— Знаю…
Шли некоторое время молча. Уже подходили к лагерю, оставив позади сторожевые посты, которые нас совсем не побеспокоили.
— Чего грустишь?
Чувствовал, что супруга беспокоится.
— Догадайся, — видел лишь её профиль, но успел заметить на лице промелькнувшую озорную улыбку.
— Горислав? — тоже улыбнулся.
— Конечно, — выдала она протянутыми звуками, — это ты привык где-то пропадать по полгода, не зная что происходит с женой и сыном, а я скучаю.
— Он под присмотром, а мы даже дня не отсутствуем.
— Вот именно! Привыкнет к Ангелине вместо мамы. Что я потом буду делать?
Такой вероятности быть не могло, но молодую мать моего маленького сына это не интересовало. Это были опасения, навеянные тревогой.
— И опять же… — вновь не самым довольным голосом начала она говорить, но замолчала.
Я понял, что она подразумевала. Что один известным нам обоим мужчина предпочитает нахождению с семьёй постоянные походы. И это было отчасти правдой. Мне нравилось бывать с семьёй, но длительное время такая неспешная жизнь заставила бы меня скучать.
Чтобы ободрить супругу, прижал к себе покрепче прямо на ходу. Отбиваться она не стала, только приноровилась к моему шагу, чтобы идти было удобнее.
Таким немного сложным, но приятным способом передвижения добрались до очередного временного княжеского жилища. Практически копия шатра князя Нерявы только с гербами Чилуши.
Нас и здесь пропустили внутрь без проволочек.
— О, вот и вторая часть твоей семьи явилась! — встретил нас басовитый голос Властителя Чилуши, — муж твой с любимой, ха-ха, дочерью не решил явиться. А сын не постеснялся захватить кроме своей жены ещё и мою. Крепкая вышла бы семейка, если бы только не потерял Мирослав по пути сюда Белану свет-Златомировну. Ай!
Последнее вернувшийся к человеческому виду оборотень прошипел из-за резкого отсеченного куска плоти со спины. Лежал князь животом к низу на широкой кровати. Судя по многочисленным ожогам и синякам, прошёл для него бой не легко.
Около его бока на коленях, видимо, чтобы сподручнее было работать, сидела Живина Светозаровна, моя мама. Была она сконцентрирована на лечении. К нам даже не обернулась, но, судя по резкому движению острым искривлённым ножом, за происходящим она следила.
— Так что, чем обрадуете? Решил Владетель Нерявы забрать назад дочь и оставить жену? Не самый плохой выйдет расклад.
— Меньше бы тебе, Хватович, трепать языком, а больше думать головой, — решила высказаться мать, — а уж злить меня вообще не стоит!
— Хех, — довольно проговорил лежащий мужчина, — вот что значит настоящая баба! А не… Да всё, молчу.
— Сейчас закончу, — подвела итог речи князя родительница.
Со всеми физическими процедурами она, видимо, закончила. Настал момент обратиться к Силе, которая буквально на глазах начала затягивать как внешние, так и внутренние раны. Последние я наблюдал в восприятии энергий.
— Вот и всё!
Мама встала, вытерла руки и пошла мне навстречу.
— Рада вас видеть, дети мои!
Мы обнялись, Агнес теплоты досталось даже больше. От этого супруга слегка засмущалась.
— Как там мой внук? Озорничает?
— Постоянно, — довольно ответила моя половинка.
— Хорошо, потом обязательно мне всё расскажешь, Агнес. Сейчас нужно обсудить дела насущные.
— Твоя правда, — согласился с мамой, — хотелось бы понять, что за кашу вы заварили и по какой причине.
Родная мне женщина, ставшая камнем преткновения двух княжеств, отошла от нас и села на широкий стул, сделанный явно с учётом могучего сложения проживающего здесь хозяина.
— Ты, сынок, хочешь узнать, что привело к подобному стечению обстоятельств? Можно же было быть рассудительной и не делать из нашей с Серявом связи всем известную новость.
— Меня вообще удивляет, как у вас вышло сблизиться, — вставил своё замечание, особо не подумав.
— Этот вопрос давай оставим для личной беседы, — посмотрела на меня с осуждением Живина Светозаровна, — а вот как случился этот конфликт…
Она вздохнула.
— Надоело. Просто надоело!
Начало удивило.
— С твоим отцом, Мирослав, мне повезло. Выдавали замуж нас по сговору, как могло бы произойти у тебя и Матрофины. Только знакомы мы не были, и никакой взаимной симпатии в начале нашей совместной жизни не имели. Но дело было молодое, интересно нам оказалось узнавать друг друга, хотя ссоры часто бывали такие, что на весь наш малый город было слышно…