– А толку? – воскликнул Бруно. – Отмывается долго-долго, а потом опять забывает про гигиену. И опять начинает засаливаться.
За разговором он как-то незаметно оторвался от прополки.
– Знаете, Бруно, – сказал я. – Делу – время, потехе – час.
Молодой человек подпрыгнул от восторга:
– Ну и ну! Как вы это клево придумали!
Он вернулся к прополке, на все лады повторяя столь поразивший его афоризм, и не присел, пока не закончил работу.
Глава 15
Сладкая месть
Потом мы несколько минут молчали. Не отрываясь от архитектуры, то есть от сортировки камешков, я с интересом наблюдал, как Бруно занимается флористикой. Надо признать: его действия не лишены были оригинальности. Он измерял каждую клумбу, словно опасаясь, что от прополки она сожмется.
– Скажите, – вдруг спросил он полушепотом, – вам нравятся феи?
– Конечно, – ответил я. – Иначе я бы сюда не попал. Я бы поехал туда, где никакие феи не водятся.
Бруно снисходительно рассмеялся:
– С тем же успехом вы могли бы уехать туда, где нет никакой атомосферы, которая есть везде. (Затрудняюсь сказать, что он имел в виду: воздух или атомы.)
Я попробовал перевести разговор в иное русло:
– Между прочим, я видел фей, кроме вас, хотя и не так уж много. А вы видели других людей или только меня?
– Уйму людей! – ответил Бруно. – Их зовут «легионы». Мы видим их всю дорогу.
– Какую дорогу? – не понял я, представив себе марширующих по дороге римских легионеров.
– Никакую, – ответил Бруно. – Это мы так выражаемся.
– Но почему люди вас не видят? И не наступают на вас.
– Не наступают! – возмутился Бруно. – Еще чево! Смотрите, – он сделал на земле две отметки. – Допустим, вот здесь находитесь вы, а здесь – фея. Вы поднимаете ногу и ставите ее сюда, а другую – сюда. И как, скажите на милость, вы можете наступить на фею!
Возможно, я был очень глуп, однако не понял, почему я не могу поставить на фею какую-нибудь из своих ног. Я честно признался в этом.
– Ну, я не знаю, как вам еще объяснять, – сказал Бруно. – Только я уверен, что вы бы не наступили, потому что вы любите фей. Хотя никто еще не ходил у них по головам. А знаете, что я буду делать сегодня вечером? – вдруг спросил он безо всякого перехода. – Пойду на королевский бал. Хотите со мной? Я могу замолвить за вас слово метрдотелю.
Я засмеялся:
– А что, гостей приглашают официанты?
– Нет, – сказал юный фей. – Но метрдотель может поставить вас за столом. Вы не против?
Я был уязвлен до глубины души:
– Конечно, стоять за столом в высшей степени заманчиво. Но сидеть за столом как-то удобнее, вы не находите?
– Оно так, – согласился Бруно, явно сожалея, что я такой недогадливый. – Только, раз вы не Герцог, вам садиться за стол низзя.
Я ответил, как можно вежливее, что не ожидал такой чести, но если нет другого пути на бал, – а мне действительно хотелось туда попасть, – ничего не поделаешь… Бруно покачал головой и несколько обиженным тоном сказал:
– Делайте, чево хотите… Найдутся и другие охотники.
Меня осенило:
– А вы, Бруно, тоже?..
Он ответил серьезно:
– А чево особенного? Они пригласили меня один раз, на прошлой неделе. Им нужен был мальчик. Надо было вымыть глубокие тарелки – это вам не какие-нибудь подносы, хотя они тоже большие и тяжелые. Я прислуживал за столом. И чуть не сделал ошибку. Правда, всего одну, – с гордостью уточнил он.
– И какую же? – спросил я. – Ничего не скрывайте.
– Я пытался резать мясо ножницами, – ответил он. – Зато мне доверили подать Королю бокал сидра.
– О, это большое доверие, – сказал я, сдерживая улыбку.
– Еще какое! – подхватил он. – Не каждому выпадет такая честь.
Это навело меня на размышление о том, как много вещей в этом мире мы называем словом «честь», а между тем чести в них не больше, чем в бокале сидра, поднесенном Королю.
Не знаю, как далеко простерлись бы мои рассуждения, но Бруно оторвал меня от них:
– Идите сюда скорее! – крикнул он. – Хватайте ее за другой рог! Я не могу удержать ее больше минуты!
Бруно отчаянно боролся с огромной улиткой. Он ухватил ее за один из рожков, а она волочила его по траве с листьями, острыми, как кинжалы.
Понимая, что наше озеленение и так слишком затягивается, я убрал улитку от греха подальше.
– Охотиться будем потом, Бруно, – сказал я. – Вспомните: делу – время, потехе – час.
Но Бруно уже охладел к этому девизу.
– Подумаешь, потеха! – проворчал он. – Охота на улиток. Большие развлекаются охотой на лис, а маленьким – даже на улиток нельзя.