Влад принадлежал тому времени, когда она ещё верила в сказки. Теперь сказки остались в прошлом.
Но почему-то от встречи с ним стало немного теплее на душе. Не потому что появились надежды на возобновление отношений. А потому что в мире есть человек, который помнит её молодой и счастливой. И это тоже было важно.
Может быть, дружба с Владом поможет ей не забыть совсем ту девушку, которой она когда-то была. Даже если никогда больше не станет такой же.
Глава 51. Осторожное сближение
Влад позвонил через неделю.
— Привет, Наташа. Как дела на работе?
— Привет. Да, всё нормально. Проект медицинской логистики оказался интересным.
— Рад слышать. А... как вообще дела? Не скучаешь по Екатеринбургу?
— Нет, не скучаю. Там слишком много воспоминаний.
Разговор был коротким, вежливым. Влад не давил, не пытался выяснить подробности её жизни. Просто интересовался, всё ли в порядке.
Через две недели он позвонил снова.
— Наташа, у нас в офисе новогодний корпоратив. Не хочешь присоединиться? Просто как старый друг.
— Спасибо, но у меня тоже корпоратив в компании.
— Понятно. А как празднуешь Новый год? С коллегами?
— Дома. Одна. Мне так спокойнее.
— Наташа, а это нормально? В твоём возрасте встречать Новый год в одиночестве?
— Влад, я большая девочка, и я имею право встречать праздники так, как хочу.
— Прости. Не хотел читать нотации.
После этого разговора Наташа задумалась. Действительно ли она выбрала одиночество, или просто боялась снова кого-то впустить в свою жизнь?
Новый год она встретила дома с бокалом вина и любимой книгой. Когда часы пробили полночь, подняла бокал и произнесла:
— За доченьку. Где бы ты ни была, мама тебя любит.
Это был её личный ритуал, который никто не должен был видеть.
В январе звонки Влада стали регулярными. Раз в неделю, всегда коротко, всегда тактично. Он рассказывал о работе, интересовался её делами, иногда предлагал встретиться.
— У меня два билета в Мариинский театр, — сказал он как-то. — Не составишь компанию? Идёт "Лебединое озеро".
— Влад, я же говорила — никаких попыток возродить прошлое.
— Это не попытка возродить прошлое. Это предложение провести вечер в театре. Как друзья.
Наташа колебалась. С одной стороны, в театре она не была уже два года. С другой — любое общение с Владом могло привести к осложнениям.
— Хорошо, — согласилась она наконец. — Но только как друзья.
— Только как друзья, — пообещал он.
В театре они сидели рядом, но между ними была невидимая стена. Наташа смотрела балет и думала о том, как раньше такие вечера наполняли её восторгом. Теперь она воспринимала красоту отстранённо, как что-то, что происходит с другими людьми.
— Понравилось? — спросил Влад, когда они вышли из театра.
— Красиво. Профессионально.
— Но не трогает?
— Мне сложно... эмоционально включаться в происходящее. После всего, что было.
— Понимаю. А раньше ты любила театр.
— Раньше я была другой.
Влад проводил её до дома, но не предложил подняться. Понимал границы, которые она выстроила.
— Спасибо за вечер, — сказала Наташа.
— Спасибо, что согласилась. Может быть, как-нибудь ещё...
— Посмотрим.
В феврале Влад предложил просто прогуляться по городу в выходные.
— Снег выпал, Питер красивый. Просто пройдёмся, поговорим.
— О чём говорить?
— О жизни. О работе. О чём угодно.
Они гуляли по Дворцовой площади, заходили в кафе погреться, говорили о пустяках. Наташа заметила, что рядом с Владом чувствует себя спокойнее. Не счастливее — но спокойнее.
— Наташа, — сказал он, когда они сидели в кафе, — можно задать личный вопрос?
— Смотря какой.
— Ты планируешь всю жизнь прожить одна?
— Не планирую. Просто не вижу альтернативы.
— А почему? Ты красивая, умная женщина. Найдётся тот, кто...
— Влад, — перебила его Наташа, — я потеряла ребёнка. Понимаешь? У меня внутри что-то сломалось. Я не могу любить так, как раньше.
— А как ты любила раньше?
— Всем сердцем. Без оглядки. С готовностью отдать всё за любимого человека. — Она помолчала. — Сейчас я так не умею. И не хочу учиться заново.
— А что если... что если рядом будет человек, который не потребует от тебя всего сердца? Который будет рад тому, что ты можешь дать?
— Таких людей не бывает. Все хотят быть главными, единственными, самыми любимыми.
— Не все, — тихо сказал Влад.