– Что ты слышал, противный мальчишка? – спросила его сестра.
– Не знаю, – сказал Бруно. – В воздухе был какой-то гуд. Я даже закрыл глаза, чтобы лучше слышать.
– Хорошо, – смиренно согласилась Сильви. – Предположим, был какой-то гуд, и ты даже закрыл глаза. Но тогда тем более ты не должен спать на ходу. Впрочем, ты всегда это делаешь.
– А вот и нет! – завопил Бруно. – Я не всегда сплю на ходу. И не всегда сплю, когда закрываю глаза. Наоборот, когда у меня закрыты глаза, тогда я и бодрюсь… со сном.
– Ладно, ладно, убедил. Допустим, ты бодрствовал и учил уроки. И что же ты усвоил?
Я испугался, что он опять схватится за голову и начнет ее давить, но он скромно ответил:
– Так, одну мелочь: я не могу учиться дальше.
– О Бруно! – воскликнула она. – Если хочешь, значит, можешь.
– Конечно, могу, если хочу, – согласился находчивый ученик. – А если не хочу, то не могу. А я-то как раз не хочу, значит...
Он предложил ей самой закончить этот силлогизм. Но вся прелесть в том, что Сильви следовала какой-то своей, особой логике. А еще она умела незаметно повернуть разговор в другую сторону.
– Хорошо, тогда я скажу тебе одну вещь.
Но уловка, похоже, не прошла.
– Думаешь, ты одна такая хитрая? – спросил Бруно. – Вы знаете, мистер-сэр, чево она хочет? Когда она говорит: «Я скажу тебе одну вещь», это значит, что она скажет-таки аж две вещи. Она всегда так делает! – закончил он с восторгом перед изобретательностью сестры.
– Это не страшно, Бруно, – попытался я успокоить его. – Два почти наверняка лучше, чем один. Например, ум хорошо, а два лучше.
Он с недоумением воззрился на меня: абстрактное мышление у него было явно не слишком развито. Я попытался объяснить:
– Ну, две головы лучше, чем одна.
О, зачем я это сказал!
– Я знаю, – кивнул Бруно. – Я читал про таких зверей или птиц, не помню, у которых было две головы. Это здорово! Одной головой я буду есть, а другой – ругаться с Сильви. Как вы думаете, мистер-сэр, это будет красиво?
Я ответил, что, наверное, не очень красиво, причем во всех смыслах.
– Что делать! – вздохнул Бруно. – Сильви такая противная!
Сильви просто онемела от этого замечания.
– Не лучше ли было бы сообщить мне об этом один на один после уроков? – упрекнул я его.
– Отлично! – согласился Бруно. – Покончу с уроками и скажу вам это еще раз, ежели вы так хочете.
– Но не забывайте, – сказала Сильви. – Осталось три урока: Чистописание, География и Пение.
– А как же Арифметика? – поинтересовался я.
– Для Арифметики, – отчеканила Сильви, – у него нет головы на плечах. Ни одной.
Как ни странно, молодой человек не стал возражать:
– Конечно, нет. У меня голова на плечах для волос, а если бы я имел еще и другую – так она была бы для Арифметики.
– … поэтому он не знает даже сложения.
– Сама учи свое Солжение, – заявил Бруно. – А я этого не люблю.
– А придется, – решительно сказала Сильви.
– Ничего подобного, – сказал Бруно. – Профессор мне запретил врать! Я всегда говорю сущую правду.
Сильви начертала что-то на земле и спросила Бруно:
– Прочти эту волшебную фразу.
– В каком направлении читать? – уточнил Бруно.
– Не имеет значения, – ответила Сильви. – Так что же здесь написано?
Бруно вгляделся в таинственные письмена радостно и воскликнул:
– А ведь правда, все равно, как это читать: КУКСИ КУМ МУК И СКУК!
– Значит, ты это заметил! – констатировала Сильви. – Я прочитала это у одного поэта из будущего <10 > .
– Да! – с гордостью согласился Бруно. – Я так вертел глазами, так вертел! Но разглядел. А теперь я могу спеть песню зимородка?
– Нет, – строго ответила Сильви. – Сначала География. Ты же знаешь – всё нужно делать по правилам.
– Ну, вряд ли нужно держаться всяких глупых правил… – усомнился Бруно.
– Отнюдь не глупых, скверный мальчишка! – отрезала Сильви (как потом выяснилось, она-то и ввела эти правила). – Не говори о том, чего не понимаешь! И держи рот на замке!
Бруно довольно долго соображал, как ему выполнить последнее распоряжение, но потом нашел выход:
– У меня нет замка, но вот…
Он предпочел не объяснять, а проиллюстрировать свое намерение и приложился к щеке сестры. Она как ни в чем не бывало продолжала:
– Ну, вот, поскольку рот его наконец-то закрылся, я объясню, что ему следует делать. Я разложу на земле большую карту мира, а Бруно будет по ней путешествовать.
Тут явилась огромная карта, и Сильви расстелила ее на земле, как палас. Бруно действительно мог бы свободно перемещаться по ней ползком, отмечая места, названные в «Уроке доктора Фауста».