— Нет, мэм, — ответил я.
— А где еще один из вас? Где третий?
— Нас только двое.
— Но вошли же трое.
— Нет, нет, — поспешила уверить ее Люсиль. — Только двое.
— А кто такой Стенли? — спросил я.
— Мой сын, конечно.
Письменный стол в офисе был завален какими-то бумагами. Старушка порылась в них и пояснила:
— Это стол Стенли. Он у меня страшно неаккуратный.
— Где Стенли? — спросил я.
— Он всегда был неаккуратным. С самого детства. И рассеянным. Вы представляете, он делал домашнее задание, потом откладывал тетрадь в сторону и забывал, где она. «Стенли, — говорила я ему. — Сделал работу, отдай тетрадь мне».
— Так где же Стенли? — гнул свое я.
— Где Стенли? А что? Почему вас это интересует?
— Мы хотели бы знать, где ваш сын, миссис, — мягко пояснила Люсиль.
— Меня зовут Элли.
— Мы бы хотели знать и вашу фамилию, — сказала Люсиль. — Неудобно называть вас только по имени.
— Вы симпатичная девушка, — сказала старушка. — Жаль, Стенли не встретил вас до своей помолвки. Он сейчас там.
— У него помолвка?
— Нет, нет. Это случилось в прошлом месяце. А сейчас он в Бруклине, у мистера Бампера, там где стоит этот компьютер. Стенли решил, что через компьютер он может делать статистические подсчеты сочетаемости пар, а его секретарша забеременела, и вот я сижу здесь. Это страшно интересный проект. Стенли у меня очень умный…
— Дорогая дама, — перебил я ее, — тут у вас сказано: «Компьютерные социальные исследования в сорока семи штатах…»
Она заулыбалась.
— Это идея Стенли. Правда, неплохо?
— А почему же не пятьдесят штатов? — спросил я.
— Стенли решил, что сорок семь выглядит психологически убедительней. Вы со мной не согласны?
Мы выразили полное согласие и ушли. Мы решили навестить фирму «Компьюдейт» на углу 57-й улицы и Мэдисон-авеню. Это было маленькое, но весьма активно действующее учреждение. У них даже имелся компьютер. Главным здесь был улыбающийся толстяк по фамилии Пигаро. Кроме него в офисе было еще трое работников, и наши сердца исполнились надеждой.
Мистер Пигаро вручил нам свою карточку.
— Пигаро тут, Пигаро там, — сказал он и улыбнулся.
Улыбка получилась широкой — до ушей. Мы сказали, что успели уже побывать в «Компьютерных социальных исследованиях», на что он понимающе улыбнулся и сказал:
— Эта контора бросает тень на всех нас. Но ничего, вам стоит только пуститься в плавание по волнам, и стихия вам покорится. Подумайте только: впервые в истории у нас появился шанс свести фактор случая к абсолютному нулю! Разумеется, эксперимент находится в младенческой стадии, и нам еще предстоит завоевать целые миры, но представьте только: вы можете жениться на девушке, которую никогда до этого не видели, причем с абсолютной уверенностью, что она будет разделять ваши мысли, привычки, отношение к еде и сексу… Почему вы так ужасаетесь, миссис…
— Мисс Демпси.
— Почему вы так ужасаетесь, мисс Демпси. Разве следует пугаться будущего? Разве не лучше шагать вперед с гордо поднятой головой, твердо зная, что тебя ожидает?
— Это отличная мысль, — согласилась Люсиль.
— Вы представляете какую-то школу? Или область? Надо начинать с самого начала, так, словно вы стоите рядом с Маркони или Эдисоном…
— Я работаю в отделе расследований страховой компании, — сказал я. — Меня зовут Харви Крим.
Его лицо застыло, но улыбка сохранилась. Это было, я вам скажу, зрелище. Все еще улыбаясь, он холодно спросил:
— Чем могу быть вам полезен, сэр?
— Поверьте, вы не сделали ничего плохого, — поспешил я его успокоить. — Мы расследуем пропажу дорогой меховой шубы, и девушка, заявившая о потере, пользовалась вашей компьютерной службой. Если бы вы могли сказать нам имя человека…
— Почему бы вам не спросить ее?
— Мы с этого и начали. Но адреса мы найти не можем. Вот мои документы.
Пигаро внимательно изучил мое удостоверение. В нем я обычно держу десятидолларовую бумажку. Когда он вернул мне документы, то улыбался вовсю, а купюра пропала.
— Все в порядке. Так кто же ваша девушка?
Теперь на его лице играла улыбка соучастника, и я усомнился, принимает ли он когда-нибудь что-нибудь на веру.
— Синтия Брендон.
— А-ха-ха! — секретарша, сидевшая неподалеку, которая по совместительству являлась машинисткой и отвечала на телефонные звонки, слушала нас с таким вниманием, что кончики ее ушей зашевелились.