– Нет, Бруно их не любит, – откликнулся тихий голосок. – Бруно их еще как не любит. Но и не боится. Просто они такие скользкие!
Боюсь, что я бессилен описать умилительную картину, открывшуюся моим глазам: на коврике лишайника сидела Сильви, опираясь на локоть, а в ногах у нее пристроился Бруно, положив голову ей на колени.
– Простите, – удивился я. – Вы говорите: скользкие?
Трудно представить, что кому-то захотелось изучать змей на ощупь, – тем более детям. Хотя от этих детишек можно было ожидать многого.
– Я имею в виду, – небрежно пояснил Бруно, – что они ускользают, потому что они извилистые. А мне больше нравятся прямые животные, то есть такие, которые не ускользают.
– Ты сам не знаешь, чего хочешь, Бруно, – возразила Сильви. – Ты ведь любишь собак, а собака виляет хвостом, поэтому отчасти она тоже извилистая.
– Ну и что, что отчасти! – заявил Бруно. – Зато в большей части она прямая. Хотя зачем ее делить? Вот вы, сэр, хотели бы иметь не собаку, а только ее части?
Я признал, что иметь части собаки было бы не очень привлекательно.
– Но таких собак и не бывает, – заметила Сильви. – Это невозможно.
– А вот и возможно! – воскликнул Бруно. – Старый Профессор мог бы запросто расчленить собаку. Он и меня пытался.
– Расчленить?! – ужаснулся я. – Как же он это делает?
– Математически, – объяснила Сильви. – Он изображает предмет в виде схемы, а потом выделяет в ней составные части.
– А-а! – ответил я, то ли успокоенный, то ли слегка разочарованный.
– Это что! – продолжала Сильви. – А просто Профессор изобрел Вечный Двигатель – и теперь сдвигает размеры любых предметов.
– У! – в восторге закричал Бруно. – Это такая штуковина! Это черный ящик. Вы засовываете туда все, чево хотите, поворачиваете ручку, и потом вынимаете ту же вещь, только во много разов меньше.
– Любую вещь в миниатюре, – выразилась Сильви более изысканно.
– Почему он называется Двигателем, понятно, – сказал я. – Но почему Вечным?
– Так он вечный! – ответила Сильви. – Потому что рассчитан на сто лет.
Бруно продолжал:
– Однажды мы были в Закордоне – скажи, Сильви. (Она не успела ничего подтвердить, как Бруно продолжил рассказ). Профессор там нашел здоровенного крокодила и сдвинул его размеры для нас, и мы забрали его с собой в Фейляндию. Получился такой забавный крокодильчик, совсем крохотный. Причем его туловище сократилось вдвое больше, чем голова. Но бедняге было не очень весело. Он все время оглядывался и спрашивал: «А где всё остальное?». И глаза у него были грустные.
– Не глаза, – поправила Сильви, – а глаз.
– Конечно! – подтвердил Бруно. – Только один глаз. Потому что другой мог видеть, что стало с туловищем. Но глаз, который мог это видеть…
– Простите, – прервал я, потому что история становилась сложной для понимания, – насколько же сдвинулся этот ваш крокодил?
– Половину от половины себя самого, когда мы его поймали и сдвинули, – ответил Бруно.
Он даже попробовал что-то показать руками, не надеясь на мою сообразительность. Но я все равно не понял. Может быть, вы, дорогие дети, читающие эту книгу, объясните мне.
– Но вы не оставили беднягу в таком виде? – спросил я.
– Конечно, нет! – воскликнул Бруно. – Мы его потом увеличили. Во сколько раз, Сильви?
– В два с половиной раза, – ответила она. – Плюс еще какие-то дроби.
– Надеюсь, он почувствовал себя комфортнее, – осторожно предположил я.
– Гораздо комфортабельнее! – согласился Бруно. – Вы бы видели, как он любовался своим новым хвостом. Теперь он мог бы не только ползать на брюхе, но ходить на хвосте и даже на спине.
– Ну, ты не можешь этого знать! – сказала Сильви. – Такого не бывает!
– А вот и бывает! – крикнул Бруно. – Я сам видел. Он полз на брюхе и на спине, а еще ходил на лапах, помогая себе хвостом. При этом он вел себя, как лунатик во сне. А еще крокодилу можно было бы встать на голову и ходить.
Час от часу не легче! Дорогие дети, читающие эту книгу, вы можете себе такое представить?
– Никогда! – закричала Сильви. – Никогда, ни при каких обстоятельствах ни один крокодил на свете не мог бы стать на голову и ходить!
Одного отрицания Сильви оказалось мало.
– Да не крокодил, – с досадой отмахнулся Бруно, – а крокодилу можно было бы встать на голову и пройтись по ней и даже скатиться вниз по его носу. Вот так.
– Но почему бы не заменить крокодила конем? – спросил я и поспешно добавил: – Я имею в виду снаряд.