревается поэтому прогуляться подальше. Так что Ренджи может не приходить пару дней, вряд ли он вернется так скоро.
– Вот упрямец! – проворчал Кьораку в ответ на сообщение лейтенанта. – Ну да ладно, того, что он сказал, вполне хватит. Теперь у нас и Сайто, и Ито в одинаковом положении. Если они делают это не при помощи занпакто, наверняка не обошлось без помощника.
– И при этом мы еще забываем, – напомнил Укитаке, – что мы рассматривали только капитанов в качестве подозреваемых. А ведь это может оказаться кто угодно.
– Укитаке, отстань! – взвыл Шунсуй. – Давай хотя бы докажем, что эти ни при чем! И так голова не соображает. Тоже, что ли, в Руконгай сбежать на недельку, проветриться?
– Предлагаю такой план действий, – сказала Унохана. – Попробуем поймать его на следующей вакцинации. Я уже запретила всем участникам разработок говорить с кем бы то ни было о том, что происходит в лаборатории. Исане я отдельно предупредила насчет Сайто. Кажется, она поняла, в чем мы его подозреваем, потому что сильно перепугалась. Словом, теперь никто не должен знать подробности исследования. Каждая доза вакцины будет отдельно промаркирована и учтена. Группу медиков, проводящих вакцинацию, сделаю поменьше, всех предупрежу, что за каждую ампулу они головой отвечают. И посмотрим, что выйдет. Тот, кто попытается заполучить образец вакцины, скорее всего, и является нашим врагом.
– Гениально, Унохана-сэмпай! – восхитился Кьораку. – Светлая голова. Стимуляторы?
Бьякуя путешествовал по Руконгаю в скромном кимоно, наброшенном прямо поверх формы. Нет смысла прятаться, все равно опознают. Даже если предположить, что некоторые из руконгайцев носят мечи, у него же на лице написано, что синигами. Форма же намного удобнее, если вдруг случится сражаться, а от кимоно можно быстро избавиться. Впрочем, сражений здесь как будто пока не предвиделось.
Руконгай жил своей обычной жизнью. Бьякуя уже начинал жалеть, что покинул место действия. Все, что его интересует, происходит в Сейрейтее. Здесь же тихо, мирно, и ничего необычного не заметно. Люди, которых он расспрашивал, смотрели с искренним недоумением. А разговоры, которые ему удавалось тайком подслушать, шли о всякой ерунде. Погуляв немного в одном районе, Бьякуя, используя сюнпо, перебрасывался в другой.
Внезапное тревожное ощущение заставило его остановиться. Реяцу? Кучики забрался на какую-то безлюдную окраину. Вряд ли это кто-то из Готэй зашел по старой памяти в гости к своим. Здесь наверняка никто и не живет. Конечно, в Руконгае полно всяких странных типов вроде того же Зараки, но порой в таких вот развалинах прячутся и сбежавшие от суда синигами. Реяцу довольно сильна. Надо бы проверить.
Бьякуя двинулся осторожнее, скрывая реяцу, хотя это наверняка было уже бесполезно. Он только что носился здесь с такой скоростью, что его невозможно было не заметить. Но тот синигами никуда не дергался, оставался на месте. Может, не виноват ни в чем?
Здесь были брошенные, частью развалившиеся здания совершенно нежилого вида. Один из дверных проемов оказался занавешен плотной тканью. Бьякуя резко отдернул занавесь. Синигами, хлопотавший у длинного стола, заставленного разнообразной посудой и непонятными приспособлениями, оказался настолько увлечен своим занятием, что не сразу заметил вошедшего. Кучики и раньше показалось, что эта реяцу ему смутно знакома, а теперь, когда очкарик обернулся, сомнений не осталось вовсе. Это же тот, который с марионеткой!
– Ты! – воскликнули оба одновременно.
Сакамото проворно смахнул со стола какую-то банку, – заклубился белый пар, – а сам сиганул куда-то вглубь помещения. Бьякуя, задержав на всякий случай дыхание, бросился следом. В два прыжка он нагнал беглеца, схватил за шиворот и так приложил об пол, что тот мигом затих.
– Неужели ты думал, что сможешь от меня убежать? – подивился Кучики.
– Ты, – шипел схваченный, – ты же умер!
– А ты и об этом знаешь? Это любопытно. Откуда?
– Тот сказал.
– Кто?
– Тот! – многозначительно повторил Сакамото.
– Кто это?
– Я не знаю, – признался ученый.
Бьякуя поднял пленника за шкирку и швырнул в угол. Так он порой швырял Абарая на тренировках, чтобы разозлить. Но ученый только сжался в комочек и заскулил.
– Имя, – потребовал Кучики. Конечно, имя этого преступника он уже когда-то слышал, но не запомнил.
– Сакамото Коджи, – пискнул тот.
– Так вот, Сакамото, – Бьякуя подступил к нему поближе, – ты можешь сам выбирать свою участь. Или ты отправишься в тюрьму, как тебе и положено, или… – он сделал еще шаг, – умрешь здесь, медленно и мучительно, и тогда, несомненно, унесешь в могилу все свои секреты.
– Я не хочу умирать, – решил Коджи. Он коснулся пальцем переносицы, но очков не нашел: они разлетелись вдребезги еще от удара об пол.
– Тогда рассказывай.
Бьякуя брезгливо поморщился, оглядев пыльный, затоптанный пол, но все же сел, прислонившись спиной к стене, напротив своего пленника. Тот мялся, явно не зная, с чего начать.
– Как ты сбежал из камеры?
– Тот пришел и помог мне, – с готовностью сказал Сакамото. Явно хочет жить.
– О ком ты говоришь?
– Я не знаю его.
Ученый осмелился устроиться поудобнее и принялся рассказывать. Он рассказывал долго, подробно, ничего не утаивая. Выяснилось, что он даже сохранил письма от своего неизвестного респондента, и Бьякуя собрал всю эту переписку и сунул за пазуху. Потом можно будет познакомиться подробнее. Главное становилось ясно уже сейчас. Кьораку не ошибся, предположив цели неизвестного вредителя. Сакамото пришел к тем же выводам, да и Бьякуя теперь склонялся к той же мысли. И он ни на минуту не сомневался, что действует капитан. Кто же еще? Тот, кто хочет стать главнокомандующим, сначала должен быть капитаном.
Но кто из двух? Бьякуя не сомневался, что это кто-то из новеньких. И точно не Такаги. Даже если предположить на мгновение, что он оказался бы настолько изобретателен, Сакамото однозначно назвал важный признак Того: маленький рост. Такаги длинный, да и из старых капитанов всего двое невелики ростом: Сой Фонг и Хицугая. Но подозревать кого-то из них нелепо, Бьякуя не мог такого представить. И все-таки даже этот признак однозначно ни на кого не указывает: Ито и Сайто практически одного роста!
– Пошли, – сказал Кучики своему пленнику. – Не вздумай от меня убегать, будет больно.
– Сам знаю, – буркнул тот.
По пути они проверили, нет ли в условленном месте записки от Того. Бьякуе пришла в голову неплохая мысль, но сначала необходимо было встретиться с Ренджи.