Даймонд вышел из кухни к середине завтрака, к счастью ничего не сказав о теле, с которым ему пришлось иметь дело ранним утром. Я слушала, как они с Казом обсуждали растущую угрозу Инсидионов Молохая — те продвигались все дальше на север. Деревни, когда-то служившие убежищем, уничтожались, а войска Элиаса, несмотря на подготовку, еле поспевали.
Что-то тянуло Молохая дальше на север, чем он заходил раньше. Очевидный ответ — я, но они уверяли, что Молохай все еще не знает о моем существовании.
— Но если они так близко, не стоит ли нам идти в Пещеры? — меня подташнивало, и кровь отлила от лица. — Я не знаю, готова ли я или хочу… — я замолчала и втянула воздух. Мое желание не имеет значения, когда люди в опасности. — Но если им нужна я, если нужны мы, почему мы медлим? Разве не лучше настаивать на том, чтобы Симеон встретил нас там вместо Бриннеи?
Каз заговорил первым.
— Симеон отдал приказ Смиту доставить тебя в Бриннею. Он хочет встретиться с дочерью, поговорить с тобой, узнать о твоих силах, прежде чем вы отправитесь в те пещеры. Бриннея безопасна, — Каз повернулся к Гэвину, — но…
— Нет никаких «но», — холодно произнес он, уставившись на пустую тарелку перед собой. Рядом с ней его огромные, покрытые шрамами пальцы нервно стучали по толстой дубовой поверхности. — У нас есть время. Мы поедем в Бриннею.
Часть меня тревожилась, но большая часть испытывала облегчение, и я не возразила, даже когда Даймонд поморщился от твердости двоюродного брата.
Сознавая собственную бесполезность без тренировки и практики, я первая встала из-за стола, вышла наружу и пустилась в бег под темный навес безлистных деревьев на северной стороне трактира, прочь от города. Постоянная ходьба и бег в пути, вместе с таким необходимым вчерашним отдыхом в честь дня рождения, сделали меня куда более выносливой, чем я ожидала, но все же, когда я закончила разминку вместе с Гэвином и Казом, я нахмурилась. Они оба дышали легко. Казалось, они и вовсе не устали.
Нужно больше. Мне нужно бегать больше, тренироваться больше. Насколько бы я ни стала сильнее, этого все равно было недостаточно.
Каз и я боролись как минимум час, пока Гэвин наблюдал за нами у клена, скрестив мускулистые руки на широкой груди.
— Убил, — Каз удерживал руку у моего горла вместо клинка, которым, будь он на месте, мог бы отнять мою жизнь.
Я простонала. Сколько раз он меня «убивал» — счет перешел за двузначное число. Каз высокий, проворный, сильный и натренированный. Нельзя сказать, что он сильнее по сравнению с Гэвином, но это было слишком жестокое сравнение для любого.
Я рванула, Каз уклонился. Мы повторяли этот танец еще полчаса, пока нас не прервал командный оклик моего имени.
— Что? — рявкнула я.
Гэвин загнул палец и мирно поманил меня к себе. Листья хрустели под моими сапогами, когда я подошла с руками, упертыми в бедра.
Он усмехнулся мне сверху вниз.
— Соберись.
Побежденная, я пожала плечами.
— Я не могу его победить.
Гэвин нахмурился.
— Неправильное отношение, Элла. Ты делаешь все, как я учил, но отстаешь от него всего на секунду.
— Потому что я недостаточно быстрая и сильная.
Еще одно хмурое движение, но отрицать он не стал. Я была права, и он это знал.
Он молча изучал мое лицо. К этому моменту он делал это так часто, что я уже меньше смущалась его пристального взгляда и больше скучала в ожидании вывода, который он выносил в своей загадочной голове. Может, однажды он расскажет, что у него на уме, но…
— Ударь его в горло.
— Что? — я опустила сложенные руки вдоль тела. — Нет.
— Да, — твердо ответил он. — Заходи с наскока. Посмотри, сможет ли он это парировать.
Это был жесткий прием, явно не тот, что применяют к другу на тренировке. Мы обычно отрабатывали только движения — без реальных ударов.
— Это нечестный бой.
— Я не учу тебя драться честно. Я учу тебя выживать.
Я покачала головой.
— Я не хочу его ранить.
— Не ранишь, — Гэвин приподнял бровь. — Если твой жених хоть чему-то его научил.
Я закатила глаза и вернулась к Казу. Его ореховые глаза насмешливо блеснули, и он откинул со лба прядь черных волос.
— Ну что, поделился с тобой ворчливой мудростью?
Я старалась быть расплывчатой:
— Он хочет, чтобы я была… жестче.
Каз рассмеялся, поманив меня рукой.
— Тогда не стесняйся, Ваше Величество, покажи, на что способна.
Что ж, разрешение получено.
Я снова пошла в атаку. Каз увернулся, и я, опустив руки, изобразила поражение. Он фыркнул, покачал головой… и на миг отвлекся.