Снаряд неслышно растаял в воздухе.
Он подумал о том, что сегодня не видел женщину с узкими и печальными глазами, мягкими и длинными пальцами.
По сияющему жёлтому с синим ореолу снаряда он понял, что внешняя температура была сверхвысокой. И через мгновение он уже покачивался на солнечной орбите слабым маленьким красным ветерком. Большие приборы Земли зафиксировали на Жёлтой звезде новое танцующее чёрное пятнышко.
…На главной аллее главного города Земли стоит из сверкающего полита высокая, уходящая в небо стела, на утончённом конце которой – он с поднятой головой и прижатыми к телу крыльями. Люди любили и помнили своих героев.
Солнце выкатилось над Землёй и жгло невыносимо.
Договор
–Тело твоего сына, женщина, должно исчезнуть, я не хочу волнений в Иудее. Но я могу отдать его тебе для перезахоронения в потайном месте, если ты расскажешь людям о его, допустим, вознесении.
–Я сделаю это.
Весь вечер того же дня Мария сидела у невысокого холма за восточными воротами Иерусалима. А утром наступившего дня снова пришла на то место, однако ни холма, ни скудной травы там уже не было. На белом камне сидел человек в белой одежде и улыбался:
–Мы забрали твоего сына, Мария.
Не люди
Олигархи говорили стране:
–Мы всё воруем и воруем, почему ты такая неистощимая?
–Я непорочная, – отвечала она.
И они лишили мою страну девственности.
Цветок
Корректор принёс в редакцию небольшой цветок в горшке. Он сказал, что его надо держать в кабинете, пока тот не начнёт желтеть. И тогда горшок надо перенести в другой кабинет.
У Главного Редактора растение пожелтело, не дожидаясь перерыва на обед. Впрочем, цветок везде терял форму уже в течение недели. Только в кабинете Редактора отдела сельского хозяйства, работающего за полставки, он продержался целый месяц.
Наконец, горшок с цветком вернули Корректору. "Я тебя больше никому не отдам", – заверил его тот.
И цветок пожелтел.
На закате дня
День пережит и, слава Богу.
Фёдор Тютчев
Когда он очнулся, ни певчих, ни речевиков уже не было.
Солнце накатывалось на дальний крест.
Тогда он задул свечу и полез в свой гроб.
Люди и яблоки
Ева сидела на ветке яблони. На другой грелся Змей. Разговаривали.
–Адам так застенчив, как тень нашего сада. Всё молчит.
–Разбуди в нём мужчину, – лениво зевнул Змей.
–Помоги, старик.
–Возьми это яблоко, надкуси и дай Адаму. Он станет первым мужчиной, а ты первой женщиной.
–А ты кто?
–Я ангел, падший. Гей с крыльями. Я могу только соблазнять.
Во фруктовом ряду Центрального рынка. Яблоки покупают одни женщины. За продавцов, в основном, хачики. Змеи-искусители.
–Э, купи, красавица, муж попробует – не оторвёшь…
Лето. Тепло. Солнце ласково светит. Земля медленно вращает сады, города, человеков.
И продолжал быть
А когда остался один, самый главный Бог, у которого люди уже не могли ничему научиться, они забыли первых богов.
Человек умел охотиться, добывать огонь и варить пищу, возделывать урожай хлеба и винограда, научился разделять и властвовать, воевать, ненавидеть и любить. Зачем нужен ему верховный Бог с его заповедями?
Человек знал, что он ничего не знал, человек знал, что не найдёт истины и смысла жизни и бытия. И он брал у жизни всё то, что она давала ему. И вспоминал Бога тогда, когда ему было очень уж плохо. Тем более что Господь вообще удалился от него, может быть, даже умер.
Человек начал искать себя, изначального, давным-давно потерянного, искать в себе хорошее и плохое, не различать, а сопоставляя, сливать их в одно неразличимое чувство, которому позволено не оправдывать, но правильно понимать мир.
И тогда человек сказал: «Буду как боги». И продолжал быть.
Жёлтая страна
Сначала туда отвезли сбрендившего поэта.
Затем в палате разместили весь хор имени Караокововердиева, занявший I место на городском фестивале музыки и гопака.