— Вся прелесть общения с вами, Воробей, заключается в том, что никогда не знаешь, что вы скажете в следующую минуту… Правда, быстро начинаешь понимать, что надеяться надо только на худшее!
К счастью, ночью мороз не ударил. Перед тем, как спуститься на завтрак, Феба заглянула к Тому и узнала, что мимо «Голубого вепря» проехало немало экипажей, причем некоторые из них явно двигались с востока. Эти радостные известия чуть позже были подтверждены миссис Скейлинг, которая, правда, выразила сомнения относительно того, откуда эти экипажи: из Лондона или только из Ньюбери. Хозяйка постоялого двора считала, что весьма неосмотрительно отправляться в такое опасное путешествие, пока снег окончательно не сойдет с дорог, и в качестве примера рассказала Фебе кошмарную историю о трех пассажирах почтовой кареты, замерзших насмерть примерно в такую же погоду. В этот момент в столовую вошел Сильвестр и положил конец страшному рассказу. Он остроумно заметил, что никто и не предлагает мисс Марлоу ехать в Лондон на крыше почтовой кареты. Так что смерть от холода ей не грозит. Миссис Скейлинг была вынуждена согласиться с этим доводом, но предупредила его светлость, что между Ньюбери и Ридингом находится карьер, где добывают гравий, который очень трудно заметить, когда он засыпан снегом.
— Его, наверное, так же трудно заметить, как кофейник, который пока невидим, — насмешливо сказал Сильвестр. — Мне очень хочется поскорее его увидеть, если вы не возражаете!
Эти слова произвели на миссис Скейлинг такое сильное впечатление, что она стремглав помчалась на кухню.
— По-вашему, мы и в самом деле можем заехать в гравийный карьер, сэр? — поинтересовалась Феба.
— Нет.
— Надо заметить, мне это тоже кажется невероятным, но миссис Скейлинг, похоже, думает…
— Миссис Скейлинг думает, что чем дольше она задержит нас в «Голубом вепре», тем будет лучше для нее, — прервал Фебу Сильвестр.
— Я бы попросила вас не разговаривать со мной таким тоном! — рассердилась Феба Марлоу. — Не стоит злиться только потому, что вам пришлось проснуться на несколько часов раньше, чем обычно!
— Прошу прощения, мэм, — холодно извинился герцог Салфорд.
— Ничего страшного, — заверила его Феба и тепло улыбнулась. — У меня такое впечатление, что у вас всегда неважное настроение перед завтраком. Впрочем, так бывает у многих, и они ничего не могут с этим поделать, как ни стараются. Правда, я вовсе не хочу сказать, что вы к этому стремитесь, потому что считаете себя вправе находиться в любом настроении, в каком захотите.
Появление Алисы заставило герцога Салфорда проглотить гневный ответ, который уже был готов сорваться с его губ. А к тому времени, когда дочь владелицы «Голубого вепря» покинула комнату, он понял (со значительно меньшим изумлением, чем воспринимал это неделю назад), что мисс Марлоу намеренно старается его разозлить, и просто ответил:
— Пусть я и считаю себя вправе находиться в любом настроении, но вы должны согласиться, мэм, что сейчас дело обстоит совсем иначе. Я встал в такую невообразимую рань только из-за вас, но в конце концов могу передумать и не ехать в Ньюбери.
— О, значит, вдобавок ко всему вы еще и капризны? — язвительно осведомилась Феба Марлоу и невинно посмотрела в лицо собеседнику.
— Вдобавок к чему? — вспылил Сильвестр, но, увидев, как ее губы раскрылись, торопливо добавил: — Нет, не отвечайте! Пожалуй, я и сам могу догадаться без особого риска ошибиться.
Феба рассмеялась и начала разливать кофе.
— Не произнесу больше ни слова до тех пор, пока у вас не улучшится настроение, — торжественно пообещала она.
Хотя Сильвестра так и подмывало ответить мисс Марлоу в том же духе, немного поразмыслив, он решил сохранять спокойствие. После обещания Фебы в комнате воцарилась тишина. Спустя несколько минут герцог поднял глаза от тарелки и обнаружил, что мисс Марлоу смотрит на него, как птичка, которая надеется получить крошки. Сильвестр расхохотался и воскликнул:
— Ах вы… Воробей! Вы просто невыносимая девушка!
— Да, боюсь, вы правы, — с очень серьезным видом согласилась Феба Марлоу. — Похоже, я так никогда и не научусь быть сдержанной.
— А может, вы даже не прилагаете к этому усилий! — добродушно пошутил герцог Салфорд.
— Да нет, я стараюсь, — заверила Феба собеседника. — Просто когда я нахожусь с такими людьми, как вы и Том… Я хочу сказать…
— Совершенно верно! — прервал ее Сильвестр. — Когда вы находитесь в обществе людей, чье мнение вас не волнует, то позволяете своему языку болтать что угодно?