Наташа растерялась. Действительно, никто её не принуждал. Она сама предлагала помощь, сама настаивала на участии в расходах.
— Саша, я не хочу ссориться. Просто давай подумаем, как оптимизировать траты.
— Хорошо, — согласился он, но тон остался прохладным. — Но пойми — я не могу работать продавцом или курьером. Я образованный человек.
В эту ночь они легли спать в напряжённой атмосфере. Наташа лежала и думала о том, как незаметно оказалась в ситуации, когда содержит двух взрослых людей.
А из соседней комнаты доносился тихий разговор Саши с мамой. Наташа не могла разобрать слов, но интонации были встревоженными.
Утром Валентина Николаевна была особенно ласкова с ней.
— Наташенька, как дела? Не болеете? Вы вчера какая-то грустная были.
— Всё нормально.
— Может, на работе проблемы? Сашенька переживает за вас.
— Нет, просто устала немного.
— Понимаю, дорогая. Вы так много работаете, такая ответственная. Мы с Сашенькой вас очень ценим.
Но, несмотря на ласковые слова, Наташа чувствовала — что-то изменилось. Атмосфера в доме стала напряжённее, Саша был менее внимательным, а Валентина Николаевна слишком подчёркнуто добра.
Видимо, её вопросы о деньгах не понравились.
Глава 28. Прозрение
В декабре случилось то, что окончательно открыло Наташе глаза. Она заболела — обычная простуда, но с высокой температурой. Врач прописал постельный режим на неделю.
— Наташенька, — сказала Валентина Николаевна, принося ей чай, — вы лежите, отдыхайте. Мы с Сашенькой обо всём позаботимся.
Первые два дня действительно заботились. Приносили еду, лекарства, укрывали пледом. Но на третий день Наташа почувствовала перемену в атмосфере.
— Саша, — попросила она, — можешь сходить в аптеку? Закончился сироп от кашля.
— Конечно, дорогая. Только денег дай — у меня ни копейки.
— В сумке посмотри, в кошельке должно быть.
Саша взял деньги и ушёл. Вернулся через три часа с маленькой бутылочкой сиропа.
— Где ты так долго был? — спросила Наташа.
— Да встретил друга, поговорили. Извини, что задержался.
На следующий день Наташе стало лучше, и она решила выйти на кухню. У двери остановилась — Валентина Николаевна разговаривала по телефону.
— Да, Лидочка, представляешь какая ситуация. Девочка болеет уже четвёртый день, а зарплата через три дня. Как раз деньги нужны — и за квартиру заплатить, и продукты купить.
— Конечно, понимаю, что нехорошо, но что делать? Мы же не виноваты, что она заболела.
— Нет, работать она не может, температура была тридцать восемь. Врач строго запретил.
— Да уж, не повезло нам. Только привыкли, что доходы стабильные, а тут такая незадача.
Наташа тихо вернулась в комнату. Слова Валентины Николаевны больно ранили. Получается, её воспринимают только как источник дохода? А болезнь — как "незадачу"?
Вечером пришёл Саша. Был странно возбуждён, пах алкоголем.
— Как дела, дорогая? — спросил он, но как-то рассеянно.
— Лучше. А где ты был?
— У друга. Он предлагает мне интересный проект.
— Какой проект?
— Пока секрет. Но если получится, мы заживём совсем по-другому.
— Саша, от тебя пахнет алкоголем.
— Ну и что? Нельзя мужчине выпить с другом? — он раздражённо посмотрел на неё. — Ты же не моя жена, чтобы контролировать каждый мой шаг.
Наташа удивилась его тону. Раньше Саша никогда так с ней не разговаривал.
— Я просто беспокоюсь о тебе.
— Не беспокойся. Лучше беспокойся о работе. Скоро зарплата, а у нас долгов накопилось.
На следующий день Наташа почувствовала себя достаточно хорошо, чтобы вернуться на работу. На кухне она обнаружила счета за коммунальные услуги и список продуктов, написанный рукой Валентины Николаевны.
— Наташенька, — сказала женщина, входя в кухню, — как здоровье? Можете уже работать?
— Да, лучше уже.
— Слава богу. А то у нас тут дела накопились. Вот счета пришли, продукты кончаются. Я список составила, что купить нужно.
Наташа посмотрела на список. Там были не только продукты первой необходимости, но и деликатесы — красная рыба, дорогие сыры, хорошее вино.
— Валентина Николаевна, может, пока я болела, обойдёмся более простыми продуктами?
— Наташенька, что вы говорите! — удивилась женщина. — Сашенька так переживал из-за вашей болезни, совсем аппетит потерял. Нужно его порадовать вкусным ужином.
— Но ведь это дорого...
— Дорогая моя, — голос Валентины Николаевны стал холоднее, — мы же не просим вас покупать нам золото и бриллианты. Нормальные продукты для семьи.